Скарабей
Шрифт:
Генерал шагал быстро. Он вел их по улицам, и его молчание и стремительный шаг расчищали путь. Кое-кто из встречных украдкой бросал на них взгляд. Никто не произнес ни слова.
На полпути через квартал Шелковых Ткачей генерал, не оборачиваясь, сказал:
— Сегодня утром пришли твои отец и сестра.
Сетис не сбился с шага, хотя сердце бешено заколотилось.
— Где они?
— Я велел поселить их в одном из домов в Порту.
Он нырнул под веревку с бельем.
— Можно
— Они мне не пленники. — Аргелин искоса взглянул на него.
Дойдя до верхнего конца круто поднимавшихся в гору белых переулков, они свернули на тихую площадь. С трех сторон ее обрамляли дома, с четвертой ограждала кирпичная стена, над которой свешивались ветви оливковых деревьев.
Генерал приказал своим людям:
— Оставайтесь здесь. Не входите, пока я за вами не пришлю.
Обернувшись, Сетис заметил, как солдаты с ухмылкой переглянулись. Это его озадачило, однако мгновение спустя он увидел, кто именно открыл Аргелину дверь в ответ на стук.
Гетера. Девушка с ярко накрашенным лицом, едва одетая. Сетис в жарком смущении отвел взгляд. Неужели в этом и кроется тайна генерала?
Аргелин, ничего не сказав, прошел мимо нее. Сетис вошел вслед за ним и очутился в передней, увешанной красным шелком. Пахло дешевыми духами. Девушка закрыла за ним дверь. Она ничего не сказала, как будто узнала его. Аргелин, по-видимому, хорошо знал дорогу; он поднялся по лестнице в углу и без стука распахнул дверь.
Стоявший за его спиной Сетис от изумления открыл рот.
Дорогу преградил свирепый исполин с кривым ножом в руках. Позади него ждала женщина. Она стояла перед зеркалом, и оно искажало ее черты, придавая им неестественную остроту. Из покоробленного металла спокойно взирали ее глаза, маленькие и черные. Она словно заранее знала об их приходе.
Аргелин ворвался в комнату.
— Отошли свою гориллу, Мантора, — рявкнул он, усаживаясь в резное кресло у окна. — Нам надо поговорить.
— Да ты хоть представляешь, как я из-за тебя волновалась! — накинулась на нее Мирани.
— Ты ее знаешь? — спросил Шакал.
— Еще бы! Это Ретия. Та самая…
— …что начала войну! — Продолговатые глаза Шакала прищурились. — Значит, вот она какая. Что ж, рад познакомиться, пресветлая.
Ретия впилась в него пылающим взглядом.
— Развяжи мне руки! Сейчас же!
Он не сдвинулся с места. Мирани обернулась к нему.
— Давно она здесь?
— Мои люди притащили ее сегодня утром. Она шпионила за ними в палестре.
Ретия стояла, гордо выпрямившись.
— Мирани, я не знаю, что это за сброд, но если мне сейчас же не развяжут руки, я…
— Да замолчи ты, Ретия. — Внезапно Мирани почувствовала
Шакал внимательно всмотрелся в нее, потом обернулся к Лису и крикнул:
— Принеси поесть. Живо!
Алексос свернулся клубочком на скамейке, положив голову на колени к Орфету, и сразу же заснул. Небольшая мармозетка, которую он принес из зоопарка в пирамиде, верещала и перебирала ему волосы.
Мирани сложила руки, пытаясь собраться с мыслями. Орфет что-то передал ей. Она взяла — это оказался персик, но у нее не было сил даже его надкусить.
— Почему вы вышли из гробниц? — сурово спросил Шакал. Пока Орфет рассказывал ему о статуе, Мирани пожирала горящим взглядом Ретию, а та в ответ точно так же смотрела на нее. Когда наступила тишина и мужчины изумленно воззрились на спящего мальчика, Мирани тихо проговорила:
— Мы знаем, что ты вошла в сговор с принцем Джамилем.
Ретия пожала плечами.
— Надо же было что-то делать. С какой стати я буду ждать чокнутого ребенка и писца? Время уходило. Я решила действовать самостоятельно.
Наступило молчание.
— И как же? — Орфет сплюнул косточку; она со стуком упала в металлический кувшин.
— Развяжите меня, иначе больше не скажу ни слова.
— Пресветлая, ты, кажется, не понимаешь, кто здесь главный, — проговорил Шакал.
Она окинула его повелительным взглядом.
— Главный здесь — Бог. А не ты.
Он холодно улыбнулся, однако все-таки кивнул Лису. Одноглазый схватил нож и перерезал веревки. Ретия потерла руки и заговорила.
— Первым делом я нашла работу. В палестре.
— Ты? — Это не укладывалось у Мирани в голове.
— А почему бы и нет? — Ретия пожала плечами. — Если надо, я могу встать на колени и мыть полы.
Крисса, сидевшая у самой двери, сдавленно хихикнула. Рослая девушка посмотрела на нее, не веря своим глазам.
— Значит, эта маленькая дрянь опять здесь? Хотела бы сказать, что рада ее видеть, но не могу. — Не обращая внимания на сердитый взгляд Криссы, она опять обернулась к Мирани. — Джамиль чуть ли не каждый день ходит в баню. Это единственное место, где мы сможем втайне схватить его. Аргелин там не появляется. Он ненавидит воду, говорят, даже не пьет ее и от жажды сходит с ума.
Мирани сказала:
— Но…
— Дай мне закончить. Я поговорила с Жемчужным Принцем. Он мне поверил. Он считает, что я достану ему корабль, помогу уйти из Порта к дядюшкиному флоту — тот стоит в открытом море, за островами. — Она удовлетворенно улыбнулась. — Я устроила так, что меня предупредят, когда он придет в палестру в следующий раз. Тут-то я до него и доберусь.