Сирена

После безжизненной ледяной пустыни, чей колючий холод, казалось, ощущался через скафандр, тепло помещений научно-исследовательской станции слегка опьяняло. Юрий даже покачнулся несколько раз, пока шёл по коридору от шлюза к лаборатории. Голова кружилась и немного тянуло в сон, но желание узнать первые результаты сегодняшнего выхода наружу были сильнее охватившей его неги.

Юркино появление в лаборатории никто не заметил. Наталья сидела у электронного микроскопа, надвинув на лицо забрало видеошлема, осторожно перебирала в воздухе пальцами рук, затянутых в сенсорные перчатки. Словно играла на невидимом музыкальном инструменте.

Рядом сидел Артём, чуть сгорбившись в кресле, натянув на голову такой же шлем. Его правая рука в перчатке, как и у Натальи, неторопливо шевелилась: пальцы, похожие на лапки паука, то расходились в разные стороны, то сходились вместе, когда он менял настройки программы. В дальнем углу помещения прямо на полу расположился Макс, скрестив ноги, точно индийский гуру, сосредоточенно склонившись над «крабом». Бот лежал кверху «брюшком», раскинув в стороны лапки-манипуляторы, а его повелитель деловито колдовал над ним. Максим возился со своими «букашками», как он ласково называл ботов, ежедневно. Бесконечно что-то проверял, отлаживал, меняя платы и микрочипы, и очень гордился, что за время его вахты на станции не было утеряно ни одного бота.

– А на улице потеплело, - сообщил Юрий, не обращаясь ни к кому конкретно.
– На пять с половиной градусов относительно прошлой недели, если верить показаниям приборов. Кажется, лето грядёт, ребята.

В ответ Максим пробурчал что-то невнятное в свою аккуратную курчавую бородку и снова сосредоточился на «букашках». Наталья сняла с головы видеошлем, пригладила растрепавшиеся волны каштановых волос и осведомилась:

– Ну, что? Чаю попьём? Мне необходимо срочно сделать перерыв, а то у меня что-то уже в глазах рябит.

– Хорошая мысль!
– радостно подхватил Юра.
– Мне тоже не помешает после прогулки по поверхности планеты.

– А кто у нас сегодня дежурит по кухне?
– Наталья деловито нахмурила красивые тонко вычерченные брови и обвела взглядом помещение лаборатории.

– Максим, - Юрий кивнул в сторону сидящего на полу бородача.

– Неправда ваша, - отозвался тот.
– Я дежурил вчера, а сегодня очередь Тёмыча.

«Краб», которого он отлаживал, дёрнул лапками, перевернулся и попытался сбежать, но тут же был пойман. Наталья осторожно тронула Артёма за плечо. Тот повернулся и вопросительно воззрился на неё блеклыми голубыми глазами, покрасневшими от долгой напряжённой работы. Женщина продемонстрировала ему скрещенные руки, а потом указала в сторону кухни. На лице Артёма проступила искреннее недоумение, сменившееся пониманием. Он сжал руку в кулак, сворачивая программу, стянул с головы шлем и произнёс виновато:

– Я совсем забыл, что сегодня моя очередь на кухне. Уже иду готовить обед. Потерпите чуток, ребята!

– Насчёт меня можешь не волноваться, - успокоила его Наташа.
– Я не голодна и вполне обойдусь чаем и сэндвичем с сыром.

– А вот я не откажусь от полноценного обеда, - высказал свои пожелания Юрий.
– Макс, что скажешь?

В ответ раздалось неясное бурчание, очевидно выражающее отказ.

Через пять минут все уже сидели за столом, неторопливо ели и разговаривали. Даже Макс предпочёл оставить ненадолго своих «букашек» и присоединился ко всей компании.

– Ты уже проверила последние пробы воды?
– поинтересовался Юра у единственной за столом дамы.

