Славные времена
Шрифт:
Хорошие выпивка и закуска в нашем жизнелюбивом городе всегда пользовались полной поддержкой, даже у жен, даже у людей с самым несчастным и сухим характером. "Традиции — святая вещь!" — вдруг подумал я, и радостно улыбнулся. Я оглядел посетителей, уже успокоившихся, и бодро пьющих из бокалов и кружек после трудов праведных. Мне вдруг вспомнился давний рассказ моей рыбачки о том, чем занимаются жены рыбаков, когда мужья пьянствуют в трактирах. "Надо будет рассказать Альте" — ухмыльнулся я, и хихикнул. Лог одобрительно поднял брови и ничего не сказал, а Горман и Адабан переглянулись и сдержанно улыбнулись. Альта, не моргнув глазом, зачерпнула нам еще по кружке.
— Ох,
— Напивайся, милый, — спокойно сказала Альта. — Я буянить сегодня уже не буду, и присмотрю за тобой. Давай выпьем еще. Завтра у нас свободный от Школы день, и мы сможем хорошо выспаться. Вот, Гирон с нами выпьет.
— Конечно, выпью, — бодро сказал Гирон, наливая себе самогону. Мы обнялись и выпили ещё.
Следующее мое воспоминание — как через некоторое время Адабан и Горман осторожно несут меня вверх по лестнице, а внизу Альта спокойным тоном говорит:
— Сейчас, Путца, поднимешь нам в комнату таз, две кружки самогона на всякий случай, и кувшин рассола на утро. Шевелись.
Ночью я проснулся — уже раздетым, и не спавшая Альта, лежавшая нагой со мной в обнимку, встала и поднесла ещё самогону. К счастью, я уже вполне успокоился. Мы вместе глотнули крепкого напитка, и я опять упал на постель, и спал уже до утра.
Наутро Альта сказала мне, что Кирмон хотел поговорить со мной, но решил, по просьбе дочери, выждать, пока все успокоятся. К тому же ему, как намекнула Альта, было стыдно. Но дело с драконами на этом не кончилось.
Через несколько лун, когда Альта уже улетела, в столицу вдруг прилетел Кирдан, её брат. Я узнал об этом первым, поскольку тем же вечером он поспешил в трактир Лога — увидеться со мной. Всё произошло без всякого шума и огласки — открылась дверь, зашел прилично одетый молодой дворянин и сказал:
— Здравствуй, Сергер!
Я поднял голову от кружки с пивом, и удивился. Я полагал последнее время, что, кроме Альты, не увижу драконов следующую сотню лет, да и не стремился к этому.
— Добрый вечер, Кирдан, — медленно сказал я. — Садись, устраивайся. Какие-то новости? Что, Альта не прилетит?
— С этим всё в порядке, прилетит в конце луны, — весело сказал Кирдан. — В соответствии с клятвой она нос в королевский дворец не показывает, и потому ничем, кроме школы юных драконов, её занять нельзя. Это хорошо. Ведь если дадут указания, она пошлет указующего очень далеко. У тебя она нахваталась ругательных словечек, и использует безо всякого стеснения. Первый советник решил мириться, но вздумал наставить её важным тоном на путь истинный, думая, что успокоилась. Его назвали корабельным пидором и екарным стариком, и посоветовали покрасить поседевший хвост цветными кольцами, чтобы сразу видно было, что летит клоун. И рекомендовали почаще заходить в портовые бордели для мужеложцов, а то там его не хватает, не могут бугры без него управиться, ведь он — заслуженная тетушка. Мол, там его интеллектуальные способности больше подойдут. Мы умирали от смеха, а Великий Дракон ничего не мог сказать — она же Богиней поклялась с ним не разговаривать. В общем, молодежь зовет советника за глаза "корабельным", без второго слова. Вообще, молодые драконы её зауважали за независимость. Даже то, что она сидит дома, не выходя в общество, или улетает на океан, к своей Мо, вызывает симпатию.
