Сияние
Шрифт:
Я по ошибке создан человеком,
Я должен был родиться в мир стихом.
Труднее жить, в житейской круговерти
Себя теряя долго, наяву...
Но, если б не существовало смерти,
то я тогда не знал бы, что живу.
Но, люди, вы словам моим поверьте--
нам надо помнить каждый день и час,
что не должны мы опасаться смерти--
пускай она сама боится нас!
2
Хотел
плыть в облаке, на небосводе спать,
чтоб над холодной зимнею тропинкой
мелькнуть, исчезнуть и очаровать.
Я б танцевал, слетая с небосвода,
в лучах живых ночного фонаря,
дышал бы я дыханием природы,
был буквой на странице января,
и подо мной под пение метели
цветы и травы спали бы зимой -
и пробудились в радостном апреле,
моею орошенные слезой.
Любил бы я, и плакал, и молился,
когда бы кто-то палкой на снегу
вдруг написал: "Люблю!" - и не стремился
ни ревновать, ни злобно мстить врагу.
К твоим ресницам я бы прикоснулся,
растаял на податливых губах,
без сожалений с жизнью разминулся
и с радостью бы обратился в прах.
И жизнь моя промчалась бы картинкой
из дивных снов седого бытия...
И, если бы я зимней был снежинкой,
то был бы Человеком в мире я.
* * *
Мы расстались... Дома тихо спят,
и дорога шумит недалече...
Люди все объяснят, все простят,
Но от этого сердцу не легче...
Над домами плывет сизый дым,
Дым прощальной обманчивой речи...
Это может случиться с любым,
Но от этого сердцу не легче...
Дождь стекает и капает с крыш
На лицо мне, на шею, на плечи...
Ты простишь меня, знаю, простишь,
Но от этого сердцу не легче...
Эту боль, этот ад, этот стыд -
хоть когда-нибудь время излечит?!
Бог когда-то нас тоже простит,
Но от этого сердцу не легче.
* * *
– А ты помнишь ту осень со мной,
Клуб тумана печально-белёсый,
Запах листьев, пьяняще- земной,
И прощанье, и речи, и слёзы?
– Да, я помню. Я не позабыл
Полупризрачный вкус расставанья
И туман, что над лесом проплыл,
Растворяя ветвей очертанья.
– Неужели всё это прошло?
– Я не знаю, поверь мне, не знаю.
Снова снегом судьбу замело,
Снова звёзды снежинками тают.
...Всё
Так сменяют свет солнца потёмки.
Но доносятся сквозь времена
Лишь два голоса - тихий и громкий:
– Я любила тебя много лет.
– Я погиб, и пропал даже след.
– Я сто лет жду тебя на пути.
– Так не плачь. И прощай. И прости.
Монолог влюбленной тени
С тобой не разлучусь я никогда:
ни летом, ни зимой, ни днем, ни ночью,
ни в миг, когда, горя, Полынь-звезда
в судьбе Земли навек поставит точку.
Я буду днем лежать у ног твоих,
идти, коль ты идешь, лежать, коль ляжешь,
и не настанет никогда тот миг,
когда тебе союз наш будет тяжек.
И ночью я чуть слышно обниму
тебя и целый мир собой заполню...
Но станет горько сердцу моему,
Лишь о рассвете я печально вспомню.
И мы в осенний серый день пойдем
по тропке, зарастающей травою,
и ощутим, как быстро мы растем,
растем, встаем над грешною Землею,
когда огни светил не горячи,
когда закат над миром догорает
и солнца заходящего лучи
едва-едва природу освещают.
Чем ярче свет, тем злей и гуще тень.
Чем страсть сильнее, тем чернее злоба.
Мой главный враг-- слепящее-яркий день,
я таю днем, я днем у двери гроба.
А утром, позабыв, чем был, что ждал,
пойму, когда растаю в ярком свете,
что это я твоею тенью стал...
Я умер? Да? А я и не заметил...
Любовь после смерти
Все кончено. Я умер. Я в могиле.
Ты не тоскуй напрасно обо мне;
К тебе вернусь я - в красоте и силе,
Что были прежде недоступны мне.
Я возвращаюсь - благодатным ливнем,
Осколком синевы средь мертвых туч;
Я возвращаюсь - светом солнца дивным,
Даря тебе надежды светлый луч;
Я - ветер, дух; пусть не достиг я рая,
Но я сроднился навсегда с тобою;
Со вдохами в тебя я проникаю
И, словно пленный воин после боя,
В тебе живу мгновенье, как в темнице,
В твоей груди и в сердце я живу,
Чтоб с выдохом опять на свет родиться...
Обрел я счастье жизни - наяву.
И мне теперь смешны ошибки наши,
Сомненья, споры, суета и тлен;