Сказочник
Шрифт:
— У тебя вообще есть недостатки? — спросила Ася позже, когда тарелки опустели, а от латте в чашке осталась лишь прилипшая к стенкам пенка. — Я имею в виду что-то серьезное, а не то, что у тебя слишком быстро отрастает щетина.
Тимур машинально погладил подбородок: в самом деле, за ночь на подбородке наметилась легкая шершавость. Наверное, компенсация зато, что все остальное тело как раз-таки не страдает волосатостью от слова «совсем».
— Мне в офис только через два часа, побреюсь перед выходом.
Ася встала из-за стола, подошла к Тимуру, глядя на него
— Можно? — Ее пальцы замерли у линии подбородка.
Тимур мысленно пожелал себе терпения. После вчерашних горячих объятий и танца языков, он бы позволил ей все, хоть сумасшедшее родео на его члене, но говорить об этом слух не стоило. Вместо ответа он перехватил ее запястье и твердо положил ладонь себе на щеку. Морковка пробежала кончиками пальцев по шершавости, глядя на него вдруг вспыхнувшим жарким янтарным огнем.
— Могу оставить так, если хочешь, — предложил Тимур, безошибочно угадав ее мысли.
— Да, пожалуйста.
Она прочертила линию от щеки до губ, задевая подушечкой большого пальца ямку под нижней губой. На миг зажмурилась, как будто это действие было почти таким же приятным, как и их ночная страсть.
Ладно, кажется, пришло время еще немного смутить Морковку. И хорошо бы, с самыми радужными последствиями в виде ее улыбки.
— Пойдем.
Тимур взял ее за руку, отвел в гостиную, усадил на диван, на всякий случай предупредив, что не собирается танцевать стриптиз и она может расслабиться.
Правда, сказанное вдогонку «по крайней мере не сегодня», расшатали ее сдержанность.
Он поднялся к себе в комнату и вернулся с большим бумажным пакетом, завязанным праздничной лентой.
— Это тебе. Вместо снега.
Ася с минуту смотрела на подарок, не решаясь взять его в руки.
— Я не могу… — Она запнулась.
— Ты же еще не знаешь, что там. Вдруг, щенок?
— Вдруг, экзотическая ящерица? — переиначила она. Улыбнулась, все еще румяная, как матрешка.
— Ты бы хотела холодную ящерицу вместо милого щенка? — с сомнением переспросил Тимур. И только когда она хитро улыбнулась в ответ, понял, что по крайней мере сейчас Морковка сполна отплатила ему за все подколки. — Слава богу, маленькая, а то, знаешь, я как-то не очень к рептилиям. То есть, вот совсем никак.
Положив Тима на диван и зафиксировав его подушкой от падения, Ася медленно, словно вытаскивала нижнюю карту под карточным домиком, развязала бант, заглянула внутрь пакета. Моргнула, подняла взгляд в поисках объяснения.
— Открой, не бойся, — подтолкнул Тимур.
— Который из них? — растерянно, на грани испуга, спросила она.
— Любой, маленькая, потому что они все твои. Надеюсь, хотя бы какой-то придется по душе.
Она несмело запустила руку внутрь, доставая коробочку в розовой упаковке, перевязанную белыми лентами. Тимур вспомнил, что просил каждую упаковать иначе, чем предыдущие. Если бы знал, что наградой будет такой сногсшибательный удивленный взгляд — скупил бы весь чертов магазин.
Глава двенадцатая: Ася
В коробочке, под оберточной бумагой оказались…
Пряный, чуть с горчинкой запах разнесся по комнате после первого же пшика на волосы.
— Я знаю, что иногда дети не очень любят духи, — извинился Тимур, потирая шею.
— Не замечала за ним такого, — негромко ответила Ася, сжимая в ладони заветную бутылочку, словно та стоила целого мира.
Он привез ей духи. Он был в городе самых красивых женщин, и все же нашел время найти подарок для незваной гостьи. А ведь в пакете было еще много примерно таких же по размеру коробочек. Возможно, он ходил по магазинам, лично выбирал что-то для нее, а не как Игорь, доверял покупку подарков своей сестре.
Ася тряхнула головой, пытаясь одновременно и вытолкать эти мысли, и насладиться, хотя бы немного, своей личной сказкой.
Внутри следующего подарка оказался тонкий серебряный браслет известного бренда, который, в преддверии новогодних праздников, рекламировали чуть ли не на каждом шагу. Кажется, Марина хвасталась таким пару месяцев назад, говорила, что ее новый парень жутко щедрый и исполняет все ее прихоти.
— Я не могу это взять. — Ася положила украшение обратно в коробочку.
— Можешь и возьмешь, — твердо сказал Тимур. — И этот, и следующие. Потому что тебе, маленькая, нужно категорически срочно учиться нормально реагировать на то, что мужчина получает удовольствие, балуя женщину.
«Но разве я твоя женщина?» — вертелся на языке невысказанный вопрос.
Озвучивать его сейчас казалось просто грубостью. В конце концов, она не имеет никакого морального права поднимать вопросы отношений. Ни сейчас, ни потом.
Они просто… мужчина и женщина под одной крышей.
— Давай, Морковка, не лишай меня радости смотреть, как ты превратишься в красную редиску, — во весь рот улыбнулся Тимур.
— Там что — съедобные трусики? — брякнула она первое, что пришло в тяжелую от смущения голову.
Сказочник выразительно выгнул бровь, превращаясь в один огромный знак вопроса.
— Я просто пошутила! — замахала руками Ася, чувствуя, что от стыда горят даже пальцы на ногах.
Чтобы как-то разбавить неловкую паузу, наугад взяла следующую коробочку, дрожащими путающимися пальцами распустила аккуратный бант — и вытряхнула на ладонь горсть серебряных бусинок в набор к браслету. Снежинка, новогодняя елка, кисточка и студенческая шапочка с кисточкой, пара усыпанных блестящими камнями шаров-фиксаторов.
Ох, этот мужчина не может быть реальным. Ну правда. Она сошла с ума и живет в мире своих грез, наслаждаясь обществом воображаемого Идеального Мужчины.
Она не выдержала, встала, чтобы пощупать Тимура, убедиться, что рука поймает лишь пустоту, но в этот момент телефон в кармане «ожил» и сбивчивый голос сестры истерично завопил:
— У меня большие проблемы, Настя! Они сказали, что убьют меня, если не верну деньги!
Вот тебе и еще один подарок к Новому году.
Ася вдохнула перевела взгляд на Тимура: он внимательно, чуть-чуть хмурясь, наблюдал. Тим на кровати продолжал мирно посапывать.