Содержанка. Книга 2
Шрифт:
Потом, чуть позже, я читала его когнитивный дневник. Алекс писал, что, увидев цветы от другого, почувствовал боль и страх, будто теряет меня. Но взял себя в руки. А когда увидел мои напуганные глаза, убедился, что я все еще с ним. И ощутил приток счастья.
***
— О чем ты хотел поговорить?
Мой голос звучит не так, как обычно, чуть выше будто бы. Наверное, это от нервов. Мы с Алексом идем по темной аллее по направлению к нужному дому. Веселье в самом разгаре, до нас доносятся хиты модного диджея, которые с каждым шагом становятся
От Равского веет не то чтобы враждебностью. В воздухе неподвижно зависла непредсказуемость. Густая такая — двигаться сложно. Я все еще не представляю, чего от него ожидать.
— Отец хочет вернуться в страну. Причин несколько: маму навестить, поприсутствовать на приемке прототипа. И самое главное, познакомиться с Демьяном.
— Я поняла. Хорошо, без проблем. Ты из-за этого следил за нами с Русланом? — добавляю невинным голосом.
Уголки его губ слегка приподнимаются.
— В общем-то, да. Я решил, что он повел тебя в номер, хотел догнать и обсудить. Я уже уезжаю в город. В четыре утра самолет. Завтра и послезавтра меня не будет, можешь выдохнуть.
— Руслан хороший человек, тебе не стоит бояться, что он меня обидит. — Слежу за реакцией.
Алекс пожимает плечами.
— Да, мы уже познакомились на днях. Он общается с моим сыном больше, чем я, это было важно.
— О. Даже так.
— Речь сейчас не об этом. Я прекрасно осведомлен, Ива, что у тебя устоявшаяся жизнь и всё в ней хорошо. Так вышло, что в твоей счастливой истории я — агрессор и нарушитель порядка, но меня это волнует мало. Я все-таки хочу закончить начатую тему: мой отец — это не я, и даже не парни. У него отменное здоровье, но ему за семьдесят.
— Алекс, я не против, чтобы у Демьяна появился еще один дедушка. Дмитрия Андреевича я обожаю.
Он стреляет в меня глазами. Не верит. Сомневается, взвешивает.
— Ива, я просил отца повременить. Но он рвется. Поэтому я прошу теперь тебя, по-человечески, никаких больше подстав и козней. По крайней мере, в его сторону.
— Алекс...
— Абсолютно всё продумать нельзя, как бы я ни старался. Поэтому я прошу тебя как мать моего сына: если вы что-то мутите против «Солар», предупреди, я сдам его билет. Я не допущу, чтобы отец сел.
Поджимаю губы и нервно вздыхаю.
— Алла Теодоровна говорила, что с тобой будут дружить. Это правда. И Алекс... я никогда не просила устраивать на вас гонения. Я не знала. Думала, после развода ты просто перевез все производство в Сидней. Это было логично, потому что... Не знаю, мне в то время казалось логичным. Я вижу, ты мне не веришь, но я могу хоть тысячу раз повторить эти слова. Я знала, что ребенок тебе не нужен, но в глубине души ждала, что ты приедешь к сыну.
Не спорит. Молчит некоторое время. Потом произносит:
— Они знали о наработках моего отца. О наших проблемах с налогами и документацией. Забрали завод, лабораторию, код, который был. Наши уносили ноги.
— Я уже поняла, что виновата. Показала, где искать.
—
Приходится сделать усилие, чтобы вести себя спокойно.
— Ты его вернешь?
— Да. — Потом он усмехается и добавляет: — Попытаюсь. Все непросто.
— Когда прилетает твой отец?
Телефон вибрирует, я бросаю беглый взгляд на дисплей — Руслан. Наверное, освободился и ищет меня.
— Во вторник. На неделе мы устроим небольшой праздник в загородном доме семьи, я бы хотел, чтобы ты привезла Демьяна.
— Алекс, себя я тоже привезу.
— Мальчик пока не может без матери. Поэтому очевидно, что привезешь.
Посмеиваюсь.
— Боюсь, в этом случае мне не помешает охрана. Мало ли кто захочет меня там... ну не знаю... например, сжечь.
Мы подходим к дому. Алекс мрачно хмыкает:
— С чего ты решила, что у тебя ее нет?
— Где? — Оглядываюсь.
Алекс округляет глаза и демонстративно пожимает плечами. Потом, словно взяв себя в руки, гасит мимику.
— Ты на таблетках? — спрашиваю я.
Все равно он слишком спокоен. Непривычно. Темы мы обсуждаем важные, его лицо непроницаемое. Он просто... не такой, когда дело касается личного.
— Тебе опять звонят, — кивает Алекс на телефон.
Экран и правда зажегся.
— Руслан беспокоится? Можешь не говорить обо мне.
— Нет, всё в порядке. Он понимает, что бывшие — это бывшие.
— Тем лучше. Я дам знать, когда вернусь. И пожалуйста, без глупостей, тебе от меня не убежать.
— Я уже поняла. Хорошего перелета.
Пока иду к двери, внутри от нахлынувших воспоминаний растет дурацкое желание позвать Равского подняться на минуту — посмотреть на спящего сына. Там мама, поэтому я не опасаюсь, что он надолго задержится. Просто... это ведь наш ребенок. Обрываю себя! Я, как дурочка, концентрируюсь на хорошем, хотя надо не забывать, что этот мужчина мне чужой человек. Действительно — агрессор.
— Я поднимусь увидеть сына? — врезаются в спину слова.
Вздрагиваю. Вот правда, стоит бояться желаний.
— Он уже спит.
— Я на минуту.
— Хорошо, на минуту.
Мы заходим в подъезд. Сквозь толстую квартирную дверь слышится плач.
— О господи, это Дем! — восклицаю я и быстро открываю замок.
Глава 20
— Ты будешь один или с Джеммой? — говорю по громкой связи весело. — Я к чему спрашиваю. Можно будет пообедать в парке, я знаю отличный ларек, где делают изумительную шаурму и варят вкусный кофе. Только вот не уверена, что Джемма будет такое есть.