Случайно... Конец
Шрифт:
«Заткнись, идиот».
Она потупила взгляд.
— Понимаю.
— Я хотел сказать, что…
— Не надо. — Она протянула руку. — Я поняла. Нет нужды объяснять. Ты победил. Я больше не могу сражаться. У меня нет сил.
Эшли раздраженно вздохнула и повернулась к спальне.
«Фантастическая работа, придурок».
— Эшли, ты должна меня выслушать…
— Он будет возражать? — Она остановилась спиной к нему
— Кто будет возражать?
— Твой брат? — печально спросила она. — Он будет возражать, если мы приедем?
Итак, она сдалась и увидела,
— В данный момент он и другие братья и сёстры заперты в нескольких сенотах далеко отсюда.
Она посмотрела на него через плечо.
— Хочу ли я знать, почему ты не освободишь их?
— Я с ними — та версия меня, которая существует в этом времени — но нас освободят примерно через девятнадцать лет. — Он усмехнулся. — По иронии судьбы через двадцать лет нас снова запрут, но уже в стеклянных тюремных камерах. Чувствую, это наша тема.
Эшли на мгновение смотрела на него, а затем покачала головой.
— Это долгая история, — объяснил Маакс, — но уверен, что в итоге всё получится.
«Возможно».
— Как скажешь. Я пойду собираться. — Она исчезла в спальне, раздражённо хлопнув дверью.
Ярость, смятение, отрицание и печаль бурлили в сердце Эшли, как взрывная бомба замедленного действия, готовая вот-вот взорваться. Неужели наступит конец света? Как? И почему он верил, что именно она остановит это? Совершенно нелепо! В ней не было ничего особенного, кроме того, что оказалась права насчёт смерти, которая её преследует. И что её сны вовсе не были сновидениями. Она действительно умерла. Или была на грани смерти. О боже. Это удручает.
Она опустилась на край неубранной постели, пытаясь ухватиться за неё. Больше всего её потрясло то, как её это ранило.
Это невидимое существо в гостиной сказало, что он терпеть её не может. А ещё сравнил с кучей навоза и даже сказал, что она намного ниже в пищевой цепочке. Какой придурок! Самонадеянный, напыщенный, исключительный идиот! И всё же какая-то глупая маленькая часть Эшли, на самом деле, чувствовала себя уязвлённой.
«Да! Уязвлённой».
Как ребёнок на детской площадке, которому симпатичный мальчик сказал, что у неё вши или дурно пахнет изо рта. Она поднесла руку к лицу и дыхнула, чтобы понюхать дыхание. По-прежнему пахло малиновым чаем.
Она усмехнулась. О боже!
«Ты лучше этого. Кого волнует, что он думает?»
«Вот именно. На самом деле, я рада, что он навсегда исчезнет из моей жизни, как только всё закончится».
Чувак невидимый и неандерталец, который ходит по планете со времён… ну, со времён неандертальцев! Хотя она чертовски хорошо знала, что он бог с божественным телом, что привело к следующему ряду сомнительные идеи. Её так и тянуло к нему. Неподдельно очарованная всем этим непостижимым беспорядком.
«Боги существуют. Боги действительно существуют».
— Боги
Кто бы мог подумать? Теперь у неё возникло так много новых вопросов. Не только о Мааксе, но и о других. Сколько им лет? Откуда они взялись? Неужели никто не может поговорить со Смертью и просто сказать ему или ей, отвалить? Неужели все боги мужского пола так же сексуальны и загадочны, как этот невидимый член клуба, шовинистическая свинья, извергающий тестостерон самец размером с танк в соседней комнате?
«Он не сексуален и не загадочен. И его запах не сводит с ума. И у тебя нет фантазий о том, как он забирается ночью к тебе в постель, прижимая тёплое, твёрдое тело…»
«Эшли! Прекрати!»
Но в течение трёх долгих лет ей снились эротические сны о безликом мужчине. То, как он прижимал её к себе, как они тёрлись друг о друга, вес его тела, движения между её бёдер его толстым, твёрдым…
«Что со мной?»
Но были ли эти сны предчувствиями?
Так стоп. Разве она только что не убедила себя, что он ниже её? Проклятье, парень только что показал своё истинное лицо… типа «показал» — но он негодяй! Так почему же разум пробудил в ней слабачку, которая решила потосковать?
«Странно».
Это было так на неё не похоже. Желание хотеть Маакса, несмотря на то, что не хотела его, было непреодолимым, будто кто-то другой управлял ею. Может, это как-то связано с этими сужеными, о чём он упоминал? Но тогда связь не может быть настолько сильной, правда?
Сердце Эшли снова бешено забилось. Он сказал, что собирается стереть её из памяти. Возможно, связь между ними нечто значительнее, чем едва уловимое, раздражающее влечение. Честно говоря, Эшли чувствовала себя странно с момента встречи с Мааксом.
Она чувствовала необычные покалывания. Может, когда он говорил «родственная душа», имел в виду истинное значение этого слова.
«У меня серьёзные неприятности».
Может, ей тоже попросить, чтобы его стёрли и её воспоминаний, когда всё закончится?
— Не факт, что это произойдёт очень скоро, — пробормотала она.
Глава 10
После странной, неудобной прогулки до кафе с претенциозным мужчиной-невидимкой — э-э-э, божеством — Эшли не знала, чего ожидать.
«Ещё больше странностей», — подумала она. Естественно. Чего же ещё? Вся эта ситуация была яблоком безумия, покрытым карамелью безумия. На палке безумия. Апокалипсис! Ага, как же. И ни за что на свете она не станет спасительницей планеты — она всего лишь держит кафе.
«Окей, но несколько дней назад ты бы сказала, что существование богов или что Смерть, преследующая тебя, — это безумие».
Могла ли быть хоть капля правды в словах Маакса?
Хорошо, что уже позднее утро и наплыв кофеиновых наркоманов должен закончиться. Не придётся беспокоиться о том, что будет очень-очень волноваться перед тонной клиентов. Мысль о группе солдат, управляющих её кафе и о том, что она оставит его на неопределённое время, не устраивала. Кафе — часть истории и заветная и оберегаемая реликвия её семьи.