Скалаки
Шрифт:
Князь побледнел. Выглянув из кареты, доктор увидел большую толпу крестьян, преградившую дорогу. Впереди толпы ехали всадники.
— Стреляйте,—приказал князь слугам.
И прежде чем он успел договорить, раздались выстрелы. Два крестьянина упали. Послышались гневные крики.
— Это едет князь!
— Пропустить,—послышались голоса.
— Он-то как раз нам и нужен!
Кареты были окружены. О сопротивлении нечего было и думать. У крестьян было большое превосходство в силе.
Гул усилился, но шел уже с другой стороны. Это прибывали
Весть о том, что господа уезжают, докатилась до Плговско-го поместья. Раненый Иржик, вопреки уговорам заботливого Балтазара, сел на коня и во главе крестьян, отобранных им из числа находившихся в Плговском поместье, устремился в погоню за господами. Лицо Иржика было белее снега, только глаза его лихорадочно блестели. Черные кудри развевались
1 Боже мой! (фр.)
из-под шапки на холодном ветру. Иржик не чувствовал боли и еще не сознавал, что его рана опасна. Он стремился встретить врага лицом к лицу и отомстить ему за все.
Иржику посчастливилось догнать князя. Снег вокруг господских повозок был вытоптан людьми, которые направлялись в замок. Иржик с Балтазаром остановились у княжеской кареты. Знатные дамы дрожали от страха. Дверца открылась, и князь увидел огромную фигуру в белом плаще, а рядом с ней — юношу, который пристально смотрел на него горящими темными глазами. Доктор робко залепетал, что в карете милостивый господин князь, что…
— Мы все это знаем,—перебил его Иржик.—Ваша светлость, я Иржик Скалак! Я был еще мальчиком, когда вы изволили навестить нашу усадьбу «На скале». Мы предоставили вашей светлости ночлег, и вы нам хорошо за это отплатили. Тетка моя умерла, старый дед, гонимый нуждой, умер от горя, отец мой по вашему приказанию был повешен, а я вынужден был прикинуться сумасшедшим, но у меня еще достаточно есть сил и разума, чтобы я мог отомстить —пролепетал доктор.
Князь, знавший чешский язык, задрожал. Он понял, что ему не уйти от разъяренных людей, и растерянно посмотрел вокруг, но, увидев возле себя только жену и сестру, совсем поник головой.
— Чего ты хочешь? —спросил он.
— Я еще не все сказал. Вы пытались опозорить мою невесту, но тогда мой удар настиг лишь вашего коня. Вы тиранили не только нашу семью и всех, кого вы видите здесь; по вашей воле тиранили и мучили еще тысячи крепостных. Мы взывали о справедливости, но нас не хотели слушать.
— Нас сажали в кутузку, пороли, как мальчишек, за то, что мы искали защиты во дворце! —вмешался Балтазар.
Гул одобрения разнесся вокруг.
— А когда во дворце над нами сжалились и выдали патент, который освободил нас от барщины, вы воспротивились этому и скрыли от нас этот патент, подписанный государыней.
— Патент! Требуем патента! —кричал народ.
— Мы могли бы отомстить вам, но мы простые крестьяне и не сделаем этого. Мы хотим только получить свое, то, что принадлежит нам,—патент,
1 Сумасшедший (лат.)
— У меня нет никакого патента, и никакого патента вообще не выдавали.
— Врет! —крикнул какой-то крестьянин.—Поищем в карете.
И не успел он договорить, как толпа бросилась к поклаже и стала тщательно ее осматривать.
Доктор, вслед за князем, клялся, что у них нет никакого патента и что подобной бумаги в замок не присылали. Возбужденные крестьяне не успокаивались. Они не верили господам. Послышались угрозы. — Князь клянется, что он не видел патента,—обратился Иржик к народу.
— Все равно, мы должны получить патент или обязательство вместо него. Пускай он нам его напишет.
— Правильно! —закричали крестьяне.
Князь стал отсылать их к пану управляющему.
— Управляющий шельмец! Он ничего не может сделать. Его обязательство ничего не стоит! —кричали люди.
— Дайте ему полномочия. Пусть он напишет от вашего имени,—сказал Балтазар.
Это предложение всем понравилось. Князь сначала отказывался, но перед лицом грозной опасности должен был подчиниться. Князь понимал, что его принудят к этому силой или заставят вернуться в замок. Он достал из сумки бумагу и написал управляющему доверенность, согласно которой тот мог разрешать дела с крепостными по своему усмотрению. Это всех успокоило.
Между тем к карете подошел раненый, весь в крови, крестьянин. Другого раненого поддерживали двое товарищей.
— А как нам быть? —спросил он.
— Это сделали ваши слуги, по вашему приказанию,—сказал Иржик.—Люди пострадали невинно, а у них есть семьи.—Князь дрожащей рукой протянул кошелек с дукатами.
— Возьмите,—приказал Иржик,—это вам за ранение. Доктор Силезиус униженно просил, чтобы их, наконец, отпустили, так как их светлость и дамы могут простудиться.
— Отпустим? —спросил Иржик у крестьян.
— У нас есть доверенность и слово князя, остального мы сами добьемся в замке,—отвечал народ.—Пусть едут!
— С вами они пока в расчете, а со мной еще нет: за мучения деда, отца, тетки, невесты я еще не получил возмещения, теперь я сам его возьму. Князь погубил молодую девушку, сестру моего отца, в отплату за это я возьму сестру князя!—вскричал Иржик и приблизился к княжне.
Князь вздрогнул и подался вперед, как бы желая защитить сестру.
— Назад!— закричал Иржик.—Кто двинется, тот будет убит. Иди ко мне, прекрасная княжна, мы будем с тобой наслаждаться любовью.
Княжна вскрикнула и, отпрянув, прижалась к брату, который схватился за шпагу и посмотрел на слуг.
— Ни с места! Она моя! —вскричал Иржик и приблизился к девушке.
— Пощади меня! —умоляла княжна.—Я тебя не обижала!
— Моя тетя тоже не обидела князя, ее вина состояла лишь в том, что она была красива. Ваш развратный брат не пощадил ее. Око за око! Батюшка, расскажите ей все.
Балтазар кратко рассказал о поступке князя. Княгиня закрыла лицо. Княжна дрожала, как осиновый лист.