Сколько стоит ваше сердце?

Матуш Татьяна

— Да, — удивилась и Алета, — а что, не должно? Насколько мне успели объяснить местные обычаи, это не принято.

— Ну, — незнакомец широко улыбнулся, — отдаю вам должное, играете вы неплохо. В темноте вас и впрямь можно принять за аристократку, но лишь пока вы не откроете рот. Итак, какой Дом?

— Что вы имеете в виду? Я вас не понимаю.

— Ну, ты ведь на самом деле никакая не баронесса.

— И кто же я? — зеленые глаза полыхнули настоящим, не наигранным интересом.

— Шлюха, — уверенно ответил незнакомец, — вот

только чья? Ну, чья бы ни была, я сумею перебить цену. Назови ее — и получишь вдвое.

Алета наклонила голову. Медленно, нарочно медленно подняла руку и принялась стаскивать тонкую перчатку. Один палец. Другой. Третий.

Незнакомец улыбался, той самой улыбкой, которую, похоже, сам считал неотразимой. Или располагающей. Бездна знает, чего он там считал, да и кому интересно, о чем думает дурак. Все равно никаких ценных мыслей у него быть не может.

Алета, наконец, справилась с перчаткой и сунула под нос гвардейцу свою руку со статусным кольцом.

— Еще вопросы будут.

— Но… — если парень и растерялся, то быстро пришел в себя, — это ведь не настоящее кольцо.

— И какое же?

— Поддельное, — уверенно сказал гвардеец, — я же вижу, что оно не золотое. И даже не серебряное. Что это за дрянной сплав? На золото денег не хватило? Так я же предложил, назови цену — и таких золотых побрякушек у тебя будет много. Я — граф.

— О, небо, — коротко вздохнула Алета, — и за одного из этих идиотов мне придется выйти замуж? Прости меня, святой покровитель, но уж лучше смерть рядом с троном Священного Кесара. Так оно, по крайней мере, быстро.

— Ты о чем? — сузил глаза гвардеец.

— Я не давала вам право обращаться ко мне на "ты", — холодно отозвалась Алета, — впрочем, не важно. Любезный, — она щелчком подозвала ближайшего охранника в серебряном мундире.

Тот оказался рядом мгновенно и учтиво склонил голову:

— Да, ваша милость.

— Насколько я знакома со здешними порядками, вы заучили наизусть списки приглашенных и можете назвать всех, по именам.

— И имеющихся, и отсутствующих, — кивнул тот.

— Будьте добры, представьте нас друг другу по всем правилам.

— Как вам будет угодно, ваша милость. Госпожа наследная баронесса Шайро-Туан, владение — Кайора, — короткий поклон, изящный разворот, — Его Сиятельство, граф Кориш, владения — Легар.

— Благодарю вас, — кивнула Алета.

Гвардеец смутился, но не сильно.

— Что ж… ваши манеры ввели меня в заблуждение. И кольцо… Кстати, мое предложение остается в силе. На счет золотых побрякушек. Я щедр со своими любовницами. По крайней мере, еще ни одна не пожаловалась. А вы, баронесса, после этого бала о выгодной партии можете забыть, так что… берите, что дают. Пока дают.

— Я вам еще нужен, ваша милость, — напомнил о себе охранник в серебряном.

— Да, — Алета скучающим тоном обвела залу, — будьте свидетелем того, что меня оскорбили, я потребовала сатисфакции и граф… как вас там? Впрочем,

неважно, вы ведь дворянин, а значит, вызов примете — так вот, Его Сиятельство вызов принял. Если вы найдете мне Марка Винкера… Хотя, он же не дворянин и не может быть секундантом.

— Я — дворянин, хоть и безземельный, — мягко заметил охранник, — шевалье Арже, к вашим услугам. И я имею право быть секундантом.

— Дуэль, — граф смотрел на них двоих как на говорящих кошек или вдруг взлетевших ящериц, — Вы спятили?

— Как вам будет угодно, — равнодушно дернула плечом Алета, — насколько я знакома с Кодексом, сумасшествие не является препятствием для дуэли. Выбирайте же оружие, Ваша Сиятельство.

— Оружие, — это слово до графа дошло, — но… кто будет драться за вас, баронесса? О простолюдина я свою шпагу марать не стану!

— Значит — шпага? Отлично. Нам осталось только уточнить время и место. Где принято решать подобные вопросы в Аверсуме?

— На Императорском мосту, на рассвете, — встрял охранник. Кажется, он получал от этой сцены несказанное удовольствие.

— На Императорском мосту, на рассвете, — повторила Алета, — я буду ждать вас, граф.

— Что значит — вы? — гвардеец сморщил лоб, — Вы собираетесь драться сами?

— Хвала Святым Древним, наконец-то дошло! Не прошло и года…

— Я не сражаюсь с женщинами, — граф осклабился, — если только речь не идет о любовном сражении.

— Назовите это как угодно, хоть свиданием, но извольте быть. И не опаздывайте, я не люблю ждать. А сейчас — извольте освободить меня от своего общества. Музыканты собираются играть эльс, я обещала его Императору а он, кажется, вернулся.

Рамер Девятый и впрямь появился на своем месте. Вернее, рядом со своим местом, на возвышении. Но занимать его не спешил. Его темные глаза кого-то искали в толпе. Алета улыбнулась.

Сообразив, что Повелитель и впрямь направляется в сторону девушки, граф немедленно скрылся в толпе, проклиная свой длинный язык и приятелей, которые наплели ему о девушке невесть что.

И что стоило сдержаться? Теперь вот, вставай в такую рань. Хотя… можно и не ложиться. А прелестной Алете он завтра принесет свои извинения, подарит колечко и, кто знает… может быть с императорского моста они уйдут вместе.

Он не увидел, как Рамер Девятый подошел к Алете — придворные расступились, образовывая широкий коридор.

— Вы обещали мне эльс, — Баронесса заметила, что улыбка Повелителя какая-то другая, не такая, как в начале бала. Вымученная что-ли…

— И держу слово, — она присела, — как, впрочем, и вы. Какие-то неприятности?

— Неприятности? — эхом повторил Рамер, — с чего вы взяли, баронесса.

— Мне так показалось. Хотя, я всего лишь женщина и провинциалка.

— Вы проницательны, баронесса, — со вздохом признался Рамер, — но, прошу вас, ни слова больше. Давайте танцевать эльс. Вы слышали, что этот танец волшебный?