— Так она на океане все время? — сказал я. — Надо будет мне тоже сегодня вечером поехать на берег, посидеть. Ведь она где-то рядом…
Мои речи звучали так непривычно для Кирдана, что он явно удивился. Я вздохнул и сказал слушавшему нас хозяину:
— Лог, это брат Альты… ну, ты помнишь. Бадью
Лог, заметно поскучневший с тех пор, как Альта улетела, оживился. Он без лишних слов самолично вытащил всегда когда-то готовый для нас с Альтой бочонок самогона, и радостно открыл его.
— Спасибо, — весело сказал Кирдан. — Сестра к этой выпивке привыкла, так нахваливает, что мне тоже хочется глотнуть. А вообще-то, я по делу, — серьезно сказал он. — Великий Дракон хочет тебя видеть. Это большая честь, бывает раз в несколько сот лет.
Краем глаза я заметил, что у присутствующих полезли на лоб глаза. Но мне было все равно.
— Избави меня боги от такой чести, — ответил я уважительным тоном. — Боюсь, что я не смогу слетать в горы на аудиенцию — слишком занят в Магической Школе. Да и разговаривать с такой высокопоставленной особой мне не о чем. Я и к нашему-то двору не являюсь, а тут еще к Драконьему Престолу…
— По-моему, он хочет мириться, — глотнув из кружки, продолжил Кирдан. — И заодно предлагает выгодные торговые контракты.
— О торговле пусть говорит с моим отцом, — вежливо отрезал я. — Я с вашими не ссорился, и мириться мне не надо. Мне надо одно, чтобы твоя сестра бывала здесь почаще. И разговаривать с вашим королем мне не о чем, да и желания нет ни малейшего. От его глубоких дум у меня одни неприятности. Еще скажу, чего доброго, что я о нем думаю… Вообще, я не хочу общаться ни с кем из ваших, кроме твоей семьи. Всё равно подставят рано или поздно — так говорит человеческий опыт.
— Но у него могут быть важные предложения для вашего королевства, — не унимался дракон, непрерывно прикладываясь к самогону.
— Так пусть обращается к канцлеру, а я ему быть агентом по связям не нанимался, — резонно ответил я. — Если для графства — к отцу, для королевства — к канцлеру. Драконы меня больше не волнуют. Десять тысяч лет без меня обходились, и сейчас обойдутся. И поверь, что лучше мне с ним не разговаривать. Мне очень хочется спросить у него, какого хрена он оскорбил мою невесту и свою родственницу так сильно, что она поклялась тысячу лет с ним не разговаривать. И, кроме того, как это вышло, что могучие драконьи заклинания попали в руки одному недоумку из Таронии, и этот подонок стал архимагом, и этими заклинаниями убил мою жену Калилу. Лучше мне держаться подальше от него и поближе к Альте.
— Я знал, что ты откажешься, — нисколько не огорчаясь провалу миссии, добродушно сказал Кирдан. — А хорош самогон!
— Я же понимаю, что нахрен ему не нужен, только чтобы успокоить Альту, — хмуро усмехнулся я. — А самогон отличный. Только вот я без Альты почти не пью. Не хочется. Так, пива себе наливаю. Вот, с тобой выпиваю — уже редкий случай.
— Что же ты делаешь после учебы? — тихо спросил Кирдан.
— Рисую, слушаю музыку. Хочу написать песню для Альты. Езжу, фехтую, стреляю, занимаюсь ручной и ножной дракой — как всякий бывший офицер. Смотрю комедии Гирана. На океан не летаю, рыбу не ловлю, в вулканы не ныряю — не с кем. С Мо целую луну не виделся. Интересно, как там растут её щупальца? Ко двору не хожу — там я стал чрезмерно популярен. На меня открылась женская охота — считаюсь то ли героем, то ли выгодным женихом. Как раз Гирон за две луны перед скандалом выпустил комедию "Разочарованный", вот меня и считают этаким разочарованным благородным героем. Целый полк утешительниц вокруг бегает. Так что я, собственно, прячусь в Школе. К тому же при дворе хотят дать мне службу, а я уворачиваюсь. Наверное, пока я останусь в Школе — так легче игнорировать выгодные предложения. Или сбегу в горы в наше графство — там дел полно.