Скелет
Шрифт:
Мне нужно найти способ заставить его страдать. Это единственный способ, которым я наконец-то избавлюсь от всего. Может, тогда я смогу воссоздать оазис, который создала в Уэст-Пейне, и самостоятельно впитаю его солнце и тени.
Достаю из кармана трофейную зажигалку Джека и открываю крышку, чиркая колесиком, чтобы разжечь пламя. Кажется, нельзя подставлять край фотографии огню, но я все равно это делаю. Я позволяю ему пожирать бумагу до тех пор, пока она не обжигает мне кончики пальцев, и только тогда отпускаю ее, роняя горящие ошметки на истертые доски у своих ног. Мой ботинок вдавливает огонь и золу в пол, а затем
Припарковавшись, я отправляю сообщение доктору Кэннону, чтобы сообщить ему о своем прибытии, и он сразу же отвечает, хотя я знаю, что он не зайдет проведать меня. Поисковая группа почти закончила прочесывать территорию, когда предупредила доктора Кэннона о странном поведении животных на сельскохозяйственных угодьях, прилегающих к исследовательским площадкам. Конечно, в любом случае это были напрасные поиски, и большинство сотрудников, похоже, ушли. На стоянке есть несколько машин, но я никого не вижу, когда достаю винтовку и рюкзак с заднего сиденья своего «Лендровера». Я не вхожу в здание, не смотрю на окна лабораторий. Я просто иду к полям с опущенной головой, высматривая признаки своей добычи.
Пятидесятиакровый участок исследовательских полей Басс-Ривер не является огромным пространством для прогулок, но он полон лесистых участков, ручьев и полей, окруженных смесью сельскохозяйственных угодий и редкого леса. Достаточно места, чтобы живые существа могли прятаться и бродить, строить логова и растить детенышей. Благодаря обилию пищи для падальщиков, многие из этих существ держатся поблизости, и их нетрудно найти, если знать, где искать. И мне требуется не больше двадцати минут, чтобы найти то, что я ищу.
Я расстилаю свое одеяло на хрустящей, покрытой инеем траве, все еще находясь в пределах видимости исследовательских лабораторий за спиной. Ложусь на живот и настраиваю прицел, но не делаю выстрела. Я просто наблюдаю некоторое время, позволяя холоду и тишине окутать меня, а узлу сожаления туже стянуться вокруг моего горла, пока слежу за одиноким зверем в перекрестье прицела.
— Вам не следует здесь находиться, доктор Рот.
Я выдыхаю смешок, но не отрываю взгляда от обзора через оптический прицел.
— Думаешь, я стала бы рисковать без разрешения? Средь бела дня? С гребаной винтовкой? Вы, наверное, до сих пор невысокого мнения обо мне, доктор Соренсен.
Я слышу улыбку в голосе Джека, какой бы слабой она ни была.
— Я имел в виду, что вероятный убийца разгуливает на свободе. Тебе не следует быть здесь одной. Для приличия.
— Винтовка, Джек.
Джек останавливается рядом со мной, подошвы его потертых ботинок хрустят у меня за спиной, на краю моего непромокаемого одеяла. На долгое мгновение между нами повисает тишина, только пение птиц и шелест травы заполняют пробелы в моем терпении. Я уверена, Джек взвешивает потенциальную выгоду от удара ногой мне по голове против возможности получить пулю по яйцам. Но, что удивительно, он не рискует.
— Тебя не было в поисковой группе, — вместо этого говорит Джек.
— Нет.
— Почему?
Я пожимаю плечами, не отрывая взгляда от прицела.
— У меня были дела поважнее.
Наступает тихий момент, я думаю, что он сейчас отчитает меня за то, что я не явилась на поиски, но молчание затягивается,
— Ты не в камуфляже, — замечает он вместо этого.
— Верно. Сегодня мне он не понадобится, — отвечаю я, мой голос низкий, ровный и тихий, как торжественная молитва в пустой церкви. — И, надеюсь, я отпугну того, кто меня заметит первее.
Я смотрю на Джека. Его взгляд прикован к горизонту, куда направлен мой прицел, потом блуждает по ландшафту, пока он ищет мою добычу. Я слежу за линией своего прицела и вдруг вижу ее вдалеке. Голова опущена. Рыжевато-коричневый мех. Прерывистый шаг.
— CBF-1413, — говорю я, двигаясь влево по одеялу. Я раскрываю ладони вокруг винтовки, поднимая взгляд и встречаю вопрос в глазах Джека. — Взгляни.
Джек не подходит ближе и не вынимает рук из карманов куртки. Он просто поворачивает голову, чтобы искоса бросить на меня оценивающий, скептический взгляд.
— Вы хотите отдать мне свое оружие, доктор Рот?
— Стрелять мне в голову на территории кампуса вряд ли в твоем стиле. Если бы ты хотел убить меня, а я уверена, что ты хочешь, ты бы предпочел что-нибудь гораздо более личное и… интимное… — я прикусываю нижнюю губу, когда взгляд Джека падает на мою соблазнительную, понимающую улыбку. Мрачный смешок клокочет у меня в горле, когда его глаза сужаются, расширенные зрачки пожирают серебристую радужку, пока не остается только тонкая полоска цвета. В ответ моя улыбка становится чуть более озорной. — Как думаешь, почему я зачесываю волосы наверх и надеваю эту рубашку сливового цвета с воротником-бабочкой в те дни, когда больше всего хочу тебя разозлить, а? Ну понял, которая с маленькими декоративными оборками здесь? — спрашиваю я, поднимая голову, подставляя горло холодному осеннему воздуху и проводя пальцами по коже.
— Я ненавижу эту рубашку.
— Знаю. Там повязки вокруг горла. Так близко к удушению, и все же так далеко. Такая дразнилка, — я заставляю свой короткий смешок прозвучать более сардонически, чем он есть на самом деле, когда отодвигаюсь на дюйм или два левее и снова протягиваю винтовку. — Да ладно тебе. Я не укушу… на этот раз.
Между бровями Джека пролегает складка. На мгновение мне кажется, что он просто уйдет, оставив после себя несколько холодных и режущих слов. Но вместо этого он подходит ближе, его глаза не отрываются от моих, когда он опускается на колени рядом со мной, их холодный металлический блеск проникает мне в душу до того момента, пока винтовка не оказывается крепко зажата в его руке. Моя улыбка исчезает, аромат ветивера перекрывает запах примятой прохладной травы и влажной земли. Джек лежит на животе рядом со мной, опираясь на локти, и выглядит так же естественно с винтовкой в руках, как с бокалом шампанского и в безупречном черном костюме на торжественном мероприятии.
— Где искать? — спрашивает Джек, его внимание на мгновение задерживается на моих губах, прежде чем он прижимает винтовку к плечу и сосредотачивается на горизонте.
— На холме, справа от сосен, — отвечаю я, собирая обрывки своих разбегающихся мыслей. Волна сожаления — это все, что остается, когда я слежу за дулом. — Койот.
Джек кивает, его правый глаз устремлен в оптический прицел, левый плотно зажмурен.
— Понял.
— Не-а, другое, — поправляю я, но мягко. — Что ты видишь? — спросила я.