Смертельные обеты

Джойс Бренда

Харт встал, скинул пиджак, затем рубашку. Наблюдая за ним, Франческа с трудом сдерживала возбуждение. Харт снял брюки и оставшуюся одежду. Она едва не задохнулась. Перед ней стоял самый красивый мужчина на свете; мускулистое тело в шесть футов, кроме того, в состоянии высшего возбуждения.

— Ты невероятно красив, Харт, — пролепетала она.

— Нет, Франческа, это ты прекрасна. Душой и телом. — Он опустился рядом, провел рукой по волосам и, повернув ее на бок, принялся расшнуровывать корсет. Он прикоснулся губами

к ее плечу, рукам и, наконец, груди. Дыхание стало тяжелым и прерывистым. Пальцы ловко справились с застежками юбки. В сторону полетело белье. Он покрывал поцелуями ее ягодицы, гладил тело, вдыхал аромат.

— Харт, я сейчас умру, — не сдержалась Франческа.

Он положил руки ей на бедра и посмотрел с некоторым изумлением.

— Да, несомненно, и, поверь, не раз.

Франческа хотела сказать, что его ласки доставляют ей мучения — она готова! — но Харт перевернул ее на спину, лег сверху и внимательно посмотрел в глаза. Франческа не могла понять, почему он медлит, ведь они оба готовы.

— Харт? — Она провела рукой по его плечу.

Он тряхнул головой, выражение лица стало серьезным.

— Я буду заниматься с тобой любовью, Франческа. — Он склонился и поцеловал ее в шею. — Я никогда ни с кем не занимался любовью.

Она тихо вскрикнула, и их губы встретились. Бедром он раздвинул ее ноги, продолжая гладить тело, и принялся покрывать его поцелуями, спускаясь все ниже. Франческа обхватила его возбужденную плоть, дыхание сбивалось, пальцы не слушались.

Его сильные руки обняли ее, жаркое дыхание обожгло грудь.

— Харт, умоляю.

— Я люблю тебя, — произнес он.

Франческа почувствовала, как по щекам потекли слезы. Харт посмотрел на нее не моргая и медленно вошел в нее. Франческу пронзило острое, как боль, наслаждение. Харт принадлежит теперь только ей, он будет с ней всегда.

Они соединились, не отводя глаз друг от друга. Франческа сильнее прижалась к Харту.

— Ты моя путеводная звезда, Франческа, — прошептал Харт. — Навеки.

Его движения стали сильными и глубокими, заставляя ее задыхаться от счастья.

Франческа проснулась самой счастливой женщиной на свете. Тело содрогнулось от восторга. Харт лежал рядом. Он обнял ее и поцеловал в ухо.

— Еще ночь, дорогая.

Она задрожала, вспоминая все, что было между ними.

— Мы женаты, Колдер! — Она хитро подмигнула ему. — И никто ничего не сможет изменить.

Его взгляд был полон бескрайней нежности.

— Ты выглядишь очень довольной, Франческа. Хм, почему бы это.

«Ха», — только и подумала она, вспоминая, сколько раз Харт любил ее этой ночью. Она теперь не девственница — такого блаженства стоило подождать. Она впилась ногтями в его грудь, видя, как он напрягся.

— Да, Харт, я очень довольна, — усмехнулась Франческа. — Кажется, я усвоила несколько уроков этой ночью.

Он смотрел

на нее с умилением.

— Я же обещал заняться твоим образованием.

— И ты это исполнил, — прошептала она, касаясь языком его соска. — О, Колдер, это невозможно, я опять хочу тебя.

— Я создал монстра.

Его рука быстро скользнула к ее лону. И вскоре они оба погрузились в волнующий экстаз.

Франческа обняла Харта и крепко прижала к груди.

— Что ты делаешь?

— Укачиваю тебя, глупец.

Он посмотрел на нее как-то странно:

— Я не ребенок, Франческа.

— Уж это точно! — рассмеялась она и поцеловала Харта в макушку. Взгляд ее упал на портрет. Покрывало сползло с него, приоткрывая часть полотна. — Ты принес его сюда.

— После того, как ты заснула. Подумал, что утром, когда вернется прислуга, нам будет не до него. — Он покосился на портрет. — Прекрасная картина. Сара очень точно поймала все твои черты.

«Он не хочет его уничтожать», — подумала Франческа и резко встала.

— Что ты собираешься сделать?

Франческа улыбнулась через плечо и пошла дальше, даже не подумав прикрыться.

— Он мне нравится, — не умолкал Харт. — Моя скромница жена!

Она рассмеялась и сдернула покрывало с картины, чувствуя восхищенный взгляд Харта, на этот раз направленный не на портрет.

— Неужели я действительно так выгляжу, когда мы вместе и занимаемся любовью?

— Да, милая. Но в жизни ты еще прекраснее и желаннее.

Франческа задрожала от ощутимого в каждом слове и взгляде обожания. Харт поднялся с кровати, прошел по комнате и накинул шелковый халат, небрежно завязав пояс. Она поежилась, словно от холода.

— Ты стал джентльменом, Колдер?

— Да. Хочу принести нам бутылку шампанского, а у меня нет привычки ходить по дому голышом. Да, Франческа, я понимаю, ты стала бесстыдной, я сам создал этого монстра, но тебе тоже лучше не выходить без одежды. Здесь ведь живет Рурк.

Он набросил ей на плечи свой домашний жакет, и она улыбнулась. Внезапно глаза Харта вновь потемнели, и она поняла причину — жакет едва прикрывал ее бедра.

— Сара должна написать тебя такой, — пробормотал он.

— Харт! — воскликнула Франческа от пришедшей в голову мысли. Конечно!

— Я пошутил. — Он обнял ее и на мгновение крепко прижал к груди.

Франческа с удивлением ощутила, что он вновь готов заниматься любовью. Однако Харт отстранился и посмотрел на портрет.

— Его нельзя уничтожать, — задумчиво произнесла она.

Он вскинул бровь.

— Я ведь знаю, ты тоже так думаешь.

Харт вздохнул:

— Ты уже хорошо меня изучила. Нет, мне претит мысль, что можно испортить произведение искусства. Однажды, когда стану старым и седым, буду любоваться этим портретом — вспоминать, как мы встретились, как, несмотря ни на что, все же смогли быть вместе.