Синдром
Шрифт:
До отеля оставалась пара минут езды, что радовало, так как, выезжая из «Султан-Кебаб», Эйдриен заметила вроде бы ту же черную машину. Автомобиль был припаркован метрах в ста от «доджа», на противоположной стороне улицы. Внимание Эйдриен привлекла не столько машина, сколько включенные тормозные фонари. А уже после она заметила тонкую струйку пара, поднимающуюся из выхлопной трубы, и увидела чью-то руку, которая протянулась с переднего сиденья, чтобы поправить зеркало со стороны пассажира. На ходу девушка боковым зрением заметила двух человек, разглядывавших ее в боковые зеркала автомобиля. Хотя, может, ей и померещилось.
Эйдриен
По крайней мере так показалось.
Развязка на Спрингфилд представляла собой клубок сходящихся в один узел автострад, половину из которых еще не достроили. Поэтому отвести взгляд от дороги было равносильно самоубийству.
И тут снова…
Если за ней хвост, размышляла Эйдриен, значит, у убийц изменились планы насчет Дюрана. Ее они запросто могли схватить прямо при выходе из офиса. Выходит, искали его. Странно, потому что вначале Дюран вроде бы не воспринимался в качестве их цели. В квартире психотерапевта Громила не стал его убивать, а направил оружие на Эйдриен. Что-то изменилось… Но почему? Может, это как-то связано с обыском у нее дома? Или со звонком в 911? Не исключено, что она и вовсе ошибается насчет хвоста…
Вскоре девушка уже заворачивала на парковочную стоянку перед отелем «Комфорт-инн» — большую залитую цементом площадку, мерцавшую в тусклом розовом свете уличных фонарей. Эйдриен торопливо зашла в гостиницу и, не задерживаясь в вестибюле, поднялась на свой этаж. Дюран поприветствовал ее с кресла у письменного стола, где он читал «Вашингтон пост».
— Ты как раз вовремя. Я умираю с голоду.
Промчавшись мимо без единого слова, Эйдриен поставила коробочки с кебабом на стол, щелкнула выключателем и тут же направилась к окнам. Она задернула шторы и через щелочку стала наблюдать, что происходит снаружи.
— Кажется, за мной следили, — сообщила она.
— Что?!
Эйдриен кивнула.
— Я не уверена. Но теперь… Ага!
Дюран подошел к ней, встал рядом и, приподняв штору, выглянул на улицу.
— Где они?
— Машина прямо за «доджем». Возле «джипа». Блестящая, черная.
Джефф заметил «меркурий-кугуар», припаркованный примерно в пятнадцати футах позади их автомобиля. Сначала показалось, что в машине никого нет, как вдруг в темноте на переднем сиденье мелькнул огонек сигареты. Дюран с силой втянул носом воздух.
— И что теперь? — спросила Эйдриен.
Он покачал головой:
— Не знаю. Сколько человек было в машине?
Собеседница задумалась.
— Мне показалось, что двое.
Джеффри вздохнул:
— Давай ключи.
Та хмуро протянула их.
— Они не знают, в каком мы номере — а уж тем более, что мы вдвоем.
Дюран стоял за шторой и всматривался в темноту. Наконец тихо проговорил:
— Знаешь, что я думаю: приятель вон того парня из автомобиля сейчас стоит у столика администратора и выясняет, в каком мы номере. И если это тот самый громила, с которым мы встречались вчера, клерк расскажет ему все, что тот пожелает узнать.
— Что
— Вопросик на засыпку. Не имею представления.
Эйдриен горестно простонала.
— Собирай вещи, — скомандовал Дюран. — Если удастся выбраться отсюда, тебе понадобится одежда.
— Если?!
Он одарил ее недоумевающим взглядом и подтвердил:
— Да, если.
Девушка спешно вытащила из корзины для канцелярского мусора полиэтиленовый пакет, пошла в ванную и смела со стойки все содержимое. Сверху швырнула одежду и встала у двери в ожидании знака или свежей идеи от Дюрана. Ведь чего-то он выжидал.
Наконец психотерапевт проговорил:
— Вот он.
— Кто?
— Громила, — ответил Дюран, не сводя глаз с парковки. — Только что вышел из мотеля.
— Зачем? Что он делает? — спросила Эйдриен.
— Вернулся за дружком. — Неожиданно Джефф повернулся к ней и направился к дверям. — Пошли, уходим.
— Что, уже?
— Да, сейчас наши приятели направятся прямиком сюда.
Эйдриен выскочила из комнаты и инстинктивно рванулась к лифту, но Дюран схватил ее за рукав и потащил в дальний конец коридора к пожарной лестнице. Он толкнул плечом дверь на лестничную клетку, и беглецы бросились вниз, перескакивая по две ступеньки зараз. Было слышно, как в коридоре звякнул лифт, направляясь на первый этаж, и тут Эйдриен взвизгнула, с разгона врезавшись в существо, сильно превышавшее ее по габаритам. Какой-то человек, не уступая им с Дюраном в скорости, мчался вверх по лестнице.
— Стерва! — Громила сграбастал ее ручищами за шею, притянул к себе и, глядя куда-то в сторону, швырнул о стену. Эйдриен плашмя ударилась о шлакобетон. С губ сорвался всхлип, и она осела на пол. В этот миг Дюран смерчем налетел на Громилу и ударил его наотмашь по уху. Раздался дикий вопль ярости и боли. Убийца отлетел к стене, но быстро вскочил на ноги и с плотоядным рыком бросился на Джеффа, точно на боксерскую грушу, вдавив его в железные перила. Боль пронзила Дюрана, и волна адреналина промчалась вверх и вниз по позвоночнику. Одновременно он прикусил язык. На миг почувствовал вкус крови, но противник не дал опомниться, саданув точно в лоб.
Джефф откатился влево и сделал ответный выпад, правда, не слишком удачно. Мгновением позже противник очутился сзади и мясницкими лапищами принялся выкручивать Дюрану руки. Затем резко ударил в основание шеи и толкнул вниз. Несмотря на то что врач был в хорошей форме, он ничего не мог поделать. Казалось, что руки переломятся, стоит только шелохнуться. К тому же противник весил на пятьдесят фунтов больше, намного превосходил Дюрана по силе и не уступал в проворности.
И тут случилось нечто необъяснимое. Неожиданно для самого себя Джеффри резко сложился пополам, прижав голову к коленям. Так быстро, что Громила перекувырнулся над его плечами. Дюран удивился своему умению не меньше противника, который всем весом шмякнулся о твердый цементный пол, ударившись копчиком. Оглушенный болью, здоровяк остался лежать, а доктор, воспользовавшись минутной передышкой, стал оглядываться, надеясь обнаружить что-нибудь, чем можно окончательно вывести противника из игры. Однако под рукой ничего не оказалось. Громила уже стоял на четвереньках, пытаясь подняться на ноги, и Джеффри в ужасе отступил на шаг, а затем сделал резкий выпад, подъемом ноги ударив соперника в подбородок. Раздался пронзительный, точно выстрел, хруст — доктор сломал противнику шею.