Солнечный рисунок
Шрифт:
— Зачем гуронам убивать начальника Скотланд-Ярда?
— Мне уже довелось слышать, что им это невыгодно, но я должен проверить все версии. Это мой долг…
— А я-то вам зачем? Вы — полицейский, наделённый властью…
— Обстоятельства повернулись таким образом, что я вынужден заниматься этой версией приватно… Как частное лицо…
— Хорошо. Буду рад вам как-то помочь…
— Спасибо, Сэм! Мне действительно нужна твоя помощь. Расскажи, кто стоит во главе клуба и где находится их штаб-квартира…
Юноша замялся.
—
— Мне нужна любая информация.
— Её не так уж и много. Председателю должно быть слегка за пятьдесят, он носит косматые бакенбарды, волосы с проседью, а на макушке небольшая тонзура. Глаза серые… Рост… Рост средний. У него широкая, слегка размашистая походка. Пожалуй, это всё, что мне о нём известно.
— А где их логово? — продолжил выпытывать я.
— Тут вам повезло. Я знаю точный адрес клуба. Во всяком случае, свои сборища гуроны обычно проводят именно там. Это малоприметный особняк на Вигмор-стрит. Дом номер шестнадцать. Я бы с удовольствием лично проводил вас туда и показал на месте, но, боюсь, вынужден откланяться. Мой рабочий день ещё не закончился, а начальство вряд ли отпустит меня пораньше…
— Ты мне очень помог, Сэмуэль, — честно признался я.
— Буду рад, если это действительно поможет вашим поискам, — сказал юноша.
Мы пожали друг другу руки, и он ушёл.
А я, допив ставший уже холодным кофе, вышел на улицу, узнавать, как добраться до Вигмор-стрит. Финансы не позволяли мне мотаться из края в край Лондона на извозчике, к тому же я пока слабо представлял, где и как закончится эта ночь.
В итоге пришлось топать на своих двоих. И мне очень повезло, что для разнообразия во время моей пешей прогулки с небес на лондонские улицы перестал лить дождь.
Всю дорогу меня одолевало неприятное чувство, я спиной ощущал направленный на меня взгляд, но несколько попыток провериться, не принесли результата. Если за мной и приставили «ноги», вели они себя довольно профессионально. И будь на моём месте кто-то другой, не обладающий оперской чуйкой, вряд ли бы догадался, что за ним следят.
Так и не вычислив топтуна или топтунов (их могли зарядить сразу несколько), я всё же рискнул и, очутившись на Вигмор-стрит, принялся прогуливаться, стараясь не выдать предмет моего интереса.
Дом под номером шестнадцать и впрямь ничем не отличался от прочих своих собратьев. Двухэтажный, серый, неказистый…
Если бы не шевеление задрапированных штор в одной из комнат на втором этаже, я бы вообще решил, что он нежилой.
За всё то время, что я дефилировал по улице, в дом ни разу никто не вошёл, во всяком случае, через парадный вход. Очевидно, сегодня у гуронов был «выходной».
Чтобы не мозолить глаза обитателям особняка, через полчаса
Ещё один крюк, и я опять вырулил к Вигмор-стрит. Уже стало темнеть. Ещё немного и загорятся фонари, а я так и не придумал план дальнейших действий. Вернее, я знал, что именно собираюсь сделать, но пока не решил — как.
Пока я совершал очередной подход к особняку, на улице появилось новое действующее лицо — согнутый в три погибели пожилой мужчина, который еле-еле переставлял ноги. Должно быть при каждом шаге из него высыпалась целая куча песка…
Я почти поравнялся с ним, когда старик внезапно пошатнулся, схватился за сердце и стал медленно заваливаться.
Сердечный приступ… Сам не раз прошёл через него, врагу не пожелаешь.
Я подхватил мужчину, не дав ему упасть.
— Мистер, вам плохо? Давайте я поищу врача…
Ответом мне стал знакомый, слегка каркающий голос.
— Вы очень любезны, мистер Лестрейд… Но, думаю, на сегодня мне вполне хватило одного доктора Ватсона.
— Холмс… — замер я. — Но как?
— Говорите тише, — попросил он. — И давайте пройдём вниз по улице. Продолжайте поддерживать меня, чтобы я не упал…
— Хорошо… И всё-таки, как вы нашли меня? Следили? — продолжил допытываться я.
Он усмехнулся.
— Я неплохо разбираюсь в людях, и не очень поверил вашей готовности подчиняться приказам моего брата. Вы слишком легко согласились выйти из игры… Значит, что-то задумали. Да, за вами следили. Не я лично, а моя армия.
— Армия? Какая армия? — удивился я.
— Самая незаметная армия, которую только можно себе представить. Летучий отряд Уиггинса…
— Простите, кого?
Холмс сделал знак рукой, и из ближайшей подворотни высунулся до боли знакомый нос пацанёнка, которому я посоветовал меньше считать ворон на улице.
— Знакомьтесь, мистер Лестрейд. Это мистер Уиггинс — король всех малолетних попрошаек на Бейкер-стрит, где я снимаю скромное жильё. Парни вроде славного Уиггинса смышлёны и развиты не по годам, их никто не замечает, а они шмыгают везде, всё слышат и всё знают. Они шли за вами с самого момента, как вы оставили нас с Майкрофтом.
Пацан кивнул нам и снова спрятался.
— Хорошо, — кивнул я. — Но я почему-то надеялся, что сейчас вы занимаетесь поисками того, кто нанял ганфайтера, а не слежкой за мной…
— Не волнуйтесь, Лестрейд. Большинство подчинённых мистера Уиггинса сейчас рыщут по Лондону и будьте покойны: они найдут мелочную лавку, в которой продали тот самый конверт. И сто процентов разыщут того человека, который его купил.
— Допустим. Но я-то вам понадобился зачем?
Глаза Холмса заблестели.