Сколько стоит миллиард

Абдуллаев Чингиз Акифович

— Неприятная перспектива, — согласился Дронго. — Но хотя бы личные дела своих сотрудников вы подготовили?

— Конечно. И даже приказал сделать подробные объективки. Мой заместитель по кадрам может вам помочь.

— Сам он не мог знать об отмене рейса?

— Нет. Я же сказал: только эти пять человек. Его вообще вчера не было в министерстве. Он болеет, я вытащил его из постели. Кроме пятерых наших сотрудников, о переносе вылета знали только я и Президент. Даже премьер-министру об этом не было известно.

— В

таком случае вам придется позвонить еще и Президенту, — подвел итог Дронго.

— Вы с ума сошли? Что я ему скажу? «Подозреваю вас в связях с террористами»? Он сочтет меня идиотом.

— Нет. Если я ничего не обнаружу в вашем ведомстве, вы позвоните ему и просто спросите, не сообщал ли он об этом? А если сообщал, то кому именно?

Министр замолчал. Достал платок, вытер лицо.

— Постарайтесь найти этого человека, — почти простонал он, — иначе никто не поручится за жизнь заложников.

Глава 4

К зданию министерства они подъехали довольно быстро. Стоявшие в подъезде сотрудники милиции очень удивились, увидев, как поздно вернулся на работу министр да еще в сопровождении какого-то неизвестного человека. Правда, они не рискнули потребовать у незнакомца пропуск, поскольку он приехал с министром.

В приемной находились несколько человек.

Кроме помощника министра, сидевшего за столом, были еще две молодые женщины и двое мужчин. Дронго внимательно рассмотрел всех четверых.

Одна девушка — коротко подстриженная, явно крашенная блондинка, в красивом красном костюме. Мини-юбка подчеркивала ее стройные ноги. Другая — шатенка, в очках, волосы аккуратно собраны. Лицо почти без косметики. Юбка заканчивалась значительно ниже, но также обрисовывала некоторые прелести ее фигуры. Мужчины, сидевшие на диване, тихо переговаривались. Когда вошел министр, они мгновенно встали. Один среднего роста, лысый, одет в темный строгий костюм.

Другой в более светлом костюме и с очень хорошим галстуком, что Дронго отметил чисто механически. И весьма неплохая обувь. Он бодро кивнул в ответ на приветствие министра.

Вслед за хозяином Дронго проследовал в кабинет, где уже сидели два заместителя министра.

Шея одного из них была замотана теплым шарфом. Он поздоровался простуженным голосом, и Дронго понял, что это заместитель по кадрам. Другой, в элегантном сером костюме, строго посмотрел на гостя, поправляя прическу в тщетной попытке скрыть лысину.

— Садитесь, — разрешил хозяин кабинета, опускаясь в свое кресло. — Вот, познакомьтесь. Это эксперт по проблемам безопасности… э… как вас называть?

— Как угодно, — улыбнулся Дронго, — им ведь все равно.

— В общем, он не любит называть свое настоящее имя, — буркнул министр. — А это два моих заместителя. Семен Константинович —

по кадрам, а Всеволод Игнатьевич — по международным организациям. Он как раз занимался приемом наших гостей.

— Понятно, — кивнул Дронго. — У меня к вам сразу небольшая просьба, если, конечно, можно.

— Какая просьба? — нахмурился министр, ожидая подвоха.

— Сделать так, чтобы все четверо ваших сотрудников, сидящих сейчас в приемной, разошлись по разным кабинетам. Подчеркиваю — по разным. И чтобы не общались друг с другом.

— У нас не гестапо, — резко заметил Всеволод Игнатьевич, — может, вы еще хотите устроить здесь пыточную камеру?

— Подождите, — поморщился министр и, уже обращаясь к Дронго, спросил:

— Вы считаете, это обязательно?

— Во всяком случае, желательно. Мне нужно, чтобы все участвующие в этом деле разошлись по своим кабинетам. Когда понадобится, мы их позовем.

— Хорошо, я распоряжусь. — Министр был умным человеком и понял, что речь идет не только о четверых сотрудниках, сидевших в приемной. В равной степени все сказанное относилось и к одному из его заместителей.

— Всеволод Игнатьевич, — обратился он к одному из заместителей, — распорядитесь, пожалуйста. И сами, если хотите, можете немного отдохнуть в своем кабинете. Когда понадобится, мы вас позовем.

Заместитель министра иностранных дел был не менее проницательным человеком, он понял, что его под благовидным предлогом просто удаляют из кабинета.

— Да-да, конечно, — торопливо сказал он, поднимаясь со стула, — сейчас все устрою.

Если понадобится, я у себя.

Он быстро вышел из кабинета. Наступила неприятная тишина.

— Вы своими полицейскими методами оскорбляете наших людей, — обиженно заметил министр иностранных дел.

— По-моему, я не напрашивался к вам в помощники, — напомнил Дронго, — и уж тем более не я называл имена подозреваемых.

Не сумев ничего возразить, министр промолчал.

— Давайте начнем по порядку, — предложил Дронго, — прямо с вашего заместителя.

Сидевший напротив него кадровик достал из своего портфеля папку, протянул ее Дронго.

— Здесь все данные на Всеволода Игнатьевича.

— Лучше, если вы мне коротко расскажете, — попросил Дронго, — а потом уж я посмотрю, что меня интересует.

Заместитель министра поправил шарф на шее. Он чувствовал себя еще не совсем хорошо, но шеф сегодня был неумолим, потребовав приехать в министерство.

— Всеволод Игнатьевич Баженов, — начал заместитель министра по кадрам, — работает в нашей системе более двадцати лет. Кадровый дипломат. Поступал в МГИМО по направлению с завода. Отлично учился. Работал в Нигерии, Сомали, Египте. В центральном аппарате служил директором департамента. Заместителем министра назначен в прошлом году.