СИНС
Шрифт:
Пэлле принялась рисовать и вырезать из куска для анализа прямоугольнички и кружочки. Десять кружочков, каждый площадью сто миллиметров квадратных, для определения поверхностной плотности материала. Десять прямоугольничков пять на десять сантиметров каждый, с «ушками» для закрепления в разрывной машине: четыре прямоугольничка, разномерно распределенных по длине материала, шесть – по ширине, – для определения прочности материала.
Готово.
Пэлле сначала взяла кружочки, села за стол, включила электронные весы. Взвесила каждый кружочек и педантично записала все измерения в лабораторный журнал.
730, 4 грамм на метр квадратный.
«Отлично!» – Пэлле вздохнула с облегчением.
Она взяла прямоугольнички, журнал и переместилась к разрывной машине. Закрепила концы с «ушками» прямоугольничков в «лапках» машины, нажала на кнопку «ВНИЗ». С диким грохотом нижняя лапка стала опускаться, растягивая материал.
– Ну что там с плотностью? – Пэлле вздрогнула от громкого голоса Андрея.
Материал затрещал и разрывная машина остановилась, грохот прекратился. В лаборатории наступила относительная тишина, если не считать доносящихся из цеха звуков работающих аппаратов.
– 730, – ответила Пэлле и улыбнулась.
– То что надо! – обрадовался Андрей.
– Ага.
– Привет!
– Привет!
Андрей залез в шкаф, находящийся в конце лаборатории, достал оттуда две конфетки и радостный убежал в цех. Пэлле периодически перепрятывала коробку с шоколадными лакомствами, но Андрей все равно рано или поздно ее находил. А если не находил, то Пэлле сама угощала его конфетками.
Оставшись в одиночестве, она продолжила пытать свои прямоугольнички с помощью разрывной машины.
Пэлле проверила на соответствие техническим условиям все остальные образцы материала и отправилась в цех, чтобы вписать результаты своих измерений в журналы рабочих.
4
Она вышла из лаборатории, закрыла дверь на ключ, обернулась… И увидела Его.
– Здравствуйте, Пэлле! – очень вежливо и уважительно произнес Габен.
– Здравствуйте, Габен! – Пэлле заулыбалась, покраснела и смущенно потупила взгляд в пол.
Габен прошел по лестнице вверх, туда, где находились мастерские, в том числе Факина Аспартамовича. А Пэлле, все еще улыбаясь, вприпрыжку поскакала по цеху. Сердце заколотилось с такой силой, что, казалось, сейчас выпрыгнет из ее груди. Пэлле вдруг почувствовала такую необыкновенную легкость – словно крылья выросли у нее за спиной, и она полетела.
«Что же я собиралась сделать?» – вспоминала Пэлле, зачем она пошла в цех. Как вдруг с разбегу врезалась в начальника производства Михаила Владимировича.
– Чего носишься тут как горная коза? – улыбаясь, ласково произнес Михаил Владимирович.
– Ой! Простите! – Пэлле улыбнулась в ответ и поскакала дальше.
Доделав все свои нехитрые дела в цехе, она вернулась к себе в лабораторию. И, к своему приятному удивлению, обнаружила, что время уже почти двенадцать, а это значит, что пора идти обедать.
Пэлле накрасила губы и причесалась. «А то вдруг смерть, а я не красивая!» – произнесла она вслух свою мантру, любуясь своим отражением в зеркале. Взяла пластиковую коробочку с едой. «Вперед! На общественное пастбище!» – уверенным голосом скомандовала она с невидимой трибуны воображаемой аудитории.
5
Комната
«Для завершенности картины не хватает тараканов, ползающих по полу и стенам», – отметила для себя Пэлле, поедая частично разогретые рис с курицей.
Сегодня Пэлле обедает одна, но ее это особо не расстроило – есть время подумать о жизни.
Управившись с едой, она понеслась обратно в свою лабораторию.
6
Три послеобеденных часа она боролась со сном, периодически лениво и машинально выполняя свои рабочие обязанности. А потом решила, что можно и попить чайку. И в ту же секунду сон развеялся, а настроение значительно улучшилось. Пэлле включила чайник, достала чашку.
«Тааак, – сказала она, смотря на огромное разнообразие всевозможных чаев. – Какой я хочу?
Клубничный?
Нет.
Персиковый?
Нет.
Зеленый с жасмином?
Окей. Зеленый с жасмином».
И вот она радость – коробка с шоколадными конфетами. Пэлле, улыбаясь в предвкушении удовольствия, поставила коробку на стол, заварила чай и… прибежал Андрей, сверкая голым татуированным животом.
– Будешь чай? – вежливо поинтересовалась Пэлле.
– Наливай! – радостно ответил Андрей.
Пэлле налила ему чай. Они сели вместе за стол и стали сплетничать, уплетая конфетки.
– Какие новости? – сросила она.
– Грустные и ужасные.
– А что случилось?
– Федюньчика уволили.
– Ох! Ну вот! – Пэлле сделала вид, что расстроилась, хотя его увольнение было давольно предсказуемым, это был лишь вопрос времени.
– Ага. За пьянку. Кузя его застукал, генералу доложил, тот Федюньчика вызвал и сказал, что все, типа: «Ты здесь больше не работаешь».
– Ну и как он? Ты с ним разговаривал?
– Бухает, бля! Как он! – вопрос Пэлле очень развеселил Андрея, он ответил и громко рассмеялся.
Когда чаепитие закончилось, а Андрей убежал в цех, Пэлле посмотрела на часы. Время уже почти пять, а это значит, что рабочий день подошел к концу. Она накрасила губы и причесалась. А то вдруг смерть, а она не красивая! Переоделась, схватила свою сумку и быстро зашагала навстречу свободе. Оказавшись за проходной завода, она снизила скорость своего движения, сделала глубокий вдох. Прохладный свежий воздух наполнил ее легкие. Пэлле почувствовала приятную расслабленность в теле. Улыбнулась городу и в прекрасном настроении направилась в сторону остановки. Ей показалось, что город тоже улыбается ей, встречая ее с работы чудесным солнечным, свежим вечером.