Симфония чуда
Шрифт:
Вот солнца луч – сквозь тучи ладит
Свой взор летучий, озорной.
Вот женщина. Опять она одна.
Печаль в затрёпанном романе.
Её окутала, как шалью, тишина,
И глубина дразнит, дурманит.
Вот я. Гляжу, гляжу издалека.
Её походка завораживает странно:
То бестелесна – как сна полёт легка,
То в напряженье, как в петле аркана.
В тишине рождается жизнь,
В
В тишине растут остья ржи
И дубы одеваются листьями.
Вот уж осень дарит покой,
Небо серое, ветви все чёрные,
Всё печальней пейзаж, тоской
Наливаясь всё обречённее…
Ну когда же выпадет снег
Наконец, чтоб свет стал просторнее,
Тишины бы создал он храм-оберег,
Где бы мир запел всё чудотворнее?
III. Предчувствие мысли
От пыли на столе до звёздной пыли,
Коснусь рукою, взглядом долгим,
Свобода выбора здесь? Долг ли?
Судьба! Чтоб вместе в небо плыли!
Полнеет чаша снадобий бурливых:
Дурман, кураж, азарт рекою!
Здесь – солнца жар, здесь грозы, ливни,
А «за» – блаженный сон покоя…
Кто этой яви прописал законы?
Они точны, как хмель намёка.
Уносят в небо паруса и кони,
Пружины мачт и мощь потока!..
Анне
Тонкий лёд – скольжение опасно,
Смутный след – дыхание взахлёб,
Думаешь, а всё ведь не напрасно –
Дар творенья и творчества озноб!
Высота, граница, вновь граница,
Вот колючей проволоки ряд,
Вот уже владычная десница
Ряд за рядом строит цепь преград…
Но какая радость – обнимая плечи,
Теплоты коснуться чутких губ!
Боже мой! Расплачиваться нечем!
Всё отдать, сверх даже «не могу»!..
Счастье слышать речи туч и ветра,
Музыку деревьев, песни волн…
Счастье быть мне в этом мире смертным,
В этом мире, что тобою – вечность! – полн…
Разборка памяти – копание в руинах.
Вот археолог – кто его поймет?
Проистекает время долго, длинно
В истории, а жизнь проходит влёт.
Нахмурив лоб, стопорщив все морщины,
Философ вглубь вещей, как в микроскоп,
Глядит – в дух одиночки, в дух общины,
Страны – ведёт он свой раскоп.
И каждый раз он что-нибудь находит,
И, торжествуя, дарит всем и вся,
Величие, что
Ничтожество в харизме у вождя.
Есть логика судьбы, в ней всё – в октаве тайны,
Своей волной несёт – тебя, его, всех нас!..
Замрёт вдруг сердце, забьётся вдруг отчайно –
Одно оно лишь слышит властный Глас!
Начинаю видеть и слышать,
Если сердце трепещет рядом,
Если встретиться взгляду со взглядом,
Если звон обрушится свыше…
Чудно, чудно – дыхания свежесть!
К свету свет – ладонь в дрожь ладони!
Пульсы мчат, несутся, что кони,
Ты невольно в касаньях невежа,
Но пытаешься снова и снова
Проникать, отворять и лелеять,
Ожидать, вновь и вновь тихо млеять,
Постигая жизни основы…
Но вот «Времени много!» сказала
Тишина, всё закутав до теми,
Закрыв партитуры и темы,
Выключая, гася свечи зала…
Шестое чувство
Есть шестое чувство – красоты.
Подними листок осенний к небу!
Красок ритм, структура тесноты,
Ёмкость ароматов мёда, хлеба…
Отвори глаза свои, слепой,
И глухой, прочисти свои уши.
Как зверюшка в зной свой водопой,
Отыщи ручей душе засушью.
Красота всесильна. В ней есть такт.
Всю Вселенную в единое святое
Собирает на ладонь и так,
Что всё крепче сущего устои.
Красота – хор радости молитв,
Что идут в распев из всех творений.
Тварный мир: душа его болит –
Совершенства ищет мира гений.
Странный мир
Странно видеть, странно слышать,
Даже вдумываться странно:
Странной гарью космос дышит,
Горькой, душной и туманной…
Сумку на плечо повесив,
Шелестя листвой, по парку
Я иду, любуюсь: осень!
Жизнь не прожита насмарку,
Научился, созерцая
Слухом, зреньем, обоняньем,
Сердца трепетом, мерцаньем,
Сказкой жить природы-няни.
Сказкой разум заколдован,
Вслушавшись в шуршанье листьев,
В осень наглядевшись вдоволь,
Даль вкусив, как евхаристию,
Думаю опять, как странно!
Космосу зачем тот воздух –
Горький, душный и туманный,
Беспросветный и промозглый?..
Изнемогая, дрожь по телу мчится…