Собакалипсис
Шрифт:
– Ну, не умею, и что? – фыркнул его соперник. – Я же должен тебя обогнать, а не тащиться, как Бабуля.
– Ты хотя бы до финиша доберись, – парировал мальчуган.
Сеня покачал головой.
– Видел, как затянуло? И это всего лишь какая-то картинка в телике. А представь себе, если бы погружение было полное. Со всеми чувствами.
Я не мог себе подобного вообразить,
– Так к чему ты всё-таки ведёшь? – спросил я.
– А теперь представь, что в подобную игру вступили тысячи тысяч детей, – сенбернар взмахнул лапой, точно волшебной палочкой. – А их отец ходит по дому, поглядывает на них со смесью любви – он же их папка – и недовольства поведением чад в виртуальной реальности. Но ведь он не будет наказывать одного своего отпрыска за то, что тот снёс башку другому в рамках игры?
– Наверно, нет, – я пожал плечами. – Но я бы на его месте разогнал всю эту шайку-лейку и отправил учить уроки. Ну, или обедать.
Сеня поглядел на меня с уважением.
– Возможно, он так и сделает.
– Кто? – переспросил я.
Уважение во взгляде сменилось разочарованием.
– Ну, Джек! – сенбернар всплеснул лапами. – Я уж было подумал, что ты всё понял!
– Да что я должен понять? О чём ты тут толкуешь-то? Скажи по-простому!
Сеня вздохнул.
– Ну, вот мы, а до нас и люди, всё сомневаемся в Творце. Мол, если он такой милосердный, то зачем посылает нам всякие болезни, войны и прочие страдания?
– Ну, я об этом не задумывался, – я снова пожал плечами. – Так зачем он это делает?
– А что, если это всё игра? Если мы – всего лишь заигравшиеся дети? Что если всё вокруг не реально, а потому не имеет большого значения?
С этим я уж никак не мог согласиться. Кроме этой жизни у меня ничего нет. А потому она лично мне дорога. И в реальности её сомневаться не приходится.
– А что же тогда имеет значение? – я скептически поглядел на сенбернара.
– То, что вне игры, – Сеня снова взмахнул лапами.
– Только не обижайся, но мне кажется, ты слишком много думаешь, – после недолгого молчания высказался я. – И фантазия
Сенбернар вздохнул.
– А что мне обижаться? Это всего лишь моё предположение. И доказать его просто невозможно. Но, согласись, оно бы многое объяснило.
Откровенно говоря, тут я был с ним полностью согласен. Насколько я знал историю человечества, оно всё время своего существования только и занималось тем, что выдумывало теории, что-то объясняющие. Другие люди выдумывали другие теории, зачастую противоположные. Идеи сталкивались, приводя к конфликтам среди своих последователей. Но очень редко эти теории были полностью доказаны или полностью опровергнуты.
21
Я ещё какое-то время понаблюдал за развлекающимися друзьями, вполуха выслушал несколько новых мыслей от сенбернара, а потом отправился к себе.
– Эй, Джек, – услышал я голос Душки. – Подойди к нам.
Она стояла у основания лестницы и нервно помахивала хвостом. Я ехидно фыркнул. Сейчас я ей прочитаю лекцию об ответственности за тех, кого мы приручили.
Я медленно спускался вниз, оттягивая момент триумфа справедливости. А кошка дождалась, когда я буду в зоне прямой видимости и юркнула в квартиру Хуа.
– Эй! – возмущённо крикнул я. – А хозяин в курсе, что ты к нему в гости зашла?
Я в два прыжка преодолел оставшиеся ступени.
Оглянулся на дверь нашей приёмной. Закрыто. Задумавшись на секунду, не стоит ли позвать Роти и Боба, я отбросил эту идею и вошёл следом за кошкой.
А в комнате кроме Душки оказался и наш злополучный охотник. Вид у него был, прямо скажем, не очень. Правая передняя лапа висит плетью, левое ухо порвано. Впрочем, последний факт лишь сближал его с самой ангоркой. Разве что у неё было порвано правое ухо.
– Неудачно поохотился? – с сарказмом спросил я.
– Не смешно, – буркнул кот и поморщился.
– Надеюсь, хотя бы этот случай тебя научит вежливости, – поучительным тоном сказала кошка и пояснила: – Пушок решил повыделываться перед нашими пенсионерами.
Конец ознакомительного фрагмента.