Солнечные

Назари МеРи

Они забыли, по крайней мере, о двух свидетелях своей встречи. Один из них, полуголый, стоял у окна с опущенными руками, так как «овцы» неожиданно закончились…

– Уважаемый, не будете ли вы добры сообщить мне, кто вы и как сюда попали? – величественно спросил Его Высочество Принц у незнакомца.

Кремень низко поклонился и представился учителем принцессы по ножевому поединку.

– Позвольте представить вам четвертого, – добавил он. – Он простер руку в затемненный угол опочивальни, где стены уже вросли в неотесанные камни со свисающими

вниз сталактитами. – Это мой предок – дорогой Керим, стоящий в основе моей родовой династии. Знакомьтесь.

– Я-то думала, что это нам к свадьбе подарили откопанную в заказниках статую Рериха! – пошутила Принцесса. – Ею оказался нулевой Кремень!

– А я давно раскусил чужака, – похвастался Принц проницательностью. – только был слишком занят, чтобы прореагировать должным образом. – Но почему вы оказались здесь в неурочное время? – Похоже, его не волновало ничто, кроме покушения на границы своего влияния. – Без доклада и столь странным образом? Я категорически против фигуры, взирающей на нас из обрушенного угла. Это ущемляет мои свободы.

Кремень рассмеялся, но Мария приложила пальчик к его губам.

– Это я вызвала Предка рода Кременей, – сделала она признание. – Я экспериментировала с марганцем и железом, пытаясь найти проход в другие измерения. Вероятно, и таракан на моём счету…

Всеобщее внимание ничуть не поколебало положение Керима в пространстве. Как и до сих пор, он остался недвижимым и безучастным, в сидячем положении со скрещенными по-восточному ногами. Его бесстрастное лицо не выражало эмоций.

Мария в растерянности пожала плечами.

– И все же я не понимаю…как это возможно?

– Не тебе спрашивать, дорогая моя! – сказал Кремень. – Ты, как никто из присутствующих, знаешь, как это делается. Ты только что нам открыла свой лайф-хак.

– Но…

– Никаких «но». Боюсь, что твоими усилиями мы вмурованы в темпоральный кристалл, из которого неизвестно, как выбраться.

– Кристалл?.. Час от часу…

– Да, нам будет нелегко. Пузыри, стягиваясь друг с другом, уплотняются, их физика меняется. Электроны заменяются колеблющимися фотонами. Вибрирующим образованием все трудней управлять и дальнейшее развитие событий предсказать невозможно. Подобно вирусной пандемии начала века, оно может захватить весь мир.

Принц продолжал возмущаться и всё о своём.

– Я бы мог более решительно востребовать от вас, соблюдения вами этикета и приказал бы покинуть нас с моей женой незамедлительно, когда б не чувство, что здесь в события ввязались некие силы…

– Вы уж муж и жена? – перебил тираду Кремень.

– Мы муж и жена – перед Богом!

– Но разве отпала необходимость в той самой предварительной расписке, на которой ты настаивал полчаса назад? – с сарказмом спросила Принцесса.

– То – в Европе, – нашёлся Принц.– Но на территории другого государства я вынужден подчиняться другим

законам.

– Как мило!

Кремень слушал перепалку с видом, будто отведывал прокисшего пуншу, но правила этикета не позволяли плеваться.

– Одним словом, слухи о вашей смерти оказались преувеличены, – объявил он. – Вы категорически не похожи на мертвецов. А я был в шоке, когда мне сообщили, что царские молодожены найдены бездыханными! Правильно, что я не поверил ни на одну секунду в вашу кончину.

– Кончину?! Бездыханными?..

Молодожены застыли от изумления.

– Вот что передают по Столичному Серпантину.

Кремень, развернув фемтон в экран, повесил его на крюк, и на стене ожила сцена высочайших похорон.

– Этот ролик мне только что переслал сын кремлевского садовника. Подписал его так: «Меня одно утешает – доказанные недавно квантовое и цифровое бессмертие». Окей. Присядьте, пожалуйста.

При первых же кадрах Принц послушно осел на ложе.

– Боже! – воскликнула Мария под впечатлением зрелища собственных похорон. – Бедная мама. Понимаю теперь. Таракан явился не просто так. Но я не хотела никому дурного. Я хотела лишь выяснить обстоятельства гибели подруги. Кто знал, что будут втянуты другие лица, любимые и уважаемые…

Но тут раздался голос отвергнутой Беатрис:

– «Никогда не оправдывайся, ради бога, никогда не оправдывайся».

Кремень подошел к портьере в отдалении и распахнул ее.

Там стояла Беатрис.

– Так это в-вы дружка? – заикаясь, спросила Мария и покраснела. – В-вам п-поручили подглядывать за нами? Вам стало обидно, что я выросла из вашего попечения, как вырастают из детских штанишек?

– Я не могу просто так расстаться с вами, – сказала Беатрис.

Ученица закрыла лицо руками, и отошла к окну, но то, что она увидела, заставило ее забыть про учительницу этики и поведения.

Внизу расстилалась снежная поверхность озера, которая таяла на глазах, проявляя маленький островок, по которому узнался Иссык-Куль.

Это доказывало существование темпорального пузыря. С ним все ясно. Его привез с собой предок Кременей. Но там, за тающим озером в глубине сиял огнями западноевропейский город, в котором угадывался Брандвааль – новомодное гнездо Романовых. По навесному мосту Центральный транспортер гнал поток мобилей, от которых не смогла отказаться ортодоксальная Европа.

– Кино и только! – воскликнул Георг, подошедший сзади.

«Ах, вот в чем дело: своими воспоминаниями Георг создает за окном свой мир.

Сбоку наплывал другой пейзаж – морской вид с пляжем и лазурными волнами.

«Это мой мир».

В промежутке между кадрами прошла рябь – конница с саблями наголо промчалась к маячащим вдали барханам.

«Возможно, это мир Кременя. Или его предка».

«Это все наши мысли и чаяния. Вот что такое темпоральный пузырь. Он реализация нас в его мире».