Соблазнить Тьму
Шрифт:
Он рассмеялся. По-настоящему рассмеялся.
– Я услышал в твоем голосе смертный приговор. Возможно, наконец, встал на правильный путь.
Как смеет он спокойно говорить о предполагаемых мучениях Девина. Как смеет даже упоминать, что хочет использовать ее любимого подобным образом.
Она сидела там. Задыхалась, потела и истекала кровью.
– Ты. Не. Прав!
Последнее слово она выкрикнула, когда ярость затопила ее. Это словно волна, уничтожающая все на своем пути, даже шипы. Она смела ее сущность,
– Ох, да успокойся, - сказал Манус, не глядя на нее.
– Я еще не решил пойти по этому пути.
Ее боль... ушла. А сила... не имела границ. Брайд чувствовала, как мощь наполняет ее, могла ощутить силу на вкус, почувствовать, как поет ее кровь, и вибрируют кости. У нее закружилась голова, словно она внезапно опьянела.
– Нет. Нет!
– сказал Манус, и она услышала страх в его голосе. "Ее тело дрожит, как и у Фионы, - подумал он.
– Она нефрети. Как я мог не понять?"
Брайд могла прочесть его мысли.
Все еще не вставая, застыв как каменное изваяние, она вцепилась в трон и молчала. Море других голосов наполнили ее голову, мысли прошли через нее, некоторые жестокие, некоторые сладкие, какие-то голодные, все шли с танцпола. Теперь она оказалась внутри головы каждого вампира.
Они сводили с ума, почти оглушали, но ей удалось их игнорировать. Ее руки стали горячими, такими горячими, просто жаждали, чтобы она что-то взяла. И приступила к мести.
– Стража, - закричал Манус дрожащим голосом. Но из-за гама никто его не услышал. Он вскочил, собираясь от нее убежать.
– Замолчи, - бросила ему Брайд, и его рот закрылся.
– Сядь.
С шокирующем и испуганным выражением лица король плюхнулся на свой трон.
Больше ее способность исполнять желания не приглушена. Больше не будет последствий. Все, чего она захочет, сбудется. Это мысль пронеслась в голове Мануса, когда он вспоминал время, проведенное с Фионой. Брайд могла остановить время, как МакКилл. Могла создавать огонь голыми руками. Могла стирать воспоминания и подавлять силы других.
– Брайд. Брайд!
Девин. Она узнала этот голос и повернулась к любимому. Вокруг него переливались малиновый и лазурный цвета. Брайд с благоговением поняла, что это его энергия. Такая красивая. Такая чистая.
"Любимая, любимая, любимая, - думал он, его голос уже стал такой большой ее частью, что Брайд без проблем отличила его от других.
– Слаба Богу, ты в порядке. Клянусь, я думаю над тем, как выбраться отсюда. Если это ублюдок коснулся тебя..."
Ни одной мысли о его собственном комфорте. Никаких сожалений о том, какие мучения он вытерпел. Все мысли Девина были о ней. Он действительно любил ее. Смотрел на нее, как на облако блаженства из темноты, какой была его жизнь.
"Я вытащу нас отсюда", - направила она в его голову.
Его глаза расширились.
И теперь настало время его спасти. Она прищурено посмотрела на Мануса. Пока изучала его, увидела, как его энергия пульсировала неравномерно, рассеивая энергию других рядом с ним. Кроме ее. Ее аура слишком сильна. Брайд поняла, что именно так король остановил Девина. С помощью снадобья, которое заставляли частицы отталкиваться друг от друга.
Она уже уяснила, что вампирам нравились снадобья.
"Ты заплатишь". Брайд засунула в его грудь ментальную руку и сжала. Сжала так сильно, что по ней ударили рикошетом не используемые ранее силы. Но она не отпустила.
Он болезненно вдохнул, судорожно потирая грудь, кожа на которой бледнела с каждой секундой. Король взглянул на нее, не понимая, что происходит. Хотел что-то сказать, но она все еще не разрешила ему говорить.
"Что происходит, любимая?"
Голос Девина с нотками паники и разочарования ворвался в ее голову.
"Все в порядке, не беспокойся. Я люблю тебя", - сказала она, не отпуская короля.
"Я тоже люблю тебя, но как мы читаем мысли друг друга?"
"Удивительно, но твоя жена один из самых могущественных людей в мире. Я собираюсь все уладить, и затем мы пойдем домой".
"Ты подвергнешь себя опасности?" - спросил он.
"Нет. Сейчас я крута как никогда".
"Ну, хотя бы поделись со мной славой", - сухо ответил Девин.
"Ни в коем случае. Хочу дразнить тебя этим, многие годы спустя".
Манус уже задыхался, и люди стали это замечать. Двое вампиров даже подошли к трону.
– Мой король?
– спросил один из них.
"Что именно ты планируешь сделать?" - спросил Девин.
"Увидишь".
"...заставь ее прекратить.
– Мысли короля ворвались в ее разум. Чем ближе он к смерти, тем громче думает.
– Слишком важно. Не могу умереть. Не могу подвести Террека".
Он любил своего брата. Любил больше собственной жизни, и когда его забрали, хотел сам умереть. Затем Фиона пришла за Манусом и начала пытать. Он хотел ее голову. Все еще хотел, и сделает все для этого. Даже солжет. Король не хотел убивать МакКилла и Девина и не собирался. Но держал бы их здесь, использовал, чтобы получить желаемое. Поняв это, Брайд перестала сжимать его сердце.
Он задыхался и потел. Как и она. Решив, наконец, покончить с этим, уйти и вернуться на поверхность с Девином, Брайд встала.
– Вставай, - приказала она Манусу.
Это была команда, которую он не мог игнорировать. Как и раньше, в ее голосе заключена сила. Заставляю полностью подчиниться. От этого нельзя выработать неуязвимость позже. Нет, этот голос продолжит управлять всеми, кто его слышал, неважно, сколько раз они его слышали.
Король встал. В его глазах плескалась ненависть.