Сколько стоит ваше сердце?
Шрифт:
Только Алета их уже не слышала. На мосту достаточно рассвело, чтобы видеть собственные руки, а, значит, вполне можно было начинать. В такие мгновения слух баронессы начинал работать очень избирательно — она напрочь не слышала ничего, что могло бы вывести ее из состояния холодной сосредоточенности.
Поединок — это не шутка. Здесь убивают. А значит — ни малейшего преимущества противнику.
В последний раз Алету удалось разозлить перед спаррингом, когда ей было девять лет. Тогда ей здорово
Да, и Цветочек, в ее возрасте и с ее солидными габаритами фехтовала довольно прилично. И могла стать опасной противницей… в первую минуту. Потом бы, конечно, выдохлась, но такие схватки дольше и не длятся.
Арже подал знак секунданту, чтобы проверить оружие. Тот подошел и сравнил шпаги — довольно формально. И без сравнения было ясно, что шпага гвардейца длиннее на полторы ладони и намного тяжелее рапиры, которую баронессе одолжили в оружейной. Один хороший удар — и ее шпаге конец, поняла Алета. Понял это и граф.
— Милая, еще не поздно перевести нашу дуэль в горизонтальную плоскость, — он раздвинул губы, приглашая присоединиться к удачной шутке.
— Именно это я и собираюсь сделать, — кивнула Алета и, получив назад рапиру, несколько раз взмахнула ей, привыкая к весу клинка.
— Святые Древние, эта малышка так серьезна? Просто не знаю, смеяться мне, или хватать ее в охапку и целовать. Эй, парень, может быть ты подскажешь?
— Взять себя в руки и драться, — флегматично посоветовал Арже. — Я бы на вашем месте сделал именно это.
— Боги! Это самая смешная и нелепая дуэль в моей жизни. Девочка, постарайся не уколоться об эту острую железку. Ты, наверное, слишком юна и не знаешь — но для дам есть гораздо более приятный способ оказаться на мужском клинке… Я тебя потом научу. Или, может быть, бросим эти тяжелые предметы и поучимся прямо сейчас? Боже, ты так стоишь, девочка… Чего же ты ждешь-то, а?
— Я вызвала. Ваш выпад первый.
Гвардеец, не переставая хихикать, изобразил какое-то подобие прямого выпада, тыча шпагой так, чтобы даже случайно не попасть в свою противницу.
Алета молниеносно и бесшумно отступила. Она не собиралась оставлять на долю глупой случайности ни одного шанса.
— Даже не пытайся принимать удар на клинок, — втолковывал ей учитель фехтования, — сравни свое запястье и мое. Любой мужчина, по определению, сильнее женщины. И если на твою шпагу обрушится удар тяжелого палаша, что произойдет?
— Останусь без оружия.
— И, скорее всего, без руки. Лучезапястный сустав выбьет однозначно, локтевой повредит вполне вероятно, плечевой потянешь — возможно. В любом случае, в драке ты уже не противник.
— У меня есть и вторая рука.
— Это замечательно. Но — никаких
— Противник устанет раньше?
— И это твое преимущество. Используй их все. В схватке не важно, у кого изначально больше преимуществ. Важно лишь то, как ты используешь свои.
… - Это что? — удивился граф, рассматривая свою руку, чуть повыше запястья, — это кровь? Она меня, что, уколола? Ты меня уколола?
— У нас дуэль, — пожала плечами Алета.
— Сучка! Она испортила мне камзол!!! — мгновенно протрезвев, завопил граф.
— Мне испортить вам еще и штаны? Или вы прекратите изображать из себя шута и начнете драться? Небо, да шпаги здешних комаров куда опаснее вашей, граф!
Гвардеец сощурился, встал в стойку. Улыбка его куда-то делась, сейчас лицо было сосредоточенным и довольно-таки злым.
— Дура-баба, — сообщил он, — да ты, вообще, знаешь, что такое для воина ранение в руку? Даже пустяковое.
— Ну, как бы, да, — Алета помнила, что во время поединка эмоциям не место. Но искушение рассмеяться было слишком велико. Поборола с трудом. — Собственно, на это и был расчет.
— Чего тебе нужно? Денег? Покровителя? Так я же и так был согласен?
— Мне нужно? — изумилась Алета, — ваше сиятельство, я стояла у стенки и никого не трогала. Это вам захотелось приключений на свою…хм… шпагу.
— Как будто я не знаю, зачем такие дамочки ездят на балы? — граф провел еще одну атаку, на этот раз сверху.
Уклоняться от них Алету учили в первую очередь. А вот саму верхним атакам не учили вообще.
— При твоем росте это пустая трата времени, — безапелляционно заявил учитель, — любой противник будет выше тебя.
Девушка изящно ушла от летящей в ее сторону шпаги.
— Танцевать, граф. Девушки ездят на балы танцевать. Если для вас это новость… — гвардеец раскрылся, и Алета немедленно располосовала ему опорную ногу, не жалея. Что-то подсказывало ей, что этот бы ее не пожалел. Если б она дала ему над собой хоть каплю власти.
— Легар, она неплохо фехтует, — бросил секундант. — Я бы на твоем месте не раскрывался.
— Бабы не фехтуют!
— Осторожнее!
Следующий короткий выпад Алеты пришелся в бок. Прямо в печень.
Гвардеец упал на колено, не веря себе, принялся торопливо расстегивать мундир… Но на втором или третьем крючке пальцы вдруг перестали слушаться.
Глаза уставились на хрупкую девушку со слишком тяжелой шпагой — уже все понимая, но не веря, не допуская, не принимая.
— Ты что, убила меня? Но зачем?! Мы могли бы поладить.