Сколько стоит миллиард
Шрифт:
— Понятно, — задумчиво сказал Дронго. — И вы считаете, что я могу за несколько часов решить все проблемы?
— Не нужно острить. Сейчас не время, — раздраженно ответил министр, — я не прошу вас брать штурмом самолет. Мне нужно, чтобы вы выяснили нечто совсем другое.
— Это я уже понял, судя по тому, как срочно вы со мной связались.
— Дело в том, — продолжал министр, — что делегация ООН должна была вылететь вчера другим рейсом, но неожиданно выяснилось, что они не успевают подготовить итоговые документы.
Вы меня понимаете?
— Неожиданная задержка, — задумчиво сказал Дронго.
— Вот именно. Они планировали улететь раньше. Но террористы как будто знали, что они полетят именно сегодня. Сотрудники ФСБ уже проверили: пять человек поменяли свои билеты со вчерашнего рейса на сегодняшний. Это не считая дипломатов. Отсюда напрашивается вывод: террористов кто-то информировал о переносе вылета дипломатов и сведения поступили из достаточно надежного источника.
Дронго нахмурился. Он наконец понял, в чем суть проблемы.
— Когда террористы поменяли билеты?
— Ровно через тридцать минут после того, как я узнал о том, что группа сотрудников ООН не летит вчерашним рейсом, — вздохнул министр, — ровно через тридцать минут. По моей просьбе один из наших сотрудников проверил все данные по компьютеру компании, продававшей им билеты. Там зафиксировано время смены билетов. Об этом уже известно и сотрудникам ФСБ. Но им сейчас не до таких тонкостей. У них осталось в запасе всего несколько часов.
— Кто, кроме вас, мог узнать об отмене вылета дипломатов? — спросил Дронго. — Именно за эти тридцать минут.
— Никто, — развел руками министр, — они позвонили сразу мне. В этот момент дипломаты находились в здании министерства и работали над итоговым документом. Но возникли разногласия, и они решили перенести свой вылет на сегодня.
— Кто был с ними в этот момент в кабинете?
— Мой заместитель, директор департамента и посол по особым поручениям. Три человека.
Всем троим я доверяю.
— Кто еще мог узнать о том, что их вылет отложен?
— Следующим был я сам.
— И кому вы позвонили?
Министр недовольно взглянул на Дронго.
Потом вымолвил:
— Конечно, Президенту.
— Он сам взял трубку?
Министр покачал головой.
— Не зарывайтесь, Дронго. Надеюсь, вы не собираетесь подозревать Президента страны в том, что он сообщил террористам об изменении времени рейса? Кстати, я позвонил ему не сразу, минут через пятнадцать. Они просто не могли успеть. Поэтому, думаю, мой звонок Президенту здесь ни при чем.
— А ваш секретарь? Она могла услышать ваш разговор? Или кто-нибудь из ваших помощников?
— Вы серьезно подозреваете, что мои помощники связаны с террористами?
— Вы сами попросили меня помочь. Вы утверждаете, что никто,
Поэтому я и задаю такие вопросы.
— Не могли, — категорически заявил министр, решив прекратить споры с этим неприятным для него человеком. — Не забывайте, у нас очень мало времени.
— Что вы предлагаете мне делать?
— Поехать со мной в министерство и найти человека, выдавшего террористам информацию. Там всего пять человек. В течение трех часов вы обязаны найти и указать мне, кто и почему решился на такой пагубный для страны шаг.
— Почему пятеро? Вы посчитали и себя?
Все равно должно получиться четверо.
— Нет, — разозлился министр, — конечно, нет. Если бы я сам сообщил террористам об отмене рейса, я бы не стал вас искать. Не нужно все время считать себя умнее других, Дронго. Просто там присутствовала и стенографистка, которая фиксировала их беседу. И девушка — секретарь заместителя министра, которая приносила им чай и могла слышать их разговор. В общем, получилось пять человек.
Или вам мало такой цифры?
— Меня больше волнует другая цифра, — честно признался Дронго. — Почему они попросили такую заведомо нереальную сумму — миллиард долларов? Любой мало-мальски нормальный человек понимает, что миллиард долларов наличными ему никогда не дадут.
Ни в Москве, ни в Лондоне, ни в Вашингтоне просто нет таких денег. Да они их и не смогут увезти. Тогда почему они выдвигают такие заведомо глупые требования?
— Это вы узнаете у них завтра утром, — нервно заметил министр и дотронулся до плеча водителя. — Боря, давай в министерство.
Водитель, не оборачиваясь, кивнул.
— А ваш водитель не мог знать об этом рейсе? — очень тихо спросил Дронго.
— Нет. Это не мой водитель. И потом я сел в тот день в автомобиль, когда билеты уже поменяли. Значит, террористам мог сообщить об отмене рейса только один из пятерых сотрудников.
— Приятная перспектива, — кивнул Дронго, — почти невероятная. Каким образом я сумею определить, кто именно из них связан с террористами? Вы же сказали, что ручаетесь за всех своих сотрудников.
— За сотрудников — да. Но там находились еще две молодые женщины. За них я не ручаюсь. Вполне вероятно, одна из них каким-то образом имеет отношение к террористам и сообщила им о переносе вылета. И вдобавок ко всему у одного из бандитов есть дипломатический паспорт.
— Как это — дипломатический паспорт? — не поверил услышанному Дронго. — И вы не знаете, кто его выдал?
— Пограничники уверяют, что печати наши. А серия паспорта относится к той партии, которая фигурировала на Украине. Сейчас мы проверяем, как паспорт с Украины мог попасть в Россию и почему его выдали террористу. Но на это уйдет время, а у нас в запасе всего несколько часов.