Слуга чародея
Шрифт:
Причем сопротивляемость носителей разная. Дольше всех способны сохранять жизнь и сопротивляться внедрившейся в них чужой сущности (в мертвом теле демон не может существовать) кошки, вороны, крысы, козлы и ящерицы. А сова, тоже считающаяся магической птицей, собака и лошадь, например, погибают уже через несколько часов. Люди тоже по-разному сопротивляются демонам. Обычный человек, например, проживет от нескольких недель до двух-трех месяцев, а люди с магическим даром — год, два, а то и дольше…
«Браво, малыш! Тепло!»
— Ташир! — воскликнул я, хлопнув себя по
«Теперь тебе все понятно?»
— Ну еще бы! — Я схватил крысу и поцеловал в нос. — Тогда по стране бродили полчища демонов, вселяясь во всех подряд, и магистр Бэрг, тогда еще просто Бэрг Крысодав, просто-напросто как-то сговорился с одним из них. Наверное, пообещал ему защиту и «пищу» в обмен на верную службу. И подселил его в тело девушки!
Да, все сходилось одно к одному. Несчастная дочь градоправителя обладала слишком слабым Даром, чтобы ее взяли в ученицы Академии, а это значило, что маги не должны были заинтересоваться ею, ведь все перспективные ученики всегда на учете. Возможно, ее Дар был настолько слаб, что девушка сама не подозревала о нем. Но он все-таки был, что давало демону отличное молодое и здоровое тело на несколько лет — пол и возраст тут не имели никакого значения. Обычно внедрение демона происходит практически мгновенно, но если у носителя есть Дар, он начинает сопротивляться. Несомненно, девушка и заболела от этого. Бэрг, прекрасно зная, в чем тут дело, обставил все так, чтобы никто ничего не заподозрил. Сам ли он уехал из города, чтобы обеспечить себе алиби, когда процесс перерождения вступил в завершающую стадию, или это демон удалил его нарочно, но в тот день, когда в Ташир занесло меня, Бэрга рядом не было. И мне почти удалось все испортить — то есть лишить демона готового носителя и чуть не загреметь на костер. Непонятно только одно — почему Бэрг не захватил меня в качестве компенсации и не попытался вселить демона в мое тело?
«Сам-то как считаешь?»
— Не знаю, — мне никак не удавалось уловить суть происшедшего. — Я не такой уж сильный маг. Конечно, мой организм стал бы сопротивляться… — в глазах-бусинках крысюка появился странный блеск. — Вы хотите сказать, учитель, что моя скромная персона была демону… э-э… не по зубам?
Маленький зверек молча посмотрел на меня. Конечно, я же был учеником охотника на демонов, обладал его знаниями и мог сопротивляться не просто дольше, но и профессиональнее. Может быть, мне бы даже удалось одолеть демона уже после того, как он проник в мое тело — деваться-то ему оттуда некуда. Но зато какие заманчивые перспективы в плане мести — тот, кто готовился всю жизнь посвятить борьбе с демонами, сам стал одним из них!
— И все-таки непонятно, учитель, — помолчав, заговорил я снова, — что сейчас задумал магистр Крысодав? Почему таился столько лет? Где все это время находился «его» демон? И что изменилось в эти дни?
«Откуда мне знать. — Крысюк слегка занервничал и стал быстро-быстро умывать мордочку передними лапками. — Не забывай, что я довольно
— Вопрос еще в том, новый ли это носитель… — проворчал я.
«Кстати, а как вообще становятся носителями люди? Ведь людей великое множество, но демоны редко вселяются в первого встречного! Например, в том же Ташире в плане влияния на внешний мир сам градоправитель был более предпочтителен, чем его дочь, но все-таки…»
— У девушки был Дар. Но погодите, тогда выходит, что наилучшим носителем может стать…
«Вспоминай!» — Крысюк встал на задние лапки, ощетинил усы. И я ответил четко, быстро, как будто мы не сидели под деревом в осенней ночи, а занимались уроками:
— Наилучшим носителем может стать только человек, обладающий магическим даром. Причем чем больше Дар, тем предпочтительнее жертва.
«Теперь тебе понятно, зачем Бэргу Крысодаву мог понадобиться твой хозяин?»
Я похолодел и привалился спиной к стволу дерева. Свет Акоста Травознай Четвертый… Человек, который более семидесяти лет считался моим хозяином. Тот, кто командовал мною, измывался надо мной как над бессловесной скотиной, унижая перед посторонними. Старик, постепенно впадающий в маразм…
— Этого не может быть! — прошептали губы. — Мой хозяин… он слишком слаб для того, чтобы стать подходящим носителем для демона! Он будет сопротивляться… Правда, недолго, но… Нет, я не верю! И при чем тогда похищение принцессы Имирес? Ведь демон говорил — я подслушивал! — что девушку должны доставить ему! Почему она? У нее же нет магического дара! Зачем ее похитили? Что она им сделала?
Я вдруг осознал, что трясу крысу в кулаке, как тряпку. Осознал после того, как зверек слегка цапнул меня за палец.
«Прекрати! — прошипел он, скаля зубы. — Твоя принцесса тоже может стать носителем демона — при определенных условиях! Это, если можно так сказать, план „Б“. Ведь наилучшим носителем может быть либо маг подходящего уровня сил и знаний, либо женщина…»
— Женщина, выносившая демона в своем чреве, — прошептал я. — Женщина, зачавшая и родившая ребенка-демона! Демона, для которого этот мир будет изначально родным и который сможет в нем жить столько, сколько обычно может прожить человек, или даже чуть дольше!
Да, все сходилось. Демон хотел, чтобы Имирес доставили ему — для того, чтобы вселиться в ее тело и через девять месяцев появиться на этот свет обычным младенцем. Сейн Свеаргский, или как там его звали на самом деле, должен был, как «кандидат» от магистра, все это подстроить. Вспомнился странный мигающий огонек над головой принцессы — ребенок-демон… Правда, тут на сцене появился я и опять все испортил. Но почему именно Имирес? В чем тут дело? В том, что она — принцесса, или в том, что она — несомненная девственница? Или главное то, что она — будущая правительница целого герцогства?