Сквозь серые стены...

Меньшикофф Март

— Погоди, — вдруг мелькнула догадка в голове, — а это не тот "докторишка", которого публично казнили?

— А?… Да — он… — Растерянно бормотал Макс, — а что?

— Если это так важно для тебя, то я свяжусь с Нико, он как раз расследует покушение, может они и там причастны.

— Нет, что ты. Там точно не они. У тех, что на Церковь наехали, конечно, другой уровень…

— В любом случае, я выведу хотя бы свои дополнительные патрули по округе. Мы их найдем, сын. Вероятно они скрываются на Нижнем Ярусе в притонах или за стенами. Но ты нужен дома.

Макс

неохотно кивнув. У него зародилось нехорошее чувство — отец подозрительно заинтересован, и слишком легко увеличил нагрузку на подчиненных.

*Хмм*.

Но побыть дома пару недель не самое худшее происшествие.

При том, Макс только приехал и пока не готов на затяжной конфликт. Он не стал выяснять истинные причины, слишком устал и сложно переживал потерю. Что ж, хорошо уже то, что отец хотя бы поспособствует поимке, в остальном он разберётся позже.

Выпив чаю в кабинете, они обменялись незначительными новостями. Макс покинул угрюмое помещение, направляясь в свою комнату.

К его счастью, мать спала у себя. В последнее время он презирал эту женщину. Она была последней кого бы хотелось увидеть.

Поскольку отношения Алистера и Марии были на грани развода. Мария была постоянно на нервах. Срывалась на сына, выпивала, должным образом не следила за собой, изводила прислугу.

Макс практически не видел ее не в опьянении, по — своему ненавидел мать, не вникая в мотивы и тяготы женщины. На их отношениях сказался ее холодный характер. "Не распалась" семья только ради социального статуса. Макс априори был на стороне отца.

"Я надеюсь, ты не явишься хотя бы до ужина," — промелькнуло в его голове.

Родное пространство встретило Макса комфортом климат контроля и теплым уютным светом — так непривычно оставаться одному в комнате без ребят.

*****

Тем же днём Алистер выдал распоряжение о дополнительном патрулировании предполагаемых мест пребывания, а так же направил известные ему факты о Ашере и Даниэле Резнике. Информации о втором было не много. Он был на хорошем социальном счету, до недавнего времени. Его мотивы в этом деле пока совсем не ясны.

— Вы уверены, что «объект» может находится в связи с указанной Вами личностью?

— Информация достоверна, — отчеканил мужчина, не желая упоминать сына в отчётах.

*****

Ашер, Даниэль и Лула сидели "в кружок" в относительно теплой комнате. Парни до сих пор не разделили ее беспокойства. Но, все таки, в свете последних неприятностей были на чеку.

Возможно, от того, то где-то глубоко внутри зародилось назойливое чувство приближающейся беды. Как бы они не старались спокойствие не наступало. В попытках все же достучаться девушка выложила последний доступный козырь.

— Ребята, да мальформ я! — Максимально не громко, насколько позволили эмоции, выдала Лула.

— Быть того не может! — Запротестовал Даниэль, — мальформация бывает только по мужской линии! Прекрати морочить нам голову! Только мужчин подвергают медицинской сортировке. Что весьма удобно хотя бы для армии, кстати.

— Подожди, Дан, — Ашер нахмурил лоб, — это

многое бы объяснило, мне кажется я почувствовал, что с ней что-то не так. Поэтому ты слышишь чуть лучше нас?

Девушка кивнула, но скривилась от замечания "чуть".

— Святые небеса! У меня, дежавю, Ашер.

— Это значит, что у природы огромный запас терпения, — продолжал Ашер, — а ещё, возможно, то, что мы не "поломанные игрушки", а кое-что новое. Это в корне все меняет!

— Да, но ее же на атомы разберут! Лула, а ты своих родителей знаешь? Они "нормальные"? Как это вышло и вообще откуда это стало понятно? Для женщин ведь нет контроля… А что если, есть ещё такие?

— Нет. Я бы знала. Родители из "диких". И кстати, Дан… Я "не слышу" сознание Ашера… Это показатель того, что…

Ашер не успел раскрыть рта, она не успела договорить. Девушка засуетилась.

— Дан! Уходим! Сейчас же! — Прошипела Лула, схватив юношу за рукав.

— Что происходит?

— Ребята местные, я слышу их! Следили за нами! Нас не отпустят!

Они вскочили и вывалились в коридор. И правда, на встречу шли двое здоровяков. Сэм и Хром. Даниэль выдохнул с облегчением, как бы то ни было, он не испытывал желания прорываться через родного человека. В глубине души Дан надеялся разойтись с наименьшими потерями.

— Сейчас облава будет, надо Лулу убрать с поля зрения и этого, твоего заодно прикроем, — рявкнул "главарь".

— Нет необходимости. Мы уходим. Все мы. Сейчас. — Жёстко отрезал Даниэль.

— Ты можешь идти, а эти двое останутся тут, — на лице Сэма заиграла злая ухмылка.

— Посмотрим.

Даниэль уверено зашагал вперед. Сэм преградил ему путь. Завязалась драка. Ожесточенная.

В узких стенах коридора двигаться практически невозможно. Во все стороны полетели мелкие предметы из карманов и от одежды. Лула завизжала и вжалась в стену. Ашер видел, что дела Дана плохи, появились всполохи крови, его зажили у стены. Ашер выхватил табуретку со сваренными арматурными ножками из дверного проема комнаты и кинулся на растерявшего и мечущего рядом Хрома. Все произошло поразительно быстро.

Ашер буквально проскользнул мимо дерущихся и пытался оглушить второго. Досталось и ему. Он отлетел в сторону с разбитым носом, впечатался спиной. Лула завизжала ещё громче опустившись на пол, закрыла лицо и голову руками. Хром двинулся в ее сторону, уверенный в их победе. Взбешённый Ашер кинулся на него сзади. Вдруг не известно откуда взявшиеся силы помогли. Он ударил высокого тяжёлого противника, ноги его подкосились. И уже стоявшего на коленях Хрома Ашер задушил, зло и самозабвенно толстым шнуром своей же толстовки. В то же время, Даниэль и Сэм толкались в узком пространстве коридора. Ашер бегло ощупывал повреждения и уже намеревался вырвать друга из чужих рук. Но было поздно. Даниэль с силой ударил Сэма и уже на полу приподнял над ним табуретку. Невероятным усилием опустил ножкой на грудину. Раздался жуткий и нереальный хруст. Он и сам испугался того, что натворил. Лежащий на полу Сэм коротко всхрипнул и выдал струйку крови.