Служанка

Росси Делия

– Лорд Штефан.

– Что, правду девки баяли?

Златка кивнула, а потом, спустя пару минут, добавила:

– Только вот любовь у него звериная, неласковая. Я как в баню вошла, так у него когти на руках и появились. И клыки. А взгляд такой сделался, будто угли в печи горят – алый, полыхающий. Страшный.

– А ты что?

– Да я с перепугу чуть не померла! А он ко мне шагнул и за руку взял. И все. Пропала я. Это уже потом, как все закончилось, боль почувствовала, а тогда…

Она бросила на меня взгляд и осеклась.

– Ладно,

чего уж там вспоминать? Было и было.

Златка поморщилась и неловко повернулась на бок, а я разжала сжатые до боли пальцы. На правой ладони красный след от ножа остался. А в сердце словно кто ржавую иглу вогнал, так оно заныло. Не хотелось мне о любви арна слушать. И не слушать не могла.

– Погоди, я тебе наливки налью, она боль притупит, – подхватилась Богдана. – А ты, на вот, булку держи, – протянула она мне калач, а потом полезла в шкаф, достала пузатый графин, плеснула в стакан темно-красного напитка и поднесла его Златке.

– Вишневая. В прошлом году делала, – пояснила кухарка.

Я впилась зубами в мягкое, сдобное тесто и блаженно зажмурилась. Вкусно. Моя соседка одним махом выпила наливку.

– Сладкая, – улыбнулась Злата.

– Ложись. Через пару минут полегчает. Верное средство, – Богдана ласково погладила графинчик и убрала его на полку. – А что, девки, – повернулась она к нам. – Говорят, в Белвиле управляющий новый будет. Сегодня приехал. Ладный мужик, только сразу видать, что не здешний. Волосы светлые, в какие-то мудреные косицы заплетены, и глаза такие, будто зелень болотная в них разлита.

– Откуда ж он такой взялся? – спросила Златка.

– Ясь обронил, что пришлый с хозяином вместе много лет воевал. Правой рукой его был. Вот теперь, стало быть, у нас тут всем заправлять станет.

– А как же Лершик?

– А что Лершик? – пожала плечами кухарка. – Он как был дворецким, так и останется. Его ж никто не гонит.

Я прислушивалась к разговору, жевала калач, а сама думала. Хорошо это или плохо, что начальство сменилось? Винкош хоть и считался управляющим, да только нас не трогал. Сидел себе в Западной башне, письма отчетные строчил и ратицу трескал. А этот, новый, кто его знает? Вдруг он такой же, как хозяин? Тут от одного не знаешь, куда скрыться, а если у него ещё и товарищ появился… Ох, как бы беды не вышло!

Я сдула со лба мешающиеся волосы.

– А вдруг он такой же зверь, как и милорд? – словно подслушав мои мысли, спросила Златка.

– А ты посмотри поближе, и узнаешь, – послышался от арки низкий насмешливый голос.

– Ох, лишеньки! – громко вскрикнула Богдана и резко обернулась, отчего ее крупная грудь мягко колыхнулась в вырезе блузки. – Напугали, дан.

– Да? – незнакомец вышел из темноты и оказалось, что он такой же высокий и крупный, как арн. Только вот на этом все сходство и заканчивалось. Волосы мужчины были светлыми, с выжженными солнцем белыми прядями, в глазах темная зелень мелькала, а крупный кривой нос красноречиво говорил о профессии хозяина. Видать, не раз его в драке ломали. Или в

бою.

– Неужто такой страшный? – посмотрев на меня, подмигнул незнакомец.

– Скажете тоже, – смутилась Богдана. Она скомкала в руках полотенце, потом расправила его и тут же снова смяла и засунула в карман фартука. – Очень даже представительный мужчина, – румянец на полных щеках кухарки заиграл еще ярче. – Вот только имени вашего не знаем, – она вопросительно взглянула на гостя.

– Бранко Кражич, – представился тот. – Новый управляющий Белвиля.

Он обвел взглядом помещение, посмотрел на прикорнувшую у печи Златку и уставился на меня.

– А что это вам, красавицы, по ночам не спится? – тон мужчины изменился. Из него полностью исчезли игривые нотки. – Или хозяин вам за позднюю работу приплачивает?

Он снова настойчиво посмотрел на меня, видимо, ожидая ответа. Ага. Прям угадал, нашел самую разговорчивую…

– Чего молчишь, красавица? – не отставал пришлый.

– Так немая она, дан, – пояснила Богдана. – Слышать слышит, а говорить не может.

– Вот как? – в глазах мужчины мелькнуло сожаление. – Ну, а эта? – он кивнул на Златку. – Тоже немая? Или убогая?

– Нет, – хрипло ответила Златка.

– А чего свернулась вся, как старая кожа? – хмыкнул он и подошел к печи. – Это кто ж тебя так? – разглядев царапины и синяки, посерьезнел дан.

– Никто, – буркнула Злата. – Упала неудачно.

– Упала, говоришь? – задумчиво повторил мужчина.

Он внимательно оглядел мою соседку, перевел взгляд на меня и спросил:

– Почему не спите?

– Так наказанные они, – снова встряла Богдана. – Старшая велела до утра все овощи перечистить и кухню отдраить.

– Что натворили?

– Да вот эту дуреху в подвале заперли, она не успела к ужину вернуться, а эта…

Кухарка замялась, не зная, как объяснить, что со Златкой приключилось.

– Хворая она, хозяин велел ей лежать, а старшая подняла и наказала.

– Понятно, – кивнул дан.

Он посмотрел на бадью с чищенной картошкой, перевел взгляд на короб с фасолью и заявил:

– Уберите за собой все и можете идти спать. Я отменяю наказание. Со старшей сам поговорю.

Он нахмурился, хотел что-то добавить, но промолчал и пошел к выходу. Вскоре его крупная фигура растворилась в темноте.

– Вот и познакомились с новым начальством, – задумчиво сказала Богдана и встрепенулась. – Ладно, давайте, девоньки, приберем тут все быстренько, да и по кроватям.

ГЛАВА 3

Штефан

Небо висело низко, задевая городские ворота. Острые шпили башен вспарывали свинцовые тучи, высокая каменная стена терялась в клочьях тумана, наплывающего со стороны леса. Стобард. Древняя столица его графства. Небольшой, захудалый городишко, затерявшийся в самом сердце Алмазных гор, который давно уже утерял свою былую славу и величие. Наверное, только сами стобардцы могли считать его настоящей столицей.