Служанка
Шрифт:
Стена возникла внезапно. Кажется, они только миновали Кранц и подъехали к границе Стобардской провинции, как впереди, в ущелье между гор, показалась полупрозрачная преграда.
– Вот те раз! – удивленно воскликнул Гойко. – Что это?
По обеим сторонам дороги высились скалы, а между ними светилась и переливалась всеми цветами радуги прозрачная стена. Она уходила к самому небу, закрывая проход на территорию провинции, и выглядела так, будто стояла тут всегда.
– Что за лиховщина? – удивленно воскликнул едущий рядом со Штефаном Лейд.
–
– Штефан, что это? – приблизился к нему Хант. – Откуда взялась эта преграда?
Если бы он сам знал. Нет, кое-какие предположения у него были, но слишком уж неправдоподобными они казались. Жаль, что парнишка, который привез послание, остался в Стаднице, а он его толком и не расспросил. Так торопился убраться подальше от столицы, что не стал задерживаться из-за пустых, как тогда казалось, разговоров.
– Элиния? – взглянул на жену.
– Что, Штефан? – отозвалась Эли, но он заметил, что смотрит она будто сквозь него.
Он узнал этот взгляд. Жена всегда так смотрела, когда применяла свою магию. Штефан до сих пор не мог понять, как она это делает. Но обережную магию чувствовал: по сердцу будто теплая волна проходилась.
– Что ты видишь? – наклонившись к супруге, тихо спросил он.
Та помолчала немного, сосредоточенно глядя на переливающуюся преграду, а потом подняла на него свои сияющие глаза и ответила:
– Она живая, Штефан. И разумная. Насколько я смогла понять, она связана с той сущностью, что живет в Белвиле. Похоже, призрачный зверь решил защитить Стобард от незваных гостей.
– Хотел бы я пообщаться с этим зверем, – заметил Штефан.
– Думаю, он тоже этого хочет, – мягко посмотрела на него жена.
А у него в груди так щекотно стало… Как Элинии это удается? Неужели – магия?
– Он ждет тебя, Штефан, – тихо добавила Эли.
– Что ж, тогда нам следует поторопиться. Не будем откладывать нашу встречу.
Он тронул коня и решительно двинулся вперед, к мерцающей пелене, за которой виднелись камни стобардского тракта. Разумная эта стена или нет, но он сам должен был прикоснуться к ней, чтобы понять, что она из себя представляет.
– Командир, вы уверены, что это не ловушка? – встревоженно спросил Гойко.
Он не ответил. Если Элиния права, ему нечего бояться. Жене он верил, как никому в этом мире.
– Похоже, Крон знает, что делает, – задумчиво сказал Хант.
Один из самых старых арнов выступил вперед, наблюдая за тем, как он приближается к новой стобардской границе.
Штефан коснулся слегка пружинящей под ладонью преграды, и его рука с легкостью прошла сквозь нее. Ощущение было необычным. По телу прошлась теплая волна, а пальцы будто в мягкий мех зарылись. Штефан даже пригляделся внимательнее – может, он чего-то не видит? Но нет. Похоже, это всего лишь иллюзия.
– Я с вами, милорд, – послышался голос Давора, и десятник появился с ним рядом. – Негоже вам одному на ту сторону идти.
Штефан только кивнул, и они с Давором одновременно
– Странно, – удивленно посмотрел на него десятник.
– Что?
– Мне показалось, что кто-то заглянул мне в голову и увидел все мои мысли.
– У меня похожие ощущения, – усмехнулся Штефан, прислушиваясь к беспокойно заметавшемуся зверю.
Тот рвался куда-то, скулил, как щенок, и нетерпеливо скреб когтями, будто пытаясь выбраться наружу. А в следующую секунду сердце кольнуло тревогой. Он не знал, откуда та взялась, но чувствовал, что его близким угрожает опасность. Но откуда? Из-за стены? Или угроза – сама стена?
– Что не так, командир? – насторожился десятник. – Вас что-то беспокоит?
– Не знаю, Давор, – ответил Штефан, пытаясь понять, откуда взялось это странное чувство.
Он подъехал к стене и коснулся ее ладонью. В тот же миг тревога усилилась, а в голове зазвучал рокочущий голос: – «Уводи людей за границу. Немедленно! За вами выслали погоню, видишь?».
Перед его глазами возникло четкое видение. У развилки, там, где дорога делала поворот, появились воины императора. Он видел реющие алые знамена, узнавал знакомую синюю форму, различал напряженные лица Сварда и его военачальников… Смотрел на шагающих солдат и понимал, что тех очень много. Слишком много.
Штефан похолодел. Еще несколько минут, и армия Георга выйдет прямо к его людям. Рагж! Времени на раздумья не было. Действовать нужно было немедленно. Он преодолел призрачную преграду, мгновенно оказался рядом с женой и, взяв ее за руку, повернулся к своим генералам.
– Георг послал погоню. Надо уходить за стену, – голос звучал твердо. – Немедленно!
– С чего ты взял, что императору есть до нас дело? – озадаченно уставился на него Эйзер.
– Я их видел, – ответил Штефан.
– Но как? – переспросил Хант.
– Стена показала. Элиния права – она живая и разумная. И, похоже, способна нас защитить.
– Думаешь, воинов императора остановит какая-то призрачная преграда? – спросил Лейд. – Надо готовиться к бою. Мы покажем этим ублюдкам…
– Не время геройствовать, – оборвал его Штефан. – Уходим. Это приказ, – он обвел взглядом своих генералов и добавил: – И это не обсуждается. Собирайте людей. Эли, – посмотрел на жену, – ты проедешь первой, за тобой по трое в ряд поедут все остальные.
Элиния ничего не ответила. Она посмотрела ему в глаза, словно передав часть своей души, и тронула лошадь шагом.
– Вперед! – приказал Штефан своим воинам. – Хант, чего замер? Тебя это тоже касается.
– А я, командир, останусь с тобой. Хочу на имперских ублюдков поближе поглядеть, – усмехнулся старый арн. – Уж больно интересно увидеть, какое у Сварда лицо будет, когда он поймет, что просчитался.
Штефан пристально посмотрел на генерала и молча кивнул. Что ж, Хант и раньше всегда был рядом в трудную минуту, вот и сейчас не изменил себе.
Воины быстро перестроились, и двинулись мимо него к Границе.