Смертельные обеты

Джойс Бренда

Когда Харт расторг их помолвку во время расследования гибели Дейзи, он объяснил, что слишком ее любит, чтобы позволить сломать ей жизнь. Франческа ему поверила. Тогда их любовь не вызывала сомнений. Более того, их чувства стали крепче.

Но ведь и прошлым вечером Харт утверждал, что не хочет разрушить ее жизнь. Разница лишь в том, что речь не шла о любви и вечной преданности. Колдер настаивал, что их помолвка была ошибкой.

— Ты решила не бросать его.

Она посмотрела на Брэга. Он был очень серьезен.

— Даже если любовь прошла,

если мы должны остаться просто друзьями, я никогда его не брошу. Он на всю жизнь останется моим другом, хочет он этого или нет. — Франческа подумала и добавила: — Как и ты.

Брэг нахмурился:

— Он не заслужил быть рядом с тобой, ни в каком качестве. — Видя ее желание возразить, он продолжал: — Но я рад, что у него будешь ты. Человек — не остров.

Франческа вздрогнула. Харт был именно таким — одинокий в огромном мире людей — островом в ледяном океане. Он был самым загадочным человеком на свете, но она больше не сможет полюбить никого другого. У нее осталось лишь одно в этой жизни — любовь.

Она должна быть рядом с Хартом, что бы ни случилось, даже если они никогда не помирятся.

— Ты прав, — сказала Франческа, чувствуя, что ей становится легче. Да, она была обижена и расстроена — даже напугана, — но она нужна Харту. Он сам ей признался. Значит, она будет дарить ему свою любовь. Даже если он ее не любит, все равно примет это приложение к ее дружбе.

Франческа улыбнулась.

— Тебе лучше? — Брэг приподнял бровь.

— Рядом с тобой мне всегда лучше.

— Ты со мной кокетничаешь? — подмигнул ей Брэг.

Франческа смутилась:

— Я не должна. Спасибо. Спасибо, что выслушал — и отнесся с пониманием.

— Я всегда пойму тебя. — Брэг покраснел и отвел взгляд.

Франческа вспомнила слова Харта о том, что брак Рика почти разрушен.

— Я опять занята своими проблемами и не спросила, как дела у тебя.

— Ненавижу драмы. Где Джоэл?

— Он проведет день на Кони-Айленде со всем семейством Кеннеди. — Рик уже направился к входу, но она задержала его. — Ли Анне стало лучше?

Рик ответил лишь через несколько секунд:

— Честно говоря, я не знаю, Франческа. Меня всю неделю не было дома. Дела в управлении занимают все рабочее и личное время. Пойдем?

Несмотря на то что она открыла ему свою душу, он не счел нужным делиться с ней семейными проблемами. Франческа вздохнула. А она так хочет помочь.

— Да, прежде чем мы войдем… — быстро произнесла она. — Не сердись, я получила это в воскресенье вечером. — Она достала из сумки письмо шантажиста и протянула Рику.

Он посмотрел на конверт и вспыхнул:

— Почему ты не сказала мне раньше? Только не говори, что ты одна ходила на встречу.

— Я была с Джоэлом. Деньги я попросила у Харта, а он за мной проследил. Но это не важно, никто так и не пришел. — Она рассказала о велосипедисте и рисунке.

— Надеюсь, если ты получишь еще одно приглашение на встречу, я узнаю об этом первым. — Брэг едва сдерживал гнев. — А не последним!

Франческа, шантаж является преступлением. Это дело полиции. Неужели ты думала, что отдашь семьдесят пять тысяч долларов и получишь портрет?

— Я очень на это надеялась.

Брэг окинул ее суровым взглядом, взял за руку и повел в корпус.

— Хорошо, что Харт за тобой следил. Я очень зол на тебя.

Она заморгала:

— Я хотела сказать, Рик, но побоялась. Если ты придешь и шантажист тебя увидит, то он никогда не подойдет ко мне. Дело в том, что ты заметная фигура, сейчас ты очень известный человек. Твои фотографии каждый день печатают в газетах.

— Сомнительное оправдание. Ты в очередной раз переоценила собственные возможности. Я с тобой скоро совсем поседею.

Именно так ей всегда говорил Харт. Франческа опустила глаза и вошла за Риком в корпус клиники.

— Кстати, у меня тоже есть новости. — Брэг остановился, закрыв за собой входную дверь. Фойе с высокими гранитными арками и каменными полами выглядело каким-то бесцветным и очень просторным. — Мы нашли бордель, где может работать Дон.

— Отличная новость — после встречи с Мэри отправлюсь к ней. А как насчет Билла Рэндла? — Франческа уже пожалела, что не позвонила вчера Брэгу. Она была слишком расстроена, чтобы с ним разговаривать, иначе Рэндл мог быть уже арестован.

— Дом возьмем под наблюдение. Пожалуй, не мешает за ним проследить, Франческа, а не арестовывать, пока у нас ничего на него нет. Посмотрим, на кого он нас выведет, — надеюсь, на похитителя портрета.

Они прошли к высокой стойке регистрации посетителей, и клерк удалился, чтобы вызвать начальника.

Брэг ободряюще ей улыбнулся, и она улыбнулась в ответ, довольная, что дело о расследовании закрутилось с новой силой и что она смогла принять решение об отношениях с Хартом.

Из бокового коридора вышел высокий мужчина в белом врачебном халате:

— Комиссар? Я доктор Джонс. Ваш визит стал для нас неожиданностью.

Брэг подал ему руку:

— Мисс Кэхил, доктор. Какие-то проблемы?

— Боюсь, что да. Пациентка, которую вы хотели видеть, внезапно исчезла.

— Мистер Харт, пришла миссис Джулия Кэхил. Ей не было назначено, — сообщил вошедший секретарь.

Харт был занят изучением контракта, позволявшего взять под контроль его судоходной империи датскую компанию средней руки. Он предпочитал самостоятельно прочитывать окончательный вариант каждого договора, заключавшегося его компанией, несмотря на то что предварительно юристы готовили и тщательно проверяли все документы, необходимые для совершения сделки. Харт также часто лично проверял счета различных компаний, его острый глаз мгновенно выявлял случаи воровства сотрудников, мошенничества и мелкого обмана. Харт не терпел предательства и не представлял себе другого способа управления созданной им империей. В его окружении не было ни одного человека, которому он доверял.