– Не до конца, - ответила она и с наслаждением впилась зубами в хрустящую золотистую корочку поджаристого хлеба.
– Однако мне удалось кое-что обнаружить. Планктон! Или что-то подобное нашему земному планктону. Так что нас можно поздравить, мальчики.

Океан-то под нами оказался вполне обитаем. Пусть и на микроуровне.

Она торжествующе улыбнулась, по очереди переводя взгляд на сидящих за столом мужчин. Максим буркнул снова что-то невнятное, но, по всей видимости, одобрительное.

– Возможно, в океане существует не только микрожизнь, - сказал Юрий.

– Сомневаюсь, - возразил Артём, отодвигая от себя опустевшую тарелку, которую тут же подхватил бот-утилизатор.
– Бурная вулканическая деятельность на глубине, полное отсутствие света… Вся планета покрыта приличной толщей льда. Самый тонкий на дне котловины, в которой стоит наша станция, достигает толщины в сотню метров. Какое уж тут разнообразие флоры и фауны!

– Да, условия не самые лучшие, но предположить, что здешняя жизнь развилась иначе, чем на Земле, мы ведь можем, - не сдавался Юрий.
– Вспомните, на нашей планете жизнь существует в самых, казалось бы, невероятных условиях. Глубоко на дне океана могут жить не только микроорганизмы.

– Юр, это тебе не Земля, - возразила Наталья.
– Здесь совсем иные условия. Мы пока не изучали температуру и химический состав воды на глубине. Возможно, я повторяю, только возможно, примитивная жизнь теплится там, где тепло и комфортно. Но это что-то вроде моллюсков, кораллов и прочих примитивных существ.

– А как же те звуки, что нам удалось записать на днях?
– не унимался Юра.
– Помните, похожие на пение китов? Их же, скорее всего, издают живые существа. Возможно, даже разумные. Ну, кто возьмётся утверждать, что там, внизу подо льдами не скрыта разумная цивилизация?

– Ты неисправимый романтик, Юрка, - отмахнулась от него Наташа.

– Тёмыч, ну а ты-то что скажешь?
– он в ожидании воззрился на худощавого блондина.

Тот неопределённо пожал плечами.

– Я не исключаю, что звуки могут быть своего рода помехами. Мало ли какие неизвестные нам процессы происходят на глубине. В любом случае, я бы не торопился думать о существовании цивилизации разумных дельфинов и китов в глубинах океана.

Юрка перевёл беспомощный взгляд на Макса как бы ища поддержки, но бородач лишь многозначительно хмыкнул в ответ.

– Скучные вы, ребята!
– вынес вердикт Юрка.
– С вами каши не сваришь!

***

– Что вы думаете об устройстве мироздания, советник?
– спросила Турри, глядя вверх, где под самым сводом плыло переливающееся голубовато-лиловым цветом облачко фернов.

Близился период расцвета, и крошечные существа первыми чувствовали его приближение. Они покидали свои маленькие норки и путешествовали огромными колониями вместе с потоками воды в поисках нового дома. Иногда течение заносило их высоко вверх, почти под самый ледяной купол, что отделял мир Турри от холодного Тёмного Океана снаружи. Одна из многочисленных колоний обосновалась теперь под самым потолком дворца в ожидании нового потока, что унесёт её дальше. Скоро весь мир заполнится переливающимися облачками, станет нарядно и празднично вокруг.

– Так что вы думаете, советник?
– снова спросила Турри, не дождавшись ответа.
– Вы полагаете, что наш мир единственный, существующий в Тёмном Океане?

Советник открыл рот, снова закрыл его и растерянно пошевелил боковыми плавниками.

– Я нисколько не сомневаюсь в этом, Сладкоголосая, - произнёс он, наконец.
– Только он и остался в бесконечном смертельно ледяном Тёмном Океане благодаря заботе Матери-Рыбы, которая пробудила в его недрах тех, Кто Даёт нам Тепло и Жизнь. Лишь благодаря их милости живы все мы.