Синтия
Шрифт:
Она ушла, а я сидел без движения. Впрочем, не совсем без движения. Я пытался показать тем, кто глядит на меня сзади, что я абсолютно спокоен и в прекрасном настроении. Минут десять я не вставал с места, потом поднялся и прошёл в хвост самолёта, чтобы выпить воды. Келли сидел ближе к проходу, посадив Люсиль к окну. Я подошёл к ним, улыбнулся, выразил надежду, что у них приятная беседа, и вдруг пролил воду из стакана на колени Келли. Потом засуетился, заизвинялся, но это не смогло
— Ах ты, гадёныш! Я же тебе все кости переломаю!
— Ладно тебе, Келли, — охладил я его пыл. — Мы с тобой не в Нью-Йорке, а в самолёте. Ты только подумай о газетных заголовках. «Нью-Йоркский полицейский избивает частного детектива в авиалайнере». Или ещё хлеще: «Детектив в штатском незаконно пересекает границу Канады». Прелесть. Ротшильд будет в восторге.
Я шипел так же, как и Келли. Люсиль, увидев меня в объятиях этого громилы, с упрёком сказала Келли:
— Я похоже, ошиблась в вас, сэр!
Он отпустил меня и обернулся к ней.
— Пустяковое происшествие, но вы готовы убить человека, — продолжала она. — Неужели ваш первый импульс — применять грубую силу, проявлять жестокость?
Он тупо смотрел на неё, разинув рот. С его брюк капала вода. Я вернулся и сел на своё место, пытаясь не думать о том, что может случиться, когда мы с Келли снова встретимся в Нью-Йорке. Вскоре появилась и Люсиль. Усаживаясь рядом, она спросила:
— Ну-ка, хоть раз в жизни скажи правду, Харви, это ты нарочно облил брюки сержанту Келли?
— Да.
— Умышленно?
— Да.
— Но почему?
— Он мне не нравится.
— Я, правда, говорила с ним всего несколько минут, но он показался мне вполне приличным человеком — честным и вполне образованным.
— Вот это-то мне особенно не нравится. Похоже, он оказался настолько приличным парнем, что ты всё ему растрезвонила.
— Разве симпатичные и честные люди вызывают у тебя антипатию?
— Дорогая, давай не будем говорить на эту тему.
— Ну признайся, что это так, — не отставала от меня Люсиль.
— По крайней мере, ты мне нравишься. Порой я даже делаюсь от тебя совсем без ума.
— Харви…
— Но потом ты начинаешь мною командовать. Так всё же, что ты успела разболтать Келли?
— В сущности, ничего. Мне очень приятно было от тебя это услышать, но я вовсе не пытаюсь командовать. Не могу представить себя в этой роли, Харви. Я всего-навсего библиотекарша. И ты зря считаешь, что я всё растрезвонила сержанту Келли. Я, например, и словом не обмолвилась о тех деньжищах, что ты возишь с собой.
— Но почему же тогда…
—
— Кто, чёрт возьми, этот Джимми?
— Харви, ты опять ревнуешь. Ты прекрасно помнишь, кто такой Джимми. Это тот милый мальчик из консульства, который угостил меня обедом. Он очень мил, но совершенно тебе не соперник…
— Он идиот. Так что же ты сказала Келли, когда он спросил про похищение?
— Я повторила слова Джимми о том, что мафии не существует.
— Ну и что Келли?
— В отличие от тебя, он не стал кипятиться. Он только выразил удовлетворение тем, что такие милые молодые люди, как Джимми, состоят ка дипломатической работе, а не на службе в полиции Нью-Йорка Он также согласился с тем, что скорее всего Синтию никто и не думал похищать. Потом я рассказала ему о том, что Джимми видел её и графа в американском консульстве.
— Боже! — простонал я. — Неужели ты ему это разболтала?!
— А что в этом такого, Харви? Даже если мафия — это миф, то этот псевдограф играет в опасную игру с законом.
— Что ты ему ещё выложила?
— Больше ничего. Я провела с ним несколько минут, и если бы ты не проявил ничем необъяснимую глупость, я бы и вовсе там не оказалась.
— Глупость? Я?!
— Да, Харви, так с женщинами себя не ведут.
— Ты рассказала ему про «Рицхэмптон»?
Люсиль нахмурилась и помотала головой:
— По-моему, я вообще не упоминала об этом. А что?
— А то, что у меня безумное подозрение, что они вернулись обратно в «Рицхэмптон».
— Кто?
— Корсика и Синтия!
— Нет, вряд ли они это сделают.
— А почему бы и нет? — удивился я. — Они же не подозревают, что за ними погоня. Они не знают, что их там кто-то заприметил. Они же не считают себя беглецами и преступниками.
— Харви! — поспешно перебила меня Люсиль.
— Ну что?
— Я забыла сказать тебе одну вещь.
— Что?
— То, что мне ещё сказал Джимми.
— Если это сказал Джимми, то я не желаю слушать.
— Напрасно, Харви, напрасно. Джимми сказал, что граф вряд ли по своей охоте женился бы на ком-то, кроме мальчика.
— Ты в своём уме?
— Абсолютно. Граф предпочитает мальчиков.
— Но как, чёрт побери, об этом догадался твой Джимми?
— Люсиль глубоко вздохнула и сказала: