Случайно... Конец
Шрифт:
— Я всегда хотела иметь большую семью! — взвизгнула Мэгги.
Чаам на несколько мгновений застыл, но потом ухмыльнулся.
— И я.
Они начали смачно целоваться, и Мааксу вдруг захотелось, чтобы они стали невидимыми. Или чтобы в тюремной камере были тонированные стёкла, что угодно, чтобы скрыть то, чем эти двое намеревались заняться. Ну, что же. По крайней мере, они перестали разговаривать. Маакс мог снова сосредоточиться на собственном карнавале дерьма.
Мысли Маакса вернулись к видению. Эшли. М-м-м-м. Эшли. Боги, ну почему он не мог контролировать желание и похоть хоть на нескольких паршивых минут? Она словно завладела
Маакс покосился на Симил, которая танцевала диско под песню, звучащую у неё в голове.
— Симил? — предупредил Маакс. — Нам нужно поговорить. Сейчас.
Она проигнорировала его. Он приблизился и постучал по стеклу. Удивительно, но Роберто отступил, хотя и оставался настороже.
«Отличная идея, придурок».
Маакс был не в настроении играть в игры Симил.
— Я знаю, что ты что-то скрываешь.
Она перестала танцевать и выгнула брови.
— Я ничего не скрываю! — Она прикрыла рот рукой и прошептала: — Если не считать новой татуировки единорога на заднице. Это сюрприз для Роберто.
Симил сделала паузу, чтобы удовлетворённо вздохнуть.
Мааксу это не понравилось.
— Расскажи, что ты знаешь об Эшли. И не валяй дурака, потому что ты явно меня обманула.
Симил указала на себя.
— Я? Что же, я, как известно, лгу. Но что сказать? Такова я. — Она начала подпрыгивать.
— Это не шутка, — прорычал Маакс. — Она умрёт, и я не смогу это остановить, если ты мне не поможешь.
— Сими-и-ил? Что происходит? — спросил Роберто, который подошёл к Мааксу. — Я тоже начинаю подозревать, что здесь происходит нечто большее, чем простая попытка остановить конец света.
Маакс был удивлён подозрительностью Роберто.
Взгляд Симил метался между полом и лицом Роберто.
— Ладно. Ты меня поймал. — Она вскинула руки.
— Говори, моя злая маленькая брюква, — подтолкнул её Роберто.
— Ну, — начала она, — у меня есть ещё одна причина для этой изоляции. Я подумала, что это отличная возможность для сеанса семейной терапии.
Роберто разозлился.
— И для этого ты всех заперла?
— Не-е-ет, ты их запер! Это была твоя идея. Хорошо. Возможно-о-о, я посеяла эту идею тебе в голову. Но! — Она подняла указательный палец. — Когда я сказала, что боги идут войной друг против друга и уничтожают планету, это была правда. Чего я не сказала, так того, что у нас огромное количество багажа. Пришло время отпустить всё и обрести покой. Я имею в виду, будем ли мы жить или умрём, было бы здорово разобраться. Ты так не думаешь?
— Я думаю, ты лжёшь, — раздражённо бросил Роберто.
— А где же веселье в правде? Эй, а плохиши тут ещё околачиваются? Минки злится от голода.
— В смысле? — Роберто приподнял бровь.
— В смысле, злится, потому что голодна. Ей нужно перекусить. Предпочтительно тем, у кого «рыбий хвост» [7] .
— Симил! — рявкнул Маакс. — Прекрати и расскажи мне, что знаешь об Эшли. Почему Вселенная хочет её убить?
Бирюзовые глаза Симил озорно сверкнули, а губы скривились в широкой улыбке.
7
причёска популярная в 80-х, когда спереди и по бокам волосы короткие, а сзади длинные, «рыбий хвост» или «рыба-мул»
— Я уже говорила, что именно Эшли не даст нам сражаться друг с другом. Она станет посредником мира, если ты
— Это ещё не всё. Я знаю, что ты что-то скрываешь, — прямо сказал Маакс и посмотрел на Роберто, у которого на лице тоже было выражение человека, пытающегося разгадать очень сложную головоломку. — Вселенная хочет её смерти. Почему?
Симил пожал плечами.
— Если бы у меня были ответы на все вопросы, думаешь, я была бы заперта здесь? Хорошо. Может быть, и да. Здесь уютно.
Маакс стукнул кулаками по стеклу.
— Прекрати валять дурака, Симил! У нас было пять землетрясений. Пять!
— Он прав, мой злой голубь, — согласился Роберто. — Ты должна рассказать ему всё, что знаешь.
Симил скрестила руки на груди и отвернулась.
— Хорошо.
Он сам по себе. В самом деле, а что тут нового? Так было всегда. Маакс сделал всё, что было в его силах, чтобы спасти шкуру каждого бога, и они отвернулись от него в трудную минуту.
Хватит. Больше он не станет никого спасать… кроме Эшли.
Теперь у него не было выбора, кроме как выяснить всё самостоятельно. В игре крылось нечто большее. Но что? Зачем Вселенной понадобилась голова Эшли?
«Ну, Вселенная её не получит. Эшли моя. И всегда будет моей».
Он мысленный замедлился; собственнические мысли ошеломили. Он уже хотел, чтобы Эшли лежала на спине в его постели, может быть и больше, но определился с тем, что не пойдёт по этому пути. Однако казалось, что с каждым мгновением искушение фантазировать о другой судьбе, с Эшли в ней, становилось всё сильнее.
Что же, он не собирался сдаваться и должен перестать позволять этому парному мусору затуманивать суждения. Его единственная задача — остановить апокалипсис.
Возможно, если он копнёт глубже и выяснит, какое чудо совершила Эшли, что сделало её особенной, узнает, почему Вселенная хотела её смерти. Они должны быть связаны.
— Я скоро вернусь, — произнёс Маакс.
— Подожди! Нет! Выпусти нас! — закричал его брат Кинич, очень похожий на него — длинные медово-каштановые волосы с золотыми прядями, сложенный как танк и убийственный взгляд бирюзовых глаз. — Если ты нас выпустишь, мы сможем снять проклятие. Сделать тебя снова видимым.
Маакс взглянул на Симил, та покачала головой и сказала:
— Нет, пока ты не спасёшь Эшли
Проклятье. Только единогласное голосование изменит его нынешнее состояние и вернёт силы. Симил задержит окончательное голосование.
— Запомни этот момент, Симил. — Макс вернулся в конференц-зал и приготовился к очередному путешествию в 1993 год.
Глава 9
Через два дня после выписки из больницы
Эшли сидела в гостиной, свернувшись калачиком с книгой и любимым малиновым чаем, изо всех сил стараясь сосредоточиться на истории. Обычно что-нибудь с продуваемым насквозь замком и тёплым килтом затягивало её, но не сегодня. Ни единого шанса. Её мысли были сосредоточены на таинственном мужчине. Почему он не вернулся? Кем он был на самом деле? Откуда взялся? Были ли другие? Где они жили? Что ели? Есть ли у них силы? И его слова, что она его пара, но Вселенная хочет её смерти? Как можно сказать такое… а потом уйти?