Скала Жнеца

Пирс Сара

– В особенности сейчас. Ты ведь знаешь, что его не было на острове, когда пропала другая девочка.

Она кивает, поглядывая на стойку администратора. Ни следа Фарры.

– Есть прогресс с проверкой списков?

– Ага. Я отправил список гостей и находящегося на острове персонала в спецотдел. Но им может потребоваться время для ответа. Судя по всему, происшествие на берегу серьезное. Привлекают людей со всех районов.

– Ладно, давай найдем Фарру и тогда составим план…

Элин умолкает, услышав чей-то разговор на повышенных тонах.

–

По-моему, вы обязаны нам сказать, что здесь творится.

У стойки администратора стоит миниатюрная женщина со своим приятелем: концы их волос еще мокрые, пол усеивают крохотные капельки. Новости нарушили их купальный сезон.

– Никаких объяснений, только указания, что мы должны собрать вещи и прийти сюда. – Женщина поворачивается к другу: – Нужно было уехать с остальными. Не слушать их.

Ключи выпадают у нее из рук и с клацаньем отлетают по гладкому бетонному полу.

Элин делает шаг назад, чтобы ситуацию уладил кто-то из персонала.

– И это только начало, – бормочет Стид.

Она кивает, понимая, что, как только все соберутся, ей придется дать объяснения. Разобраться с неизбежным валом вопросов.

Обогнув парочку, она подходит к другому администратору за стойкой:

– Прошу прощения за беспокойство, вы не видели Фарру?

– Она была здесь несколько минут назад, разговаривала с Джаредом, старшим смены.

Женщина за стойкой наклоняется ближе. Элин бросает взгляд на уже удаляющуюся парочку, которая немного успокоилась.

– Вообще-то, думаю, она пошла к себе в кабинет. По крайней мере, в том направлении. Сказала, у нее какое-то срочное дело.

– Вы не могли бы нас туда проводить?

– Конечно. – Женщина ведет их к коридору в глубине зала. Метров через пятьдесят останавливается и показывает жестом на дорогу: – Вон там. Ее кабинет угловой.

На двери висит табличка с именем Фарры. Нервы у Элин на пределе. Она ускоряет шаг и видит, что дверь слегка приоткрыта, но изнутри никаких звуков.

Стид заглядывает в щель:

– Не похоже, что она там.

Сделав глубокий вдох, Элин стучит:

– Фарра?

Ответа нет, и она пробует снова. И снова безуспешно.

Элин входит внутрь, а вслед за ней Стид. Она тут же улавливает легкий запах духов Фарры, но в комнате никого нет.

Стол в центре почти пуст, не считая нескольких фотографий в рамках, ноутбука и аккуратной стопки бумаг.

Элин уже собирается уйти, но медлит, и ветерок поднимает волоски на ее голой руке. Она смотрит вверх и видит, что стеклянная дверь в глубине кабинета приоткрыта.

– Она может быть снаружи.

Но едва Элин делает пару шагов, как ее внимание привлекает радиоприемник.

Он разбит, пол за столом Фарры усыпан черными осколками пластмассы.

Элин встречается взглядом со Стидом, и в ее груди вспыхивает паника.

Только не Фарра, нет!

64

По окну скребет низкая ветка сосны.

Хана вздрагивает. Она так привыкла к

неподвижности вокруг, что любой шорох кажется враждебным. Неуместным.

Но погода отвлекает ее ненадолго. Куда могла пойти Джо? Ее комната пуста, на террасе ее тоже нет… Может, она подслушала их разговор? И решила сбежать от неизбежных последствий?

Хана способна думать только о том, как Джо ей лгала. О лжи, на которую Беа пыталась открыть Хане глаза. Хана чувствует себя виноватой перед Беа – не стоило так поспешно ее осуждать. Хотя сестра и не была рядом после смерти Лиама, она все равно заботилась о ней, по-своему.

Хана снова ложится на кровать и просматривает телефон, находит последнюю фотографию, где она вместе с Беа, и проводит пальцем по лицу сестры. Ее поглощают воспоминания о Беа, которые до сих пор она не решалась выпустить наружу: стопки ее книг, громоздящиеся по всему дому, и как она откашливалась, прежде чем сказать что-то неприятное. Когда Беа была хиппи – единственный период ее бунтарства, – она ездила в палаточный лагерь в Бьюде, где сделала татуировку на лодыжке. Однако даже там, пока тату-мастер делал свое дело, повторяла уроки, чем определенно снизила градус непокорства.

На глазах Ханы наворачиваются слезы. Повернувшись, она протягивает руку к бумажным платкам, но, прежде чем успевает достать один, раздается громкий стук в дверь. Она ожидает, что кто-нибудь войдет, но через несколько секунд стук повторяется. Теперь громче.

Спрыгнув с кровати, Хана идет в коридор. Открыв дверь, она видит сотрудника «Люмен» с айпадом в руке. На ремне у него висит потрескивающая рация.

Мужчина приветствует ее полуулыбкой, но его узкое лицо остается серьезным, под стать мрачной обстановке. Без солнечного света листва выглядит какой-то безжизненной, выцветшей.

– Мисс… – Мужчина смотрит в свой айпад, явно пытаясь вспомнить ее фамилию. – Мисс Леджер.

– Это я.

– Боюсь, я должен попросить вашу компанию собрать вещи и как можно скорее покинуть виллу. Кое-что… – Его кадык резко дергается. – Кое-что случилось. Мы собираем всех в главном здании.

Хана с тревогой смотрит на него:

– Что случилось?

– Боюсь, я не могу раскрыть вам подробности, даже если бы их знал.

Она начинает возмущаться, но мужчина нервно переминается с ноги на ногу, вытирает лоб, и Хана понимает, что он потрясен в такой же степени. Он просто выполняет указания, нет смысла предъявлять ему претензии. Она кивает:

– Мы соберем вещи и придем.

– Спасибо, – отвечает он с явным облегчением от того, что Хана не стала давить.

Закрыв дверь, она слышит шаги. Появляется Калеб, а следом за ним Джо с застывшим лицом. От одного ее вида Хана готова взорваться.

– Я слышал только конец разговора, но явно ничего хорошего это не предвещает, – говорит Калеб, теребя бейсболку.

Она надета козырьком назад, и сквозь застежку спереди торчит клок волос.

Хана кивает и объясняет им, что сказал тот человек.