Скверна
Шрифт:
– Как? – только и смогла произнести Армилла.
– Как кошки, – развели руками дозорные. – Они так и перебрались, ползают по стенам, как мы ходим по земле. И у них катапульты. У Холодных скал нашли место. Там пропасть широка, почти четыреста локтей, но та сторона выше. Они поставили катапульты на скалы, перекинули на нашу сторону канаты, по которым и перебрались. А уж там… Под уклон, да на блоках, кого хочешь перетянуть могли. Лошадей у них, правда, мало. Говорят, проредил им лошадок какой-то конный ардуусский отряд… Но все остальное – в достатке.
– Сколько их? – процедила сквозь зубы Армилла. – От Аэса доносили, что их преследовали
– Тридцать пять, – был ответ. – К ним присоединились тысячи помощников самого Слагсмала-Вермиса. Того, кто брал замок Обстинар.
– Что же получается? – прошептала побелевшими губами Армилла. – Восемьдесят пять тысяч умелых воинов против наших тридцати пяти? Или же пятидесяти, если считать подходящих к нам воинов Аэса? Четверть всей северной орды? Половина разбойников Слагсмала? Не свеи, а венты и анты, более жестокие, более голодные, более злые?
– Ну, так и свеи не добряки, – буркнул за спиной Армиллы один из дружинных ее покойного мужа.
– Посылай нарочного к Адамасу, – обернулась к нему королева. – Распиши все, как есть. И если Ардуус не поможет нам, так пусть хотя бы знает, где находится четверть его врагов.
Конница Лауруса потратила целый день на то, чтобы узкими тропами выйти к тайному, веревочному мосту через пропасть выше в горах, еще день ушел на то, чтобы перевести на южную сторону одну за другой лошадей, которые боялись просветов между дубовыми плашками и раскачивающейся опоры. И еще один день, чтобы вернуться обратно к той же сожженной переправе. Отряд оказался у нее утром четвертого дня. Вылетел из-за скал и порубил около двухсот северян, которые как раз сколачивали из бревен и надвигали на пропасть новый мост.
– Те же самые, – пнул ногой торчавший в земле шест со стягом Йор. – Все-таки перебрались на эту сторону, и ведь где-то недалеко!
– Соллерс говорил, что умельцы всегда найдут, где спуститься вниз к водному потоку, где преодолеть его и где подняться на другую сторону, – напомнил Лаурус.
– Не многовато ли этих умельцев? – окинул взглядом разбросанные тела Йор. – Поверь мне, если они здесь и готовят мост, но на другой стороне нет войска, значит, войско уже здесь.
– Сколько отсюда до Тимора? – посмотрел на уходящую в редкий ельник дорогу Лаурус.
– Близко, – покачал головой Йор. – День неспешного пути. Оттого и мост делали. Взять город, разорить его и гнать пленных и везти добычу на север. Боюсь, что штурм уже начался. Надо оставлять здесь дозорных на быстрых лошадях. Человек пять. И делать то, ради чего ты собрал эту конницу. Не забывая о чем?
– О том, что война – это тяжелая работа, – вспомнил Лаурус слова Йора.
Войско северян появилось на плоскогорье перед Тимором за десять дней до конца лета. Королева Армилла уже знала, что оба больших отряда встретились в пяти лигах от города, но, как все горожане, ждала. Утро еще тянуло через равнину клочки тумана, когда вдалеке заблестели наконечники копий и щиты. Всходящее на востоке солнце било в глаза воинам врага, но вряд ли их это волновало. Они появились на западной дороге, заполнив все плоскогорье, загремели доспехами на южной и на северной. Если северяне хотели добиться того, чтобы их противник задрожал от ужаса, они этого добились. Но дрожь от ужаса совпадала с дрожью от гнева и ненависти. И ужас, который жил в сердцах тиморцев, не был ужасом страха, а был изумлением перед
Штурм начался с ходу. Не останавливаясь, ряды воинов стали перемешиваться. Сначала вперед выдвинулись воины с большими, обтянутыми бычьими шкурами, щитами. За их спинами на расстоянии трехсот шагов от городской стены начали возводиться бревенчатые башни. На лошадиный холм – известковую скалу в виде лошадиной головы, что стояла посередине плоскогорья, поднялись три десятка воинов с мешками на груди. Вряд ли они были готовы стрелять чем-то или бросать что-то, потому что от них до стены были уже не триста, а пятьсот шагов.
– Волынщики, – пробормотал стоявший рядом с Армиллой Аэс Кертус. – Будут мешать, собьем. Катапульта добьет. Ваше Величество, вам бы следовало идти в замок.
– Почему? – резко обернулась к воеводе Обстинара королева.
– Там безопаснее, – твердо сказал Аэс. – Нас много, а королева у нас одна. К тому же со стен замка дальше видно. И уж во всяком случае я просил бы Вас разрешить присутствовать там паре моих самых глазастых дозорных.
– Сообщать мне любые новости, – приказала Армилла и, к облегчению воинов на стене, отправилась вместе с небольшой свитой в замок. Внизу, в городе, появление королевы встретили криками радости.
Тем временем воины с щитами медленно продвигались вперед. За ними, в живой шевелящейся массе, накрытой такими же щитами сверху, проглядывали осадные лестницы. В отдалении, в двух сотнях шагов, за волынщиками поднялась вышка, на которую забрался воевода северян. Аэс Кертус уже знал, что это убийца его родителей, Вермис. Еще чуть дальше погонщики хлестали лошадей и разворачивали диковинное устройство на восьми колесах, внутри которого покачивался подвешенный на канатах массивный таран, собранный из нескольких бревен и стянутый стальными лентами.
– Успели собрать, – мрачно заметил Аэс, оглянулся и подозвал своего дядю – Соллерса. – Известий от Лауруса пока нет?
– Пока нет, – ответил Соллерс. – Но что он сможет сделать с этими силами? Даже если он не потерял ни всадника – у него тысяча. Здесь их восемьдесят с лишним.
– Да уж, – согласился Аэс. – Горная луговина забита народом. Ни один камень не улетит зря.
Соллерс оглянулся. За стеной, на высоких платформах, были готовы к пускам метательные машины. Рядом с каждой лежали горы камней, но сейчас они были заряжены наполненными горячей смолой и перевязанными кожей горшками. Факельщики стояли тут же. У зубцов стены присели лучники. Седобородые ветераны, натянувшие на руки толстые рукавицы, готовились лить со стены смолу. Дымились чаны.
– Не пора? – спросил Соллерс.
Первые ряды воинов были уже в полутора сотнях шагов.
– Нет, – ответил Аэс. – Первая атака самая важная. И для нас. И для них. Начнем, когда они поднимут лестницы. В этот момент нетерпение должно нарушить их ряды. И мы этому поможем. Сначала сделаем залп катапульт, потом пойдут лучники. Не забывай, за тобой ворота. Как там баллиста?
Соллерс оглянулся. На надвратной башне поблескивали шлемы мастеров дальнего боя.
– Нормально, – ответил Соллерс. – Нитенс занимается ею. Поле пристрелено на пятьсот шагов. С чего начнем?