Слева от солнца
Шрифт:
Впрочем, ни о чем таком Генка сейчас не размышлял. Зайдя в здание, расположенное напротив Вовкиного дома, он на лифте поднялся до шестого этажа. Окно на площадке оказалось намертво заклеенным, а вот на седьмом пареньку улыбнулась удача. Стекла здесь не было вовсе, и, вооружившись компактным китайским биноклем-десятикратником, Генка удобно устроился на подоконнике. Отыскать нужное окно не составило труда. Половина комнаты Вовчика скрывалась за шторой, зато другая половина просматривалась прекрасно. Но важнее всего было то,
Генка спрятал бинокль в сумку и поспешил вниз. Перебежав улицу, приблизился к Вовкиному подъезду. Вызывать Вовчика по домофону он, конечно, не собирался, — наперед знал, что приятель затаится. Вместо этого наугад набрал случайный номер и на вопрос хозяев буднично отозвался:
— Почта! Откройте, пожалуйста…
Замок покорно пискнул, металлическая дверь легко отошла в сторону. Не дожидаясь лифта, Генка взлетел на нужный этаж. Влажно дохнув в глазок, заставил его затуманиться и только после этого нажал пуговку звонка. Прием был незамысловатый, но Вовик попался — открыл внутреннюю дверь и тем окончательно себя выдал. В глазок он тоже толком ничего не разглядел, но Генке такая конспирация была уже не нужна. Приблизив губы к дверной щели, он поторопил студента:
— Давай, давай, Вовик! Знаю, что ты дома, в окно видел.
Дверь отворилась ровно на длину цепочки.
— Ты?
— Винты! — передразнил Генка. — Думал, всю жизнь сможешь прятаться?
— Кто прячется-то? Никто не прячется, заходи…
Цепочка звякнула, Генка вошел в квартиру.
— Ну что? Объяснять ничего не буду, — сам знаешь, зачем пришел.
Долговязый Вовик съежился на треть, потом утробно вздохнул.
— Так это… Сессия же была, стипы у меня нет, а сейчас отработка, то-се…
— «То-се» кончилось, Вовик. И про отработку твою все известно. Я парень добрый — могу и подождать, но ты ведь никакой меры не знаешь.
— Так я ж как раз собирался звонить…
— Надо не звонить, а отдавать. Улавливаешь разницу? — Генка по-хозяйски прошелся по комнате. — Ты когда у меня в последний раз занимал? Три месяца уже прошло. А разговор шел о неделе. Плюс прежний должок, не забыл еще? А то смотри, могу звякнуть Шуше, — он напомнит.
— Причем тут Шуша-то! — всполошился Вовик. — Чуть что, сразу Шуша…
Генка, не спрашивая разрешения, устроился в кресле, вольно вытянул ноги.
— А как с вами иначе? По-доброму не понимаете, вот и приходится кинг-конгов разных звать. Тем более что парень ты не бедный; по слухам даже машину намереваешься купить.
— Швейную, что ли?
— А хоть бы и швейную, — Генка изобразил зевок, картинно помаячил перед губами ладонью. —
— А может, это…
— Еще подождать? Дудки, Вован! И не потому, что я такой плохой. Меня, понимаешь, тоже подперло. Непредвиденный форс-мажор.
— Правда, что ли?
— Кривда. Я если и вру, то красиво. А тут все скучно и просто. Временно уезжаю, вот и собираю тут и там наличность. А чтобы ты не грустил, «Висту» тебе принес. Между прочим, полное новьё!
— Еще скажи — лицензионную.
— Раскатал губу! «Варез», понятно. Без ворованных программ, Вовик, мы будем жить, когда пенсии с министерскими зарплатами сравняются.
— Значит, никогда.
— А ты не бери в голову. Нам с тобой до пенсии по любому не дожить.
— Это еще почему?
— А плохо питаемся. Ты — одним пивом, а я — бутербродами. Так за компьютерами и помрем от какого-нибудь геморроя.
— Ну, ты скажешь…
— Да шучу я, шучу. Может, ты как раз до пенсии и дотянешь. Если научишься долги отдавать. А сейчас тебе важно знать, что программа работает, я самолично там все проверил-отрихтовал, — Генка изобразил улыбку. — Короче, диск — без ловушек и прочих фокусов. Так что бери и пользуйся в свое удовольствие.
— И сколько такая радость стоит?
— Мне досталась бесплатно, тебе так же достанется, если проявишь сознательность, — Генка похлопал себя по нагрудному карману, где лежал телефон. — Или все-таки позвонить Шуше?
— Не надо… — Вовик со вздохом поднялся. Бросив на Генку вороватый взгляд, вышел в соседнюю комнату. Уже через пяток минут он вернулся с пачкой банкнот. Наверняка трижды пересчитал и даже успел перетянуть банковской резинкой. Генка довольно ухмыльнулся.
— Ну вот! А говорил, стипендии не дали.
— Это не стипа, это резерв. Стратегический.
— Вон как!
— Ага, оставлял на всякий пожарный.
— И пожарную машину в придачу… — Генка ловко поймал брошенную пачку, бегло пролистнул купюры. — Признайся, тут и от моих программок навар есть? Хорошо заработал на них?
— Кто тебе наплел! — Вовик по-детски покраснел. — Ничего я на них не зарабатывал.
— Да ты не тушуйся. Я же понимаю: стипендия маленькая — и той не дают, а машину пожарную позарез хочется, вот и приторговывал втихую. Направо и налево.
— Я только своим…
— Знаю я твоих «своих»! Ты ведь, Вован, на четыре года меня старше, должен понимать, что такое дэмпинг. А ты рынок мне ломаешь, цены сбрасываешь.
— Почему сбрасываю?
— Да потому, что друзья твои тоже о пожарных машинах мечтают — с видаками и блютузами. И, само собой, скоренько дублируют твои подарочки и перебрасывают прочим приятелям. Не даром, конечно, но все-таки по бросовым ценам. В итоге игрушки разлетаются, как ангина с гриппом, и получаем девальвацию продукта. Слышал такое слово?