Солнце Солнц

Шредер Карл

Он выскользнул за дверь, закрыл ее за собой и почти сразу же наткнулся на Мартора.

— Пойдем! — крикнул юнга. — Принимаем на борт пассажиров. — Он поспешил к ангару.

«Ладья» и «Невидимая Рука» шли вместе, связанные канатами. Суда вздрагивали и натягивали веревки, и в зазоре между ними завывал ветер. Люди прыгали с корабля на корабль, перенося какие-то ящики и ракеты. Новый боцман «Ладьи», раскрасневшийся, с потным лицом, едва успевал отворачиваться от кувыркающихся в воздухе коробок и скаток.

— Что происходит? — спросил Хайден парня из экипажа «Невидимой Руки». Тот скорчил гримасу и махнул

в сторону своего судна.

— Кислородная система накрылась. Мы задохнемся, если войдем в саргассы. Адмирал приказал экипажу перейти на «Ладью», оставив на борту только вахтенную бригаду. Может, у них еще есть шанс. — Он огляделся. — Где я могу пристегнуться?

— Мартор, позаботься о нем, — сказал Хайден и повернул к ангару, собираясь помочь с пересадкой. Глянув вперед, он с изумлением увидел перед собой беспросветную черноту. — Где мы?

— Трудно сказать, — пожал плечами парень из грузовой команды. — Ориентироваться в такой тьме невозможно, а местных навигационных маяков мы не знаем. Саргассы могут быть где угодно. Может, до них десять миль, а может, мы вот-вот налетим на них на полной скорости.

Хайден поработал несколько минут, прыгая с корабля на корабль, перенося ящики с продуктами, катушки с веревками и рулоны холста для починки порванных парусов. Он возился возле бочки с перекисью водорода на корме «Невидимой Руки», когда из трюма донесся истеричный крик.

— Режь! Режь! — Хайден оставил бочку и бросился к ангару. Несколько человек отчаянно пытались перерезать канаты, связывавшие два судна. Он открыл рот, собираясь спросить, чем им помочь, но его опередили сигнал аварийной тревоги. — Приготовиться к столкновению!

Что-то похожее на гигантскую черную лапу пронеслось через узкое пространство между судами. Матрос, прыгнувший на «Ладью» с коробкой в руках, внезапно исчез. В то же самое время оба судна дернулись, а «Рука» содрогнулась от серии быстрых ударов.

— Мы в лесу! — Лист Хора! Штурманы, очевидно, ошиблись в расчетах. Новые удары, треск, скрип и шорох свидетельствовали о столкновениях с обугленными остатками бывшего леса. «Невидимая Рука» задрожала и начала замедлять ход.

Промежуток между судами внезапно расширился. Хайден с опозданием осознал, что может остаться на борту корабля без запасов кислорода. Все, кого он знал, включая Обри, находились на «Ладье». Сейчас корабли расстыкуются, и он, может быть, никогда не увидит ее снова.

Он повернулся и уперся ногами в перекладину. Посмотрев вверх, увидел квадрат света — открытую дверь ангара «Ладьи» — и столпившихся там моряков. Но только один из них смотрел в его сторону.

На мгновение их взгляды пересеклись. Не сразу, после секундного колебания, но Карриер все же протянул руку.

Хайден прыгнул. И попал в турбулентный поток. Секунда полета показалась вечностью, проведенной среди хлещущих черных веток и запаха древесного угля. Потом Карриер схватил его за запястье и потянул к ангару.

Его встретили аплодисментами. Карриер отвернулся. Боцман похлопал Гриффина по спине и толкнул к внутренней двери.

— Задраить люк! Залить смолу! Приготовиться к переходу через саргассы!

Хайден оглянулся на закрывающийся люк. Карриер исчез. «Невидимая Рука» уходила все дальше в сторону, ее огни мелькали сквозь хаос сучьев. Потом огни пропали,

люк захлопнулся, и бригада взялась за дело.

Они достигли пункта назначения.

Вошли в Лист Хора.

Большинство кораблей Гехеллена остановилось перед черным лесом, довольствуясь патрулированием по периметру, но несколько, оборудованных для навигации в условиях саргассов, продолжили погоню. Сбрасывать ход было опасно — как и следовать на прежней скорости. Внешние слои Листа Хора в течение многих столетий выбирались охотниками за древесным углем, и теперь он состоял главным образом из длинных, без ветвей, стволов, которые переплетались и растягивались на сотни футов. Эти «копья» могли пронзить корпус даже бронированного военного корабля, если бы он наткнулся на них на высокой скорости.

Каждое дерево первоначально крепилось корнями к комку астероидной грязи. Вырастая, они переплетались ветвями и, не разбирая верха и низа, использовали Кандес и местные солнца в качестве цели, вытягивая к ним нитевидные стебли и ветви, раскидывая сети крон, чтобы ловить свет и влагу. Постепенно они сформировали субстанцию, которая создавала собственную погоду, ловила и ассимилировала дрейфующую пыль и камни и жадно всасывала углекислый газ и дым процветающей промышленности. Люди сплели гибкие ветви в сложные структуры; целые города живой зелени тянулись на многие мили — прекрасные дышащие палаты. Поколения садовников выращивали домашние деревья, добавляя к ним цветы и лианы. В гигантских водяных сферах, чашевидную форму которым придавали тысячи тонких ветвей, плавали рыбы и люди. Обитатели Хора научились делать из воды гигантские зеркала и использовали их для отражения света Кандеса и их собственных двух солнц на много миль вглубь леса.

Все это сгорело. Живую зелень сменила чернота, солнечные лучи сюда не проникали, вытеснивший воздух дым не оседал, но пребывал в постоянном движении, закручиваясь в спирали, кружась в вечном траурном танце.

Проложить путь через эту гигантскую, подобную лабиринту могилу представлялось невозможным, и штурманы не выдерживали напряжения. Долгими часами вглядывались они в темноту, рассекаемую только узкими лучами фар. Странные объекты появлялись и исчезали, как галлюцинации: оконные рамы, почерневшие ботинки, ложки, кроватные ножки. Люди уверяли, что видели загадочные фигуры, манившие их к себе из-за ветвей.

А между тем где-то в темноте за ними следовали гехелленцы.

Чейсон Фаннинг заперся в каюте с Гриддом и Обри Махаллан. Они сравнивали имеющиеся фотографии неопознанных месте объектами на картах, которые Обри нашла в библиотеке. А самая драгоценная карта — карта с указанием пиратского клада — лежала в стеклянном футляре под столом.

— Все зависит от того, найдем ли мы город Карлинт, — снова и снова повторял Гридд. — Найдем город, найдем и все остальное. А если не найдем…

Адмиралу докладывали об участившихся случаях, когда люди ни с того, ни с сего теряют сознание. Если воздух не движется, углекислый и угарный газ просачиваются внутрь и застаиваются. Человек может сунуть голову в невидимое облако смерти и упасть в обморок. По кораблю как будто бродил невидимый монстр. Все присматривали друг за другом, и никто не спал, если только рядом не было вентилятора.