Сирена
Шрифт:
– «В древности их называли Сиренузе, или острова сирен, потому что там жили Парфенопа, Лигея и Ликозия, три прославленные куртизанки. Эти женщины обладали всеми красотами, всеми чарами и всеми мыслимыми прелестями; голоса их были прекрасны и мелодичны; и так, всеми этими ухищрениями и особенно своим пением, они завлекали всех проплывавших мимо. Неосторожные корабельщики…»
– Кто? – спросил стилист.
– Моряки, если угодно. «Неосторожные корабельщики…»
– Карло, тебе обязательно изображать акцент? – Перебила его жена.
– Так говорится,
– Да вы сами сирена, Профессоре! Мы внимаем вашему пению… – ввернул стилист льстиво или насмешливо, какая, в сущности, разница.
Я же находил этого старика очаровательным. Лукаво улыбнувшись, он продолжал:
– «Говорят, что у древних жителей этих островов было в обычае боготворить сирен и приносить им жертвы; считается даже, что во времена Аристотеля в этих местах еще был храм, посвященный сиренам. Один из этих островов носит сегодня имя Галли, или Галле». Вот видите, мы здесь…
– Amazing [15] , – сказала дизайнерша. – Но почему изменилось название островов? Сиренузе – это красиво.
– Ненависть к чудесам, – ответил старик.
– В тексте, который вы прочли, Карло, говорится о «запретных утехах», – снова вмешался стилист. – Так это были сирены или puttane? [16]
– Не абы какие, во всяком случае, – к месту уточнил его спутник. – Они обладали «всеми мыслимыми прелестями», сказано в тексте. Высокие профессионалки, судя по всему.
15
Поразительно (англ.).
16
шлюхи (ит.).
– То есть здесь было что-то вроде роскошного борделя, – вставил диетолог.
– Grazie [17] , Жан-Луи, – поблагодарила Изабелла, и все за столом рассмеялись.
Обстановка была милейшая. Официант принес лимончелло и «Амаро дель Капо» в маленьких замороженных рюмочках.
– «Все мыслимые прелести», но и «самый жалкий удел», – меланхолично заметил вдруг диетолог, ковыряя вилкой кусочек дыни, сок которой уже блестел на его подбородке.
17
Спасибо (ит.).
– Разорялись, надо полагать, –
– Или безумно влюблялись в них и чахли от любви, – предположила дизайнерша и поднесла к губам чашку, звякнув своими красивыми браслетами из бирюзового бакелита с золотыми нитями.
– Я восхищена твоим романтизмом, Джоан, – отозвалась Изабелла. – «Жалкий удел» – это, может быть, просто триппер.
– Вечно ты все опошлишь, – посетовал ее муж.
– А ты как будто не на земле живешь.
Неожиданным холодом повеяло над благословенным Сиренузе. Все занялись напитками, пережидая грозу. Стукнулись друг о друга рюмки, и сладкие ликеры снова потекли в глотки.
– Во всяком случае, эти три чаровницы были, вероятно, скорее мясо, чем рыба, – подытожил адвокат.
– Вот так мужчины и создают свои мифы, – заключил диетолог, поднося рюмку к губам.
Профессоре закрыл книгу и печально улыбнулся. Разговор, однако, был не кончен.
– А этот храм, кстати, так никто и не нашел? – поинтересовался стилист.
– Надо полагать, что нет… И вовсе не потому, что не искали, – снова заговорил профессор. – Поговаривают даже о некоем тайном обществе, объединявшем всех, испокон веков одержимых поисками этого мифического места.
– А как оно называлось?
– Общество любовников Сирены. Говорят, в нем состоял Нуреев. Не потому ли он поселился здесь? Тайна.
– Мой муж размечтался, – сказала хозяйка дома. – Это подстегивает его стариковские чувства.
Как я его понимал… Бескрайний синий простор, пронзенный двумя клыками напротив нас и скрывавший, должно быть, немало подводных гротов, действительно как нельзя лучше располагал к эротическим грезам.
– Ты же знаешь, что моя сирена у меня уже есть, – отозвался он, бросив на нее выразительный взгляд, полный нежности.
Она улыбнулась ему. Они были красивы оба. Я покосился на Пас. Она скучала.
Изабелла, должно быть заметив это, предложила искупаться. Маски и ласты желающие могли взять в лодочном сарае.
– У меня еще вопрос, – решилась американка.
– Джоан, так жарко…
– Только один последний вопрос, Изабелла. Вы идите, мы вас догоним. – Она запустила пальцы в волосы. – Что они, собственно, искали, эти любовники Сирены? Ведь не просто грот?
Никто не двинулся с места. Профессоре счел, что может продолжить.
– Верно. Они искали нечто, чем якобы обладали сирены и чему нет цены. Куда лучше всех секретов любой исключительной Камасутры. – Старый эрудит выдержал паузу. Глаза его блестели. – Если вчитаться в текст «Одиссеи», понимаешь, что не только мелодичное пение сулили сирены Улиссу. Тот, кто его слышал, говорят они, «вернется домой восхищенным и много узнавшим». А что они знают? : «то, что на всей происходит земле жизнедарной»… [18]
– Они обладают даром знать будущее?
18
Гомер. Одиссея. Песнь XII. Ст. 191. Пер. В. Вересаева.