Скала
Шрифт:
Брови невольно полезли на лоб:
— Хочешь сказать, что могут быть и другие? — Я помотала головой. — В смысле — другие такие же? Как я и… она? Как ты и Иви? Ещё несколько копий?
— Это не исключено. Этот ген, работает по определённой модели, избегая возможности быть подавленным другими. Именно поэтому двойники могут жить в разных частях света, говорить на разных языках и ничего не знать друг о друге. Один может умереть ещё во младенчестве, другой оказаться бесплодным. Но как известно, один из них обязательно достигнет половой зрелости и даст потомство. Для желающего выжить гена нет ничего
— Говоришь, как о паразите каком-то.
Анна пожала плечами:
— Это геноинженерия, в ней всё так звучит.
— И что, двойник есть у абсолютно каждого? — Даже голос зазвучал неестественно высоко.
Какие к чёрту чёрные дыры, когда тут ТАКОЕ?!
— В этом нет никакой уверенности, — Анна устало потёрла переносицу. — Если применить простой математический анализ, то любой человек через восемь поколений станет потомком 256-ти родственникам, повязанных кровным родством. А представь, сколько наберётся родственником через тридцать поколений? Миллион! И все родственные связи формируются с помощью передачи генетического материала и однажды этот ген просыпается! Исходя из этого и можно предположить, что у каждого на земле есть двойник. С внешним сходством, со сходством характеров.
Я с абсурдом усмехнулась:
— Я не заметила у нас сходства характеров!
— Мы с Иви тоже в этом не сильно похожи, но зачастую даже характеры бывают идентичны.
— Ладно. — Собрала мозги в кучку и откинулась на спинку стула. — Есть ещё что-то? Вы ведь пришли к какому-то заключению, зачем вообще природе дубликаты?
Анна медленно закивала, твёрдо глядя мне в глаза:
— Путём сопоставления жизней дубликатов, мы пришли к выводу, что независимо от того, сколько похожих людей наплодил одинаковый ген, в него изначально была вложена некая программа. Не важно, два это человека, или двадцать, каждой «копии» даётся одно и тоже задание, но не все проходят этап «отбраковки».
Кажется, я понимаю, в чём смысл:
— Природа сама же и избавляется от поломанных.
— Верно. На первом этапе исчезают дубликаты с грубыми нарушениями, например, с наследственными заболеваниями. Такие копии, как бы не оправдали доверия и их «убирают». Остальные растут, набираются опыта, готовятся к своей миссии. Но если вдруг, на этапе совершенствовании, две копии встречаются, то может случиться что-то вроде аннигиляции — копии распадаются. Таких случаев только нами было зафиксировано очень много, прямо мистика какая-то. Встретил человек своего двойника, перенёс жуткий страх, и одна из копий должна уйти — отбор сильнейшего вступает в силу. Многие заканчивали жизнь суицидом, не в силах принять эту информацию. Это борьба за лидерство устроенная самой природой. Она подстраховала себя на случай вымирания человечества.
— То есть на протяжении веков создавала копии, передавала гены и выбирала сильнейших?
— Так мы думаем. Для того чтобы сильнейшие гены передавались потомству, для того, чтобы человечество выстояло и продолжило своё развитие. Что-то вроде естественного отбора. Довольно жуткого. Для природы нет ничего важнее продолжения человеческого рода.
Сказать, что я в шоке — ничего не сказать. У меня реально волосы на затылке шевелятся. Я не сводила круглых глаз с
— То есть, двенадцать лет назад, зелёный дым, поработил слабейших? Уничтожил представителей человеческого рода, у которых в ДНК не было это хитрожёпого гена?
Но… но как вирус к этому может быть причастен? Как так могло получиться?
— Это всё природа. Не зря же она страховалась. Она оберегла человечество от неминуемой гибели. Мутационный вирус забрал слабейших, превратив их тварей, даже самые слабые копии попали в их число — они отсеялись, уступив дорогу лидерам, кем-то вроде меня, тебя, её, — Анна кивнула на Джей.
— Но природа промахнулась, да? — Я хмыкнула. — Что случилось с ДНК рафков?
Ты сказала, что у дубликатов оно одинаковое. Почему я не стала такой, как она? — Дженни не шевелилась. — Или почему она не получила в кровь целую армию лейкоцитов?
— Это мне и предстоит выяснить. — Анна вздохнула. — У меня есть догадка.
Сразу я подумала о том, что одна из вас, по всем планам, должна была исчезнуть.
Погибнуть, или стать тварью — не важно. Одна из вас была слабее, и должна была уступить дорогу более сильной копии, но в последний момент что-то пошло не так. Оба ваших гена мутировали, вот только в разных направлениях. И это навело меня на другую мысль, о том, что обе вы были из числа слабейших. Не обижайся, но строение вашей крови больше не напоминает строение крови обычного человека. А природа нуждается в людях — никак не в мутантах.
Волоски теперь поднимались на шее:
— Ты хочешь сказать, что где-то ещё есть и обычная… нормальная человеческая копия меня?! Сильнейшая копия?!
— Джей, это лишь предположения, — улыбнулась Анна. — Нет никакой гарантии.
Я лишь имею в виду, что в планах у природы, было уничтожение вас обеих. И вы обе, вопреки всему выжили.
Я уткнулась стеклянным взглядом в металлическую столешницу. Так вот кто пытается изжить меня с этого света?.. Не судьба?.. Природа? Какой-то чёртов ген пробравшийся хрен пойми откуда в моё ДНК со своей долбаной программой по уничтожению слабейших?.. Так это он ведёт меня по кривой дорожке? Он строит козни и вынуждает вгрызаться зубами в каждый день существования?..
Мне стало смешно. Кто мы мог думать, что всё так получится?.. Самый слабый ген, с рождения болеющий астмой, по судьбе у которого не было ничего кроме печального конца где-нибудь в возрасте девяти лет, мутировал благодаря космической дряни и теперь нужен всем и каждому из-за невероятных ДНК? Благодаря тому, что моя кровь способна улучшать иммунитет, делать его «стальным», и превращать людей в улучшенных рафков — сверхлюдей умеющих владеть доминантой на высшем из уровней?.. Это было в планах у природы, чёрт возьми?!
А Дженни… Что должно было стать с ней? И почему наши одинаковые гены вообще пошли по разным дорожкам?
Судьба сводила нас. Природа, мистика, да плевать. Что-то, или кто-то сводило нас самого начала, для того, что бы одна из нас уступила дорогу другой — исчезла? А Завир тогда что? Стал нашим связующим звеном?
— Джей, ты в порядке? — ворвался в мои размышления встревоженный голос Анны. — Я шокировала тебя.
— Нет. — Я мотала головой, всё ещё глядя в столешницу. — Пытаюсь понять, что будет дальше.