Слуга чародея
Шрифт:
Засада была устроена по всем правилам — несколько упавших деревьев разбили колонну на три части. Вылетевшие из зарослей стрелы существенно проредили число всадников, а оставшиеся были вынуждены принять бой. Стреляли не только по людям, но и по лошадям, в первой карете двое из четырех коней были убиты и мешали сдвинуть экипаж с места.
В каретах ехали женщины. Они закричали на разные голоса. Не дожидаясь окончания схватки, один из всадников внезапно прорвался к переднему экипажу, выволок из него отчаянно вопящую девушку, перебросил ее через луку седла и поскакал прочь. Именно в этот момент и подоспела Карнаухая, которая успела,
Схватка закончилась через несколько минут. Всех женщин и девушек вытащили из карет, поставили в рядок, и один из нападавших внимательно заглянул в лицо каждой. «Ее здесь нет!» — вынес он свой вердикт.
Карнаухая сообразила, что речь идет о той девушке, которую унес всадник на серой лошади. Кто-то вспомнил о происшедшем, и несколько человек помчались по следам. Карнаухая, догадавшись, что все дело в похищенной, поспешила за ними, чтобы досмотреть, чем все кончится, но опоздала.
Видимо, похищенная действительно была важной персоной — иначе с чего бы увезшему ее человеку останавливаться и принимать безнадежный бой с превосходящими силами противника, задерживая их? Его светлая лошадь далеко виднелась в сгущавшихся сумерках, а вот более темная попона с геральдическими грифонами — нет. И закутавшаяся в нее девушка успела отбежать на некоторое расстояние по узкой болотной тропинке, прежде чем ее защитник пал, пронзенный мечами. Три оставшихся всадника какое-то время продолжали погоню — не подозревая, что за ними следит сгорающая от любопытства Карнаухая, а потом повернули назад. Бродить ночью по болотам никому не хотелось.
Выслушав рассказ, я покачал головой. Что-то тут не вязалось. Капризная, изнеженная принцесса бежит ночью по болотам и каким-то чудом находит верную дорогу к башне мага. Нет, конечно, я мог бы спросить подробности у самой девушки, но что-то подсказывало, что со мной она откровенничать не станет. Или станет? Пойти, что ли, спросить?
Пока Карнаухая говорила, Бурый успел расправиться с бутербродами, не оставив подруге ничего. Пообещав нарезать окорока, я взял нож и вышел в кладовую, но, не дойдя до нее, остановился возле лестницы. Спросить или промолчать? В конце концов, кто я такой? И что она мне? Через пару дней ее заберут люди короля, девушка исчезнет из моей жизни навсегда и… И все закончится! То есть пойдет своим чередом. Да вообще, мне-то что? Чем скорее визгливый голос леди Имирес перестанет тревожить эти стены, тем лучше, но…
Говорят, вся наша жизнь — это большая дорога от рождения до смерти, и самое главное в жизни — не скатиться на обочину, выпав из строя, и вовремя разглядеть перекресток, чтобы свернуть в нужную сторону. Если это правда, то сейчас я стоял на перекрестке — спуститься в кладовую за окороком или подняться вверх по лестнице в спальню принцессы.
И я, как дурак, выбрал второе, несмотря на известность избитого утверждения, что любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда.
За прошедшие после ужина часы мне удалось совершить невозможное — разобрать завал в гостевой спальне. Причем не просто разобрать, но и привести комнату в относительный порядок, вымести мусор, протереть пыль, перестелить постель, на которой сейчас спала леди Имирес. Недолго думая я склонился над девушкой и позвал:
— Эй, леди! Ваше высочество?
— Нет, —
— Че… чего? Ваше высочество, я…
— У меня сегодня болит голова, и я останусь в постели…
— Вот блин! Да проснитесь вы!
— Пойдите вон, дама Ирида!
— Я не дама. Я…
— Нашла чем гордиться…
— Мм… — Я несколько раз глубоко вздохнул. — Ваше высочество! Это Слизняк…
— Уйди, ночной кошмар! — Не открывая глаз, девушка махнула рукой, едва не снеся мне маникюром полноса.
— Сейчас уйду, — клятвенно пообещал я. — Мне нужно узнать только одно — как вы прошли через болота?
— Амулет.
— Чего?
— Амулет, — чуть громче повторила принцесса. — Охранный. На одно желание. Когда это случилось, я просто загадала, чтобы мне удалось спастись…
— И все?
— Угу… — Ночная гостья сделала попытку отвернуться, и я совершил глупость. А именно, схватил ее за плечо, удерживая на подушке лицом ко мне:
— Скажите, амулет… его вам дал…
В этот момент она открыла глаза.
Секунду мы таращились друг на друга — вернее, принцесса смотрела на кухонный нож, маячивший у ее носа, а потом она заверещала так, что меня звуковой волной не просто отмело от постели, но и размазало по стенке. Никогда не думал, что женщина может так орать! Она визжала минут пять — по моим подсчетам, за это время гостья должна была либо сорвать голос, либо перебудить в округе абсолютно всех.
— Ваше высочество! — робко подал голос я, когда понял, что ни того, ни другого не ожидается. — Не надо так кричать! Я…
— Ты маньяк! — завопила принцесса, набравшая полную грудь воздуха за время моей реплики. — Ненормальный маньяк! Караул! Стража! Кто-нибудь! На помощь! Мама!
Не знаю, кто меня в этот момент дернул за язык, но я внезапно заявил:
— Ваше высочество, не надо никого звать! Я и сам справлюсь!
Как ни странно, это заявление заставило ее заткнуться.
— Справишься — с чем? — натянув одеяло до самых глаз, подозрительно поинтересовалась гостья.
— Ну, — я осторожно отлепился от стены, — как понимаю, вы думаете, что я собираюсь вас убить или изнасиловать. А настоящему мужчине в этих делах помощники не нужны.
— Настоящий мужчина? Ты? — Девушка неожиданно расхохоталась. Смеялась она отчаянно, заразительно, напрочь забыв свой недавний страх.
— А что, не похоже? — обиделся я.
— Конечно нет! — заявила девица, задрав носик. — Ты же слуга!
— А что, разве слуга — не мужчина?
— Во всяком случае, ты — нет! — отрезала принцесса. — Потому что мужчина никогда не ворвется в спальню незамужней девицы, да еще угрожая ей ножом! Да ты хоть знаешь, что за такое тебя могут казнить? Я самолично пожалуюсь дяде и тебя казнят!
«А ведь она вполне может это сделать!» — мелькнуло у меня в мозгу. Со столь стервозным характером фантазии леди Имирес хватит и не на такое. Она сможет припомнить, что я на ее глазах применял магию — например, активировал защитный контур от нечисти. Что со мной будет тогда — догадаться нетрудно. А второго Богара Справедливого на горизонте что-то не наблюдается…
— Пожалуйста, не надо. — Я опустился на колени, чувствуя, что мой образ «мужчины» сейчас в ее глазах рушится и трещит по всем швам. — Не кричите! Я не хотел вас будить. Мне просто надо было узнать, кто помог вам спастись и добраться сюда!