Слуга короны

Швец Дмитрий

Советник сморщился, он бы утерся, вот только руки крепко стянуты за спиной. Ден присел подле него и приставил нож к горлу. Я тоже кое-что понял, я понял, что это был за взгляд, обращенный на меня, и что это была за улыбка. Чертов гомик! Давай, Ден, перережь ему горло! Я разрешаю! Ден словно прочитал мои мысли, он смеясь водил ножом по шее советника и готов был в любую минуту пустить тому кровь.

– Ну хватит! – остановил его Холодок. – Теперь-то что делать будем? – обратился он ко мне. – Решай, Медный, ты у

нас голова!

Вот незадача, а дальше-то я ничего и не придумал. Поймали мы Рувака, а что с ним делать – ума не приложу. Почему всегда я должен всех ловить и думать, что делать потом. Надоело. Не хочу больше. Пускай теперь другие думают. Валет, например. Хотя этот так надумает, потом не разгребешь.

– Посидим пока тут. – Это лучшее, что я смог надумать за пару вдохов.

– Сидите, сидите, – довольно заворчал советник, – меня хватятся и будут искать. Стража все перевернет, и я лично выпущу вам кишки и буду смотреть, как вы корчитесь в муках… – Он бы и дальше разорялся, но Холодок отвесил ему свой знаменитый взгляд и обронил:

– Валет, усмири его.

Валет поднялся с полу, глаза его довольно засверкали. Советник сжался и обмяк, но Валет тюкнул его по голове рукоятью меча для верности.

– Я вот что думаю, – подал голос Ден, – стража и впрямь его искать будет. Сюда заглянут обязательно. Надо уходить.

– И куда? – Холодок зевнул.

– В зал приемов. Туда, где вы были утром. Там народу много и никто не посмеет напасть на нас, когда мы все расскажем.

– Или порвут на части. С толпой мы не справимся. Мало нас.

– Не порвут, – уверенно заявил Ден, – не любят его у нас. Всяк рад будет его подсидеть. Такие обвинения будут им только в радость.

– Так че ж ты молчал, трясся как лист на ветру. – Я похлопал его по спине. – Осталось дело за малым. Дойти туда надо. Далеко он?

– Да, – упавшим голосом ответил Ден, – не дойти нам. Разве что… – Он умолк и почесал бровь.

– Ну! – Под сводами замка три голоса в унисон казались ревом богов.

Эхо повторило наш вопль несколько раз. Я осмотрел комнату, внимательно осмотрел, но так и не понял, откуда оно взялось – кругом одни ковры.

– Переодеться стражей, – закончил фразу Ден. – Вот только этого куда?

– Да завернем в ковер, скажем – выбивать понесли. И в дурную голову приходят светлые мысли. Молодец, Валет, ай да молодец!

– Осталось только сменить форму, – подвел итог лейтенант.

Сразу захотелось упасть на пол и разреветься как младенец, что не получил сахару. Форму нам взять негде.

– Ты тут все знаешь, – обратился Холодок к Дену, – скажи, где взять четыре мундира.

– Три, меня-то все тут знают, вот только я не знаю, где их взять.

– Я знаю, – сказал Валет и вышел за дверь.

Холодок проводил его взглядом и сморщился. Покачав головой, он повернулся к Дену и о чем-то с ним пошептался.

Ден улыбнулся и так же шепотом ответил. Холодок хлопнул его по плечу и подошел ко мне.

– Я по нужде, Медный, присматривай тут за всем.

Я усмехнулся. Прижми кого из нас, мы бы и не подумали стесняться, повернулись бы в угол, и все, но природа Холодка – дело тонкое, легкоранимое. Ей уединение просто необходимо, иначе не выйдет ничего.

Валет вернулся скоро, мы с Денном еще и скучать не начали. В руках его были три мундира. Как наши, только черные, мы-то при параде, в синем, на прием к князю в рабочем не пойдешь. Мундиры почти новые, если не считать нескольких дырочек да капель крови. Не стал Валет церемониться. Может, и правильно, а может, это нас погубит. Посмотрим.

– А где лейтенант? – заметив, что кого-то не хватает, спросил наш удачливый охотник.

– Вышел, – пожал я плечами.

– Ты чего, охренел? – вдруг взорвался Валет и швырнул в меня курткой. – Как ты мог отпустить единственного офицера одного в незнакомом месте, когда вокруг одни враги. А если его схватят, что тогда?

– Да остынь ты, – я взвесил куртку на руке, – щас вернется твой лейтенант, только дела свои сделает и вернется.

– Я пойду за ним. – Валет достал меч. – Я обязан ему жизнью и пойду всюду, куда бы он ни шел. Я не ты, я не оставлю его одного.

– Кого? – спросил Холодок, на ходу завязывая штаны.

– Тебя, – опустив глаза в пол, пробормотал Валет.

– Заботишься о начальстве, молодец! – усмехнулся лейтенант. – Но всюду со мной ходить не надо, по крайней мере не сразу. – Он подавил смешок. – Одежу достал?

– Вон лежит, – кивнул Валет и, подхватив куртку, отошел в угол.

– Чего с ним? – спросил Холодок, разглядывая мундиры.

– О тебе беспокоится, – ответил я. – Даже слишком. Может, Треф ему все рассказал? Ну о тебе.

– Ты плохо знал Трефа.

– Да я вообще его не знал.

– Ну тогда и не говори.

Валет оделся первым, – я за ним. Холодок недоверчиво оглядывал свой новый мундир, тоже с лычками лейтенанта.

– Ты что, специально выбирал? – спросил он.

– Ага, – отозвался Валет, обретя всегдашнюю веселость, – чтоб ты звания не менял, а то непривычно будет к тебе обращаться.

– Ладно. – Холодок встряхнул мундир. – Валет, ты готов? Ну так выйди, глянь, что снаружи.

Валет исчез за дверью, и только после этого Холодок медленно стянула куртку. Ден покраснел и смущенно отвернулся. Я бросил на лейтенанта вопрошающий взгляд. Она пожала плечами и раздраженно махнула рукой. О подробностях я спрашивать не стал.

Советник заворочался, застонал. Пришлось его успокоить, благо Валет пример уже показал.

– Ух ты, а с этим что делать будем? – Ден кивнул в угол, там, все так же вжавшись в стену, сидел любовник Рувака.