Сквозь серые стены...
Шрифт:
Так или иначе, их привели в Поселение. На выходцев из города, несмотря на время суток, собралась посмотреть достаточно большая часть населения. Юноши лишь молча осторожно оглядывали суровых и на первый взгляд не привлекательных людей в грубой одежде. Девятый Километр же представлял собой нагромождение утеплённых ангаров и странных строений из остатков зданий, пристроенных стен к плитам.
Из обрывков переговоров, во время следования, Ашер примерно вычленил для себя информацию, которая может стать полезной. Он не смотрел по сторонам шагая, не думал и был сосредоточен на болтовне. Девушку, что отчитывали
Но как она их услышала, что он её не заметил? Он уже культивировал ненависть к ней. Эти люди тут посреди ночи, потому, что патрулировали территории вокруг Посёлков. Потому что здесь часто и не обоснованно стали пропадать местные и вроде бы нашли чей-то труп из «своих». И конечно, никто не расследовал эти факты. Полису, в общем-то всё равно, что тут происходит. Пользы и прибыли от них нет, только затрата ресурсов. Ситуация для Даниэля и Ашера, как для пришлых чужаков, патовая.
"Главарь" решил растащить парней по разным ангарам и допросить. Ашер активно протестовал. И тут же почувствовал лёгкое головокружение. Сразу за ним, пришла сильнейшая боль в районе затылка. Удар. Мир начал рассыпаться в оттенках сепия. У Дани на конфликт не было ни сил, ни желания. Он, итак, до конца не окреп, и промерз до костей в непривычной среде. В Обителях тоже холодно, но не так как здесь — вне Полиса.
*****
Туман в голове Ашера через несколько минут слегка отступил. Зато ноги перестали слушаться — их что-то сдавило. Он понял, что его затащили в ангар и связали. В голове почти не прояснилось, сквозь пелену, он видел, что руки тоже туго связаны веревкой. В горле пересохло настолько, что больно глотать. А ещё металлический привкус во рту. Сейчас бы просто закрыть глаза и проснутся дома. Или в жилом контейнере с Даном. Он едва понимал суть задаваемых вопросов — люди поселения жутко коверкали новояз.
Ашер давал ответы лишь по существу и опускал подробности о случившемся в участке. Он надеялся, что Даниэль сделает так же. И главное — лишь бы он был в порядке.
Решив, что он не опасен ему освободили ноги. Но оставили спать со скованными руками. Голова страшно болела, он периодически проваливался во тьму. Зато в помещении было относительно тепло, а на контрастно холодном полу сейчас даже приятно. Он забылся болезненным сном.
*****
Угловатый здоровяк с рыжеватой бородкой и зачёсанными назад лохмами, по обыкновению, утром торчал на улице у своего жилища-ангара. Стоял опираясь спиной к стене и выкуривал самопальную сигарету. Рядом с ним на землю бухнулась черная массивная сумка. Неожиданно, но он сделал вид, что заметил как с недельной работы вернулся хороший приятель. Он ездил к Нижнему ярусу за подработками. Они обменялись приветствием и дежурными фразами. И закурили по ещё одной сигарете.
— Сём, а чего за чужаков-то привели?
— Да городских парнишек. Хилые совсем.
— Наверное, просто в неприятности влипли — вон в городе чего делается! Надо бы отпускать, вторые сутки сидят… Один-то ничего такой-свойский. А от второго холодок по коже. Жуткий он, хоть и мелкий. Но наши, даже их будут сейчас опасаться.
— А покажи-ка мне городских? Пожа-а-алуйста!
*****
Приятели прошли по узким еще сонным улицам. Друг Здоровяка мельком взглянул на связанного парня со странным неоднородным
Другой мальчишка сидел в дальнем углу опустив голову, прикрывая лицо отросшими прядями. Не ел и не пил. Не говорил с местными. Но почему-то вызывал больше доверия. Возможно потому что был больше похож на типичного поселенца.
Здоровяк оставался с наружи.
Второй вошёл в просторное помещение с низким потолком. Ещё до конца не осознавая свои действия, присел рядом с пленником на корточки чтобы лица были на одном уровне. Вкрадчиво вгляделся. Даниэль тоже поднял глаза.
— Скажи свое имя…
— Даниэль… — Одними губами.
Рывок.
И Даниэль заключён крупными лапами в цепкие объятия. Он слегка растерялся, но тоже обнял в ответ.
— Деян — очень тихо произнес на выдохе Дан, не до конца веря.
— Эй, это же мой братец!
— Расскажешь мне что случилось — уже значительно тише прошипел Деян.
Младший мальчишка утвердительно кивнул. Теперь все будет хорошо, хотя бы на какое-то время.
Глава 9
«Ограничение прав и свобод мальформов обоснованная мера? Но, насколько ли?»
«Сгореть вместе с «домом», или бежать, а вернувшись, вечно копаться в золе пепелища?..»
Марк, как и в последние дни, практически не спал. Лишь иногда "проваливался" на минуты. Усталость мешала сосредоточиться, накатывала волнами, но вернувшись домой — в Святилище, он сразу засел за дела. Тут же вызвал начальника личной охраны в свой кабинет. Обстоятельства требовали незамедлительных решений.
Нико Кински — начальник его охраны. Он носил звание офицера младшего начальствующего состава "Черно-красных", но уже зарекомендовал себя как человек чести. Поэтому был приближен к важной персоне Епископа.
В ближайшем будущем его ожидало новое, честно заслуженное, звание. Нико оказался человеком холоднокровным и расчетливым. Он всегда находил быстрые, четкие и оправданные решения в экстренных случаях. Некая холодность читалась даже в его внешности: худощавое лицо с острыми, как ножи, скулами; почти неизменное строгое выражение; красивые острые черты обрамляли светлые русые волосы с седыми, в достаточно молодом возрасте, прядями, на зачёсанных висках. Это придавало ему взрослости и статности, как и серые глаза мерцающие льдом.
Марком, с трудом, было принято решение оставить Нико на занимаемой должности. Он не то чтобы дорожил приближенным персоналом, а просто не любил менять обстоятельства и окружение. Нико ожидал приглашения в холле Святилища, которое и правда стало подобием дома для здесь живущих.
Он поправил жёсткий неудобный воротничок формы, затем размашисто по-военному зашагал, быстро пересекая пространство. Его наконец-то пригласил помощник, заменяющий Раа.
Он не знал, что стоит ожидать от озлобленного влиятельного Церковника. Но, по неведомой причине, не чувствовал личного беспокойства или страха. Нико больше заботило, какие конкретно меры собирается предпринять в Полисе Епископ и не коснется ли это его семьи. У него младший брат мальформ. Слухи в этом городе расходятся слишком быстро.