Смерть любит танцы
Шрифт:
Коридоры, коридоры… и никого. Куда я забрела? По моему скромному мнению, тут должен быть хоть кто-то! Это же дворец, а не пустырь!
После ещё получаса блужданий я вышла на громадный балкон, с которого открывался вид на город. Я потрясённо застыла: луна, огни, ветер… Луна… Полнолуние! Ой…
Я хотела было отступить в тень, подальше от навязчивого бледного света, но безнадёжно опоздала — он уже заполнил всё моё сознание, напрочь вымывая из него здравый смысл. Я гибкими шагами подошла к перилам и присела на них, поглубже вдыхая терпкий запах ночи. Мр-р, хорошо-то
Я улыбнулась, уловив за спиной чьё-то присутствие. Там, в тени коридора, кто-то стоял и изумлённо разглядывал меня. Я автоматически изогнулась пособлазнительней, а в крови пряным вином закипел азарт. Захотелось расслабиться, сбросить с себя напряжение последних сумасшедших дней…
Захотелось потанцевать…
Помню, когда тетушка учила меня танцам, она заставляла меня, обутую в туфельки на тончайшем высоком каблуке, отплясывать на тонкой деревянной доске по несколько часов. Не пропадать же таким талантам! Я легко поднялась над звенящей высотой и сделала пару гибких движений, буквально кожей ощущая, как изумление случайного наблюдателя переходит в самый настоящий столбняк. Мне стало смешно: ещё не такое увидишь, милый! Легко выгибаясь, я поднялась сначала на колени, а потом и ногами встала на тонкий каменный парапет…
Адреналин забурлил в крови, смешиваясь с эмоциями наблюдателя, чистыми и сильными. Боги, как вкусно… я пила его ощущения, танцуя всё быстрее. Ночь, опасность, луна, чужое восхищение и желание — вот что нужно таким, как я. Я сделала волну, потом прогнулась назад, чувствуя, что ноги чересчур напряжены, что ещё немного — и рухну вниз, но это так мало волновало! В душе ещё много боли, много страсти, много несказанного — того, что нужно станцевать…
Итог был предсказуем — на следующем пируете я всё же оступилась, колени подогнулись, и моя тушка начала неумолимо скользить в сторону гостеприимной смерти. В тот же миг страх моего зрителя накрыл меня с головой — он боялся, что не успеет…
Успел — сильные руки в последний момент обхватили меня поперёк туловища и втянули обратно на балкончик. Я прижалась к нему, кожей ощущая его эмоции, втягивая их в себя. Небо, какое наслаждение…
Меня резко, почти грубо ухватили за плечи и развернули к себе. Я с искренним любопытством уставилась на очередное создание, которому «повезло» столкнуться со мной в полнолуние. Тёмные волосы, светлые, желтовато-серые глаза, небольшой шрам на смолянистой брови… Не такой уж красавчик — по эльфийским меркам, по крайней мере. Но такое лицо уж точно не забудешь…
— Спятила? — прошипело дивное видение, приблизив своё лицо к моему, — А если б меня рядом не было? Ты б в пропасть рухнула, ты это понимаешь?
Я проказливо улыбнулась:
— А тебе какое дело, эльфёнок? Думаю, мостовую потом не тебе отчищать!
Он изумлённо застыл, глядя в мои глаза, сейчас наверняка отражающие свет
— Кто ты?
В душе наконец-то звякнул тревожный колокольчик, пробиваясь сквозь навеянный луной дурман.
— Тан, служанка миледи Тассеры, — отозвалась я, чувствуя, как ко мне медленно возвращается способность здраво мыслить. Сама того не желая, я затравленно зыркнула в ночное небо и мгновенно поняла причину внезапного озарения: Ночную Госпожу, как её называют оборотни, медленно заволакивали тучи…
От созерцательной деятельности меня отвлёк тихий смешок. Я повернула голову — и с ужасом вспомнила об эльфе. Мать моя псих, что я наделала!
— Это ты-то служанка? — тем временем уточнил мой новый знакомый, — Брось, малышка, я не о том спрашивал.
Его откровенно ласковый тон мне нравился всё меньше и меньше. Глядя мне в глаза, он приподнял мой подбородок — осторожно, бережно, но у меня возникло ощущение, что стоит только ему чуть повернуть руку — и я рухну к его ногам сломанной куклой. Стало страшно, и его ласковый голос только прибавил острых ощущений:
— Итак, вопрос номер два — кто ты? — мурлыкнул он, поглаживая меня по подбородку. Ветер гнал тучи всё дальше — ещё немного, и меня снова подчинит лунный свет; мой страх уже начал медленно преображаться в какое-то другое чувство, а лёгкая дрожь становилась такой приятной…
Не придумав ничего лучше, я тихонько заплакала. Слёзы побежали по щекам, оставаясь солью на губах.
— Я Тан, — зашептала я, — Я служанка. Я ничего не знаю о своих родителях. Пожалуйста, не трогайте меня. Я хочу в свою комнату. Я не думала, что вы на меня смотрите.
Он фыркнул:
— Очень правдоподобно!
Луна почти полностью показалась из-за туч, и я уставилась на эльфа с настоящей мольбой во взгляде, чувствуя, как там, где меня касаются его пальцы, по коже расплывается приятное тепло. Уж не знаю, что его убедило: то ли мой взгляд, то ли дрожание в голосе, которым я прошептала:
— Пожалуйста! — но он хмыкнул и повёл меня за собой.
Шли мы молча, но я постоянно чувствовала на себе его изучающий взгляд — это нервировало. У двери я, сцепив зубы, вежливо с ним попрощалась.
Пару минут он насмешливо на меня смотрел, после чего вдруг выдал:
— Дура.
Однако…
— Почему?
— Зачем шляться в одиночестве по незнакомому замку? Проблем мало? Я вообще не понимаю, почему ты там не погибла! К твоему сведению, в этом крыле всё проклятиями пропитано.
Я чуть не ляпнула, что на меня никакие проклятия не действуют, но вовремя прикусила язык. Вместо этого я уточнила:
— А что там произошло?
— Не твоё дело, — бросил эльф, вперив в меня ледяной взгляд, — Ещё раз пойдешь куда-то без разрешения — закрою в комнате. И никогда не спорь с моими приказами, девчонка!
Выдав это, он пошёл прочь и уже на ходу бросил:
— Приглашаю вас завтра на завтрак, миледи. Думаю, там мы вернёмся к прерванному разговору…