Сияние
Шрифт:
Я не ревную, если кто-то краше
Меня возьмет тебя любовью в плен...
Став мертвецом лишь, стал я человеком,
Я лик обрел, не ведая лица.
Порою надо умереть навеки,
Чтоб стать живым, живым - и до конца.
* * *
От
Лежат мои пути, лежат твои пути.
От нежности юнца - до грусти старика
Любовь всегда одна, одна - во все века.
Одна печаль и боль в былом и впереди -
От дрожи юных губ до срыва мыщц в груди.
Всем побывать успел я на большой земле:
Был пеплом и огнём, был искрами в золе.
И я боюсь, когда невинная ладонь
Под пеплом ворошит неумерший огонь.
Не обожгись, не рвись, не плачь, я не хочу,
Здесь всё моё, моё, я всё здесь оплачу.
Я цену знал всему, за всё платил сполна.
...Но ты, но ты - не знай, как кровь моя хмельна.
И всё равно, кто прав, и всё равно, кто - прах,
Когда любовь, дрожа, дробится на губах,
И в трещинах на них записаны слова
О боли, о тоске, которой страсть жива.
Их крепость - для тебя. Их вкус - моя печаль.
И мне перегоревших чувств, поверь, не жаль.
Я не боюсь, когда вдруг начинает крик
В младенце - юноша, а в юноше - старик.
Под солнцем всем даны несрочные пути:
Любить, гореть - и тлеть, пасть в землю - и цвести.
И я неспешный ход времён не тороплю
От
– - ВОСКРЕСЕНИЕ.
Все мы, пока живы, в объятиях пребываем; смерть нас с любовью держит в объятиях могучих рук своих, и, если мы ее любви достойны, все крепче сжимает их; миг настает - и, страдая, мир проклиная, задохнемся мы... от любви смерти к нам, неразумным.
И все мы, пока любим, в объятиях любви находимся. Она одна способна руки смерти расцепить и освободить нас от ига ее. И, как только смерть отпустит нас, любовь вдохнет в уста наши дыхание свое, и - оживаем мы, и - воскресаем... коли при жизни воскресла любовь в сердцах наших.
Учи же нас жизни, смерти и воскресению, любовь, примером своим; живи, умирай и воскресай в нас, с нами, для нас, чтобы бессмертие твое в бессмертие наше переродилось!
* * *
Любовь, любовь, любовь... Как мне понять её?
Как объяснить все радости и муки?
Иду на ежедневное Распятие,
Когда тебе распахиваю руки.
Любовь темна... Но в этом-благодать её,
что не нужны ей праздничные краски.
Иду на ежедневное Распятие...
И каждой ночью ожидаю Пасхи.