Слуга чародея
Шрифт:
— У вас странная реакция на мои откровения, — произнес он.
— Не обращайте внимания! Просто я… вижу то, чего обычно не видят другие…
— Да, это редкий дар, — согласно кивнул он. — Обычно меня видят только Майнинги.
— Мне довелось немного познакомиться с историей династии, — сказал я. — Но, простите, ничего не слышал о фамильном призраке, хотя вообще упоминания о фамильных привидениях встречаются довольно часто. Правильно сказать, что каждый достаточно древний род может похвастаться наличием одного-двух персональных привидений. А вот про королевскую династию такого не слышал!
— И
Меня словно по голове ударили при этих словах призрака. Чернильницей, ага!
— Кто на сей раз? — Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно безразличнее. — Король? Принц-наследник?
— Пока не знаю, — честно пожал плечами призрак. Привидения лгать не умеют, поэтому я поверил сразу. — Но, наверное, сначала мальчик, а потом его отец… Только это произойдет не сразу. Где-то через полгода или год.
— А принцесса? То есть принцессы? У короля две дочери и племянница… Даже две племянницы, — вспомнился мне рассказ леди Имирес о том, что у нее есть младшая сестра. — Что будет с ними?
— А вот с ними, — призрак даже зарделся, — особая история! Собственно, из-за принцессы я и оказался здесь! Видите ли, господин… мне можно называть вас господином или сразу хозяином?
Это заявление призрака ненадолго отвлекло меня от чужих проблем и заставило обратить внимание на себя, любимого. В самом деле отношения между привидениями и живыми существами довольно сложные. Большинство людей для призраков — серая масса, не представляющая интереса. Они их даже внешне не отличают и путают мужчин и женщин, взрослых и детей. Общаются либо с теми, кто по каким-то причинам может иметь на них влияние — как правило, это маги — и называют их господами или хозяевами, а также с теми, против кого их вызвали. Причем «хозяин» — это тот, кто вызвал призрака из небытия и властен отправить обратно, а «господин» — просто маг, который обладает достаточной силой, чтобы с ним считаться.
— Давайте господином, если вы не против, — предложил ему. — В конце концов, я никоим образом не Майнинг и вряд ли смогу загнать вас назад. Так что там с принцессами?
— На принцессах рода Майнинг лежит проклятие. Видите ли, дочь короля Биркера Завоевателя была моей кузиной Я хотел на ней жениться и впоследствии претендовать на трон Сидонии…
— Убив ее младшего брата, будущего короля Биркера Третьего, — подсказал я, усмехнувшись.
— Ага! Но у меня ничего не получилось. И когда меня… э-э… вернули назад, нужно было какое-то условие, какое-то проклятие. Вот я и брякнул первое, что пришло мне в голову после возвращения на этот свет. Теперь ни одна принцесса рода Майнингов не сможет выйти замуж за того, кто ей предназначен!
— То есть как? — опешил я. — Понимаете, сегодня днем была объявлена помолвка леди Имирес Борской, племянницы короля Биркера, и некоего принца Гавейна Робурского. То есть вы хотите сказать, что принц Гавейн — вовсе не тот, кто предназначен принцессе
На память сразу пришел «кандидат» от магистра Бэрга. Не может этого быть!
— Еще как может! — заметил выражение моего лица призрак. — С тех пор, как существует династия, еще ни одна дочь Майнингов не вышла замуж за того человека, который ей был предназначен. Все принцессы из этого дома выходят замуж без любви и обречены жить с нелюбимыми мужьями. Моя задача как раз и состоит в том, чтобы сообщать им об этом!
— Как?
— Очень просто. В первую брачную ночь я являюсь принцессе в облике того, с кем она действительно была бы счастлива, кто любил бы ее искренне и преданно, кто был предначертан ей судьбой. Таким образом, обрекаю женскую половину семейства всю оставшуюся жизнь сожалеть о том, что судьба свела их вовсе не с теми, кто нужен.
— Но ведь большинство принцесс уезжают в другие страны!
— А для меня расстояние не помеха, — отмахнулся призрак. — Мне дано всегда чувствовать, когда и где очередная дочь Майнингов должна расстаться с девственностью, и поспевать вовремя.
— Ваша кузина была вам предназначена? — догадался я.
— Не мне, — вздохнул призрак. — Моему убийце. Уж если на то пошло, господин, то могу открыть правду — это она должна была стать матерью Альта-Вампира и наложницей его отца, императора вампиров Арля-Соискателя. Да, она бы умерла молодой, умерла, рожая великого мага, но умерла бы на руках любимого мужчины, любящей и любимой, а не зачахла бы в гареме восточного владыки сорок лет спустя, забытая им ради молодых наложниц. И со мной она бы не была счастлива — я ведь собирался убить ее отца и брата, чтобы взойти на престол. Только после смерти кое-что прояснилось в моем уме — это и стало причиной обиды на судьбу.
Я быстро подсчитал кое-что в уме.
— Но принцесса Имирес вовсе не… Неужели и она — тоже?
— Разумеется, — пожал плечами призрак. — Вы внимательно слушали, господин? Я сказал — дочь Майнингов! Ее мать была Майнинг, хотите вы того или нет. Стать другим человеком, просто выйдя замуж, невозможно. Это глупость, что, меняя фамилию, женщина меняется. Она остается дочерью своего рода. Это все равно что назвать корову кобылой только потому, что теперь ее на ночь отводят на конюшню, а не в хлев. И принцесса Имирес — дочь Майнингов, а это значит, что она в первую брачную ночь увидит склонившегося над ее изголовьем настоящего возлюбленного и узнает правду о своей семейной жизни. Вот уже ее дочь, если она родит девочку, представительницей Майнингов не будет и избавится от проклятия. Она-то и сможет выйти замуж за любимого человека и жить долго и счастливо.
— А мальчики? Ну принцы из семейства Майнинг? Какое на них лежит проклятие?
— Никакого! С ними все в порядке. Я призван только к дочерям. Ну еще чувствую, если семейству грозит опасность насильственной смерти одного из его членов.
Вот демоны! Мне мигом вспомнилось подсмотренное совещание у Бэрга Крысодава и тот потусторонний голос, который приказывал доставить ему принцессу… Это что же, пока я тут беседую с фамильными призраками, она подвергается опасности!
— Прошу меня простить, но нужно бежать, — произнес торопливо. — Приятно было пообщаться… Только… э-э… можно вопросик? Всего один?