Слуга чародея

Романова Галина Львовна

Я завертел головой, пытаясь хотя бы определить, в какой стороне от меня неизвестный находится.

— Тебе плохо? — послышался голос Оммера.

— Нет, господин.

— Тогда не стой столбом. Пошли. Сейчас будем поздравлять обрученных.

Представители знатных родов уже потянулись к возвышению, на котором стояли коронованные особы. В виде исключения король и королева Сидонии отошли на второй план, впереди стояли леди Имирес и лорд Гавейн. Рука принцессы утонула в широкой длани ее жениха. Она мило улыбалась и казалась совершенно счастливой.

Оммер не стал проталкиваться

в первые ряды. Он подходил спокойно, был уверен, что очередь дойдет и до него. Я, словно тень, шел следом. Мое сердце ухнуло куда-то в пятки и даже готово было провалиться сквозь каблуки, когда совсем близко от тронного возвышения я увидел Света Акосту Травозная Четвертого и магистра Бэрга. Они стояли рядом и, хотя не производили впечатления старых друзей, тем не менее явно не испытывали друг к другу вражды. Или же умело ее скрывали.

Впереди нас, гордая и важная, шествовала «двухцветная» женщина, и я поспешил сделать шаг в сторону, чтобы спрятаться от взглядов Акосты и Бэрга за ее наряд. Однако мой временный хозяин был прав — хотя магистр и обменялся с дамой несколькими словами, назвав ее герцогиней, он не заметил затаившегося меня. Что говорить о моем настоящем хозяине, который разве что щеки не надувал и в грудь себя не бил оттого, что сегодня стоял так близко от трона! Ужасно захотелось созорничать — например подойти к нему и похлопать по плечу. Или…

Я не успел придумать, что еще можно выкинуть, чтобы проверить, узнает ли меня господин в трех шагах, — в это время подоспела очередь приветствовать принцессу Оммера-Полукровки. Временный хозяин отвесил поклон, согнувшись пополам с такой легкостью, словно у него не было костей.

— Вы — необыкновенны, ваше высочество! — промолвил он. — Смею пожелать вам, чтобы и ваша семейная жизнь тоже не была серой и однообразной.

— Хм, странно, — послышался ответ принцессы. — Обычно желают счастья…

— Ваше высочество, простите, но обычно желают того, чего не хватает виновнику торжества. Желать счастья невесте в день помолвки или свадьбы — значит, сомневаться в том, что девушка счастлива.

— О да, — после легкой паузы промолвила леди Имирес, — вы правы. В этом никто не сомневается.

Я стоял позади, опустив глаза, и не видел, какое у девушки лицо. Но голос… голос принцессы был какой-то странный. Такой странный, что мне внезапно захотелось сказать ей что-то ободряющее. Мол, не берите в голову, подумаешь, замуж вышла!.. Впрочем, нет, она пока еще не вышла. Это еще не свадьба, это только помолвка.

— И все-таки тебе плохо, — произнес Оммер, когда мы наконец отошли от возвышения и смешались с толпой гостей. — На тебе лица нет!

— Со мной все в порядке, господин, — ответил я. — Просто там был мой хозяин, и…

И человек, которого я считал своим личным врагом. И еще это странное ощущение, что в зале присутствует невидимка…

— Сходи выпей вина! — небрежным жестом отослал меня Оммер. — Во-он там, за колоннами!

Я оглянулся — за рядом колонн у противоположной стены действительно стояли столы. Помолвка не сопровождалась пиром в прямом смысле слова — вместо него вчера был праздничный ужин. Но столы ломились от яств, а вино было

разлито в бутыли разных цвета и формы и рассортировано.

Лакеи хлопотали — сервировка уже закончилась, и теперь они спешили наполнить бокалы, чтобы обнести ими приглашенных. Я спокойно налил себе вина, потом подумал, и… Слуга я все-таки или нет? Конечно, это наглость с моей стороны. Да и не пробиться мне сквозь пеструю толпу придворных, окруживших короля и его близких. Мы знаем свое место.

Оммер все еще болтал с герцогиней, когда я подошел к ним, держа в руках поднос с бокалами.

— Ларан так переживает, — говорила дама, высматривая кого-то в толпе. — Он ведь имел виды на ее высочество. Наш род достаточно знаменит и знатен, чтобы породниться с Майнингами, но есть такое понятие, как высокая политика…

— Увы, да, — поддакивал Оммер. — Я не сомневаюсь в достоинствах вашего племянника, герцога Паруты Ольденского, госпожа, но по всему выходит, что Гавейн Робурский — лучшая партия для леди Имирес Борской.

— Лучшая, но не единственная! — вступил в разговор третий голос, который принадлежал магистру Бэргу. — Вы что-нибудь слышали о третьем кандидате?

— Что? Что вы говорите, магистр? — чуть ли не в один голос промолвили Оммер и тетушка сэра Ларана. — Вести такие речи здесь и сейчас?.. Это попахивает изменой!

— Да ничем это не попахивает, — отмахнулся тот. — Просто Робур — не единственная страна на карте мира, где имеются неженатые принцы подходящего возраста. Его величество на всякий случай решил подстраховаться и выбрал двух женихов для племянницы вместо одного. Но Гавейн приехал раньше, только и всего!

В это время и подошел я.

— О, как это мило! — Герцогиня первая заметила мою скромную персону. — Но не стоило так утруждаться, молодой человек. На это есть слуги!

Слуги? А я-то кто? Впрочем, учитывая мой наряд, вряд ли меня можно было заподозрить в принадлежности к этому племени. Опять-таки вспомнился портной Мотек, принявший меня за рыцаря инкогнито. Возможно, старик в чем-то был прав.

— А вы милый мальчик. — Пригубив вино, герцогиня рассматривала меня очень пристально, так что я даже занервничал. Этот взгляд был мне хорошо знаком — примерно так же смотрели на меня русалки, озабоченные тем, как бы половчее со мной переспать. Нет, повторяю, я не шарахаюсь от женщин, но здесь и сейчас? Да еще с герцогиней, которая выглядела гораздо старше вашего покорного слуги? Я схватил бокал с подноса и выхлебал его в три глотка под пристальным взглядом знатной дамы, не чувствуя вкуса вина.

— У вас симпатичные глаза, — после паузы заявила она. — Прямо два бриллианта в три карата!

Я не выдержал и фыркнул.

— Что смешного я сказала?

— Что это, учитель?

— Это, малыш, камни-носители. На каждый драгоценный камень можно наложить заклинание защитного или атакующего свойства. Его мощь будет зависеть от величины камня. Видишь этот маленький камешек всего в три карата?.. Всей его силы хватит лишь для того, чтобы предупредить своего владельца о нападении. А посмотри на этот камень…