Smooth Operator
Шрифт:
Я пыталась собраться с силами, набирая номер отца на мобильном. Пальцы оказывались слушаться, я боялась, что Аро заметит, как я волнуюсь. Мне казалось, что услышала как минимум миллион гудков, пока папа не ответил. И, несмотря на всю мою выдержку за последние несколько недель, я чуть не разрыдалась, услышав его голос. Он не был обеспокоен, будто разговаривал со мной каждую неделю. От этого было еще тяжелее. Мне почти удалось убедить его, что со мной все хорошо. Почти. Он понял по голосу, что я не в порядке, хотя я всеми силами пыталась доказать обратное. Чуя неладное, Аро подошел ко мне, протягивая руку за телефоном. Я попрощалась с отцом, попытавшись заверить
Аро снова улыбался, протягивая ладонь к моему лицу и вытирая слезы на моих щеках. Я еле сдержалась, чтобы не отшатнуться от него.
– Я надеюсь, никаких осложнений не предвидится? – Он хищно оскалился, обнажая свои клыки.
Я покачала головой, смотря ему в глаза.
– Вот и славно. – Аро хлопнул в ладоши, разворачиваясь и направляясь к своему трону.
Я глянула на Кая, который не обращал на меня никакого внимания. Опять. Что происходит с ним? Что вообще происходит между нами? Я боялась признаться себе. Я знала ответ, но не хотела даже думать о нем. Я не хотела влюбляться в Кая, но вышло совсем наоборот. Как говорят, от ненависти до любви – один шаг. А в моем случае – всего полшага. я не хотела влюбляться в Кая. Потому что вампиры любят только раз, а Кай уже был влюблен. Для меня в его жизни не было места.
Я развернулась и пошла к двери, но Аро меня остановил.
– Вот и славно. Но, тем не менее, я решил, что твое обращение состоится завтра.
Я резко развернулась и чуть ли не задохнулась от удивления. Кай тоже был удивлен – он пытался сохранить спокойствие, но я видела, как нервно дёрнулась его рука.
– К чему такая спешка, брат? – Он растягивал слова нарочито медленно, будто его не волновал этот вопрос. Но Аро был бы глупцом, если бы не заметил этого. Он видел все.
– У клана есть дела, не требующие отлагательств. Поэтому тянуть с обращением юной Изабеллы просто нет смысла.
Я пыталась заговорить, но слова застряли в горле, и я лишь открывала и закрывала рот, как рыба. Завтра. Это случится завтра. Неделя казалась длинной, и я думала, что свыкнусь с мыслью об обращении, с мыслью, что я стану Вольтури. Слугой вампира, которого я ненавижу. Я думала, что переживу это, что пойму, наконец, что чувствует Кай, и, возможно, он был бы единственной, но самой важной причиной, по которой я бы обратилась в вампира без задних мыслей. Но теперь слишком много было на кону. Моя жизнь казалась такой ценной, важной, что хотелось кричать от безнадежности. Но я лишь ушла из зала, не проронив ни слова. Закрыла за собой дверь и побрела в комнату, держась за стенку. Никто меня больше не трогал; все знали, что скоро я стану Вольтури. Все вампиры в замке обходили меня стороной.
Я не помню, как дошла до комнаты. И только через минуту поняла, что пришла не к Каю, а в свою старую комнату, которая стала мне темницей. Я обхватила себя руками, шатаясь из стороны в сторону.
Только сейчас я поняла, что даже смерть была бы лучше, чем обращение в Вольтури. Аро, даже если я обращусь, будет остерегаться меня еще больше, ведь я не буду ему подвластна. Он никогда не поверит в сказки про мою верность, он никогда не оставит меня в покое. Кай… Он не любил меня, и это было ясно. Я не знала, почему так сильно хотела его любви. Я думала об Эдварде, и старые чувства вспыхивали новой болью, и я знала, что Эдвард навсегда останется в моем сердце. Но я не была вампиром, а человеческая природа такова, что я снова могла полюбить. И я полюбила Кая. Несносного, вспыльчивого, безжалостного
– Думаешь о своей будущей вампирской жизни? – Я узнаю его насмешливый голос из тысячи. Но я знала, что ему не плевать.
– Я не хочу так. Я не готова.
Кай подлетел ко мне и встряхнул за плечи, гневно смотря мне в глаза.
– А чего ты ожидала? Что придет твой Эдвард и обратит тебя в лунном свете, а потом вы будете жить долго и счастливо? – Он почти шипел, приперев меня к стенке.
– Нет. – Я с вызовом встретила его взгляд, и он наконец отпустил мои плечи. – Раньше я сказала бы да, не колеблясь. Теперь мой ответ – нет.
– И что же изменилось?
Ты.
– Его отношение ко мне. – Я не хотела открываться ему. Была велика вероятность того, что Кай поднимет меня на смех. Что не ответит взаимностью. Что сделает больно.
Кай долго думал о чем-то, а потом схватил за руку и повел в сторону выхода из замка.
– Что такое?
– Я должен показать тебе кое-что. Возьмись за плечи. – Я снова ухватилась за него, пытаясь не отвлекаться на мурашки, появившиеся на коже от его прикосновения, и Кай побежал по коридору. Я закрыла слезившиеся глаза и ждала окончания «поездки».
Наконец, он взял мои руки и снял со своих плеч. Я открыла глаза и увидела несколько автомобилей, стоящих в ряд.
– Садись. – Он указал на черную тонированную двухместную машину. Когда я пристегнула ремень, он завел мотор и выехал на залитую солнцем дорогу. Его лучи не проникали в салон.
– Куда мы едем? – На несколько минут я даже забыла, что меня ждало завтра. Было только здесь и сейчас, был только Кай рядом со мной и бескрайний мир за окнами. Казалось, это и была жизнь.
– К тебе домой.
Комментарий к Это и была жизнь
Указывайте любые недочеты. Ваш автор
========== Часть моей крови ==========
– Ты же не имеешь в виду Форкс? – Я скептически взглянула на него, сомневаясь, шутит он, или нет.
Кай рассмеялся, запрокидывая голову назад. Казалось, он тоже забыл на мгновение про все то, что произошло за эти дни. Про то, что ждало нас завтра. Точнее, меня.
– Нет, естественно. Ты все увидишь, обещаю.
Я решила перестать расспрашивать его, хотя вопросов было навалом. Почему домой? Я никогда не была в Европе раньше. Чего мне надо было ожидать? Что случится со мной после обращения? Должна ли я буду беспрекословно подчинятся приказам Аро и Марка? Как изменятся наши с Каем отношения? А есть ли у нас какие-то отношения?
Слишком много вопросов. И я была уверена, Кай не даст ни одного ответа. Он всегда умело манипулировал мной, заставляя забыть обо всем, о чем я думала до этого. Заставляя меня играть его игру. Самым страшным было то, что эта игра затягивала, и я становилась зависимой от нее. И от Кая. Я влюбилась, и я боялась быть отвергнутой, потому что была уверена, Кай меня не любит и никогда не сможет полюбить.
Каждый раз, когда я думала о Кае, в моих мыслях появлялся Эдвард. Он будто укоризненно смотрел на меня, корил за неверность, за предательство. И я не могла понять, почему с каждым разом его образ блекнул в моей памяти. Я знала, что я должна была чувствовать любовь, и я ее чувствовала, но все меньше. Кай был прав. Человеческие чувства со временем притупляются, и после них появляются новые, сметая все на пути. Теперь я любила Кая больше, чем когда-то любила Эдварда. По крайней мере, мне так казалось.