Сладкая месть

Грэхем Линн

Почему не посмотреть правде в глаза? Когда она влюбилась в Альберто? Шесть лет назад, четыре года или только вчера? А, впрочем, какое это имеет значение! Он отвернулся от нее, удовлетворив свою похоть. Она предполагала, что так произойдет, но когда он додумался предложить ей роль содержанки, подозрение превратилось в мучительную реальность. Его последнее оскорбление. Любить мужчину, который причинил столько боли, — явный признак помешательства!

Гордость, самолюбие-все восставало против такой любви. Но факт остается

фактом: она увлечена Альберто и в то же время ненавидит его. Под маской неприступности скрывались страсть и отчаянное стремление быть желанной.

Деми погрузилась в беспокойный сон. Ее разбудил едва различимый шорох. Испугавшись, она приподнялась и увидела Альберто. Девушка вздрогнула и побледнела.

— Я принес тебе поесть… Ты ведь проспала ланч, — осторожно произнес Альберто.

Деми была ошеломлена. Альберто с подносом? Что за нелепая картина!..

Альберто выглядел так, будто не спал всю ночь: темные круги под глазами, небритые щеки, жесткая напряженная складка на лбу, четкая линия плотно сжатых губ. Он слегка ослабил галстук на бронзовой шее, верхние пуговицы его рубашки расстегнулись, в разрезе воротника виднелись черные завитки волос.

Деми отвела взгляд.

— Спасибо, — тихо поблагодарила она. Альберто обошел кровать и сомкнул пальцы на спинке.

— Я объяснил Хуаните, что ты приболела… и, — он запнулся, — сменил постель, — напряженно продолжил он.

Сменил постель?! Что, черт возьми, происходит? Почему он так странно ведет себя? Деми готова была поспорить, что прежде Альберто никогда не стелил простыни. О, конечно, ему необходимо скрыть улики. Ну, теперь держу пари, думала она, завтра я улечу домой.

— Нам нужно побеседовать, — протянул Альберто, поняв, что Деми не намерена прерывать молчание.

— Нет. — Она даже не подняла головы.

— Тогда я буду говорить, а ты — слушать.

— Я не хочу.

Худощавая рука резко рассекла воздух, выражая нетерпение.

— Я не ищу оправданий своему поведению за последние сорок восемь часов. Должно быть, умом тронулся. — Признания Альберто звучали удивительно спокойно. — Я пренебрег своими принципами. Вел себя низко. Впервые в жизни сошел с рельсов и действительно глубоко сожалею обо всем, что произошло между нами.

У Деми пропал аппетит. Глазами, полными слез, она глядела на отлично приготовленный обед. Господи, он стоит чуть ли не на коленях перед ней, а она не испытывает даже удовлетворения. Он оскорбил ее, угрожал, лишил свободы, и единственное, что может сказать — «извини»? Но для него подобное смирение — жертва, приносимая его неукротимой гордостью. Девушке мучительно захотелось соскочить с кровати и обнять Альберто.

— Ладно. Извинения принимаются, — выдохнула она с наигранной беспечностью. — Очень великодушно.

Они занимались любовью — это было неизбежно. Ведь Альберто никогда бы не затащил ее в постель, не будь

ее молчаливого согласия, даже поощрения. Девушка заставила себя поднять голову и взглянула из-под густых ресниц цвета меди, пожав худенькими плечиками.

— Меньше слов, больше дела, — выпалила Деми, процитировав покойную бабушку.

Блестящие черные глаза с напряженным вниманием остановились на ней. — Ты так хорошо говоришь!

Завтра меня уже здесь не будет, мысленно твердила между тем Деми.

— Возможно, — она еще раз пожала плечами и даже изобразила слабую улыбку. Она упивалась своей выдержкой, пока наконец не осознала, что ей невероятно трудно отвести взгляд от потрясающе красивого смуглого лица. Память безжалостно вернула Деми к событиям минувшей ночи. Горячая волна прилила к щекам, затрудняя дыхание и ускоряя сердечный ритм. В постели Альберто исполнял каждый ее каприз, и как только Деми подумала об этом, почувствовала сладкую боль внизу живота.

— Хорошо, — со свистом выдохнул Альберто. Девушка физически ощущала напряжение, исходившее от его тела. Он стоял у спинки кровати и смотрел на нее, натянутый как струна. Его лицо словно окаменело, лишь крошечная жилка пульсировала у края сжатых губ.

Молчание затягивалось. Деми взяла с тарелки креветку и с вызывающим видом съела. Щеки еще горели жарким пламенем от нахлынувших воспоминаний.

— Я прошу тебя стать моей женой, — резко произнес Альберто.

Глава седьмая

Рука девушки, потянувшаяся снова за ароматной креветкой, замерла на полпути. Она подняла голову и, встретившись с пронизывающим взглядом сверкающих золотистых глаз, чуть не поперхнулась. Огромные фиалковые глаза удивленно и недоверчиво смотрели мрачное смуглое лицо.

— Я не ангел, — еле слышно прошептала Деми.

— Что? — Альберто непонимающе уставился на нее. — Ты серьезно?

— Я уже говорил с отцом Эстебаном.

Девушка растерянно заморгала.

— Ты… что?

— Или, если хочешь, я свяжусь с англиканским священником.

Оцепенев, Деми затрясла головой. Альберто настойчиво разглядывал девушку и, казалось, не обращал внимания на ее недоверие. Она глубоко, прерывисто вздохнула. Тяжелые удары сердца гулко отдавались в ушах.

— Я просто не верю… Ты же не намерен на мне жениться!

— Доверяй я тебе больше, мы уже давно были бы мужем и женой, — уверенно заключил Альберто. — Но сейчас такой шаг не имеет смысла. — Деми… я мечтаю видеть тебя супругой! Она с усилием отвела глаза от его гипнотизирующего взгляда и тяжело вздохнула.

— Когда ты сказал, что мы относимся к разным мирам, ты не шутил. Думаешь, ты должен на мне жениться, потому что… ну, потому что мы переспали?

— Я хочу иметь право делить с тобой постель каждую ночь, — тихо прошептал Альберто.