Солтинера. Часть вторая
Шрифт:
Боковым зрением Роза увидела, как Леон закрыл лицо в руках, и словно со стороны услышала голос мадам Ришар:
– Со смертью Анны Плутон стал бы полноправным хозяином ее способностей, покончив тем самым и с одной из самых сильных из когда-либо существовавших Солтинера, и с ее правнучкой - а с ней и с Леоном, как со вторым сильнейшим. Он стал бы по-настоящему неуязвим.
Болезненно поморщившись, Анна села попрямее на своих подушках.
– И что же теперь?
– спросила она тихо.
– Если я спаслась, моя девочка София прожила замечательную жизнь,
Мадам Ришар улыбнулась.
– В каждом потомке Солтинера способности просыпаются, когда он встречается с кем-то из своего народа и влюбляется. Если бы не Плутон, Роза стала бы "богатырем", встретившись с Леоном.
– Но ведь Плутону мои силы так и не достались, - возразила Анна.
– Пусть он и довел меня до обморока, но я ведь выжила, и теперь восстанавливаюсь.
– Да, но проснутся они в тебе только когда ты... влюбишься, - мадам Ришар смущенно развела руками.
– Вслед за тобой и Роза станет настоящей Солтинера, и тогда с Плутоном будет покончено навсегда.
Глава 13
Несмотря на опасения окружавших ее друзей, Анна быстро пошла на поправку. Сыграла ли свою решающую роль непроходящая солнечная погода, или же шокирующие разговоры про родство с семейством Филлипс положительно повлияли на ее самочувствие, но здоровой она себя почувствовала уже на третий день пребывания в М-центре.
За эти три дня она узнала почти столько же, сколько ее новоиспеченная правнучка Роза за недели пребывания в Сулпуре, и узнала благодаря ей. Появляясь в дверях ее палаты с утра, и уходя вечером, Роза рассказывала ей обо всем: начиная с самых важных зданий города, и кончая характерами братьев. Леон же, всегда ее сопровождающий, чаще всего просто молчал, и лишь изредка вставлял в рассказы Розы отдельные фразы. Первое время Анна только слушала их, поглощая с наибольшим интересом подробности из жизни семейства Филлипс, но вскоре стала и спрашивать. Роза поддержала ее в этом с пылом, понять который Анна смогла отнюдь не сразу, и помог ей в этом Леон.
– Не волнуйся ты так, - сказал он как-то, после того, как Роза в красках описала прабабушке характер своей матери.
– Просто ей нужно время, чтобы успокоиться.
Леон расположился на стуле у окна, и видеть его лицо Роза не могла, так как сидела на краю кровати Анны к нему спиной. Она виновато поморщилась, а ее родственница непонимающе улыбнулась.
– Вынуждена признать, что я потеряла нить разговора, - сказала она, поправляя под спиной подушки.
–
Прежде чем та успела ответить, вновь послышался спокойный голос Леона. Отведя взгляд от окна, он смотрел на Розу - точнее, на ее спину и струящиеся по ней рыжие волны.
– Расскажи, - предложил он.
– Тебе сразу станет легче.
Анна только располагающе улыбнулась, чувствуя себя при этом, впрочем, донельзя растерянной. Несмотря на обилие полезной и интересной информации, полученной ею за эти три дня пребывания в М-центре, она все еще была вынуждена только притворяться всезнающей.
Роза опустила глаза на вьющийся локон, упавший ей на лицо, и гневно схватила его пальцами. Леон с тревогой наблюдал за ней.
– Все хорошо, - наконец сообщила Роза.
– Просто возникли некоторые непредвиденные осложнения.
– Мы вчера разговаривали с твоими внуками, - пояснил Леон, перехватив недоуменный взгляд Анны. Та моргнула и слабо улыбнулась.
– Во-первых, мы рассказали им, как хорошо провели эти три месяца в России - мама с папой нам в этом здорово помогли, - а потом добавили, что жили все это время в доме твоей мамы. В одной комнате.
Анна медленно кивнула.
– И им это не понравилось, - продолжил Леон, задумчиво проведя рукой по нагретым на солнце волосам.
– Это было не слишком хорошо для нас с Розой, потому что мы тогда собирались использовать эту деталь с комнатой в качестве вступления... Мы думали перейти после этого к разговору о нас.
– И не смогли, - Анна запоздало кивнула.
– Я понимаю.
– Нет, мы смогли, - возразила Роза.
– Но ничем хорошим это не закончилось. Родители Леона повели себя с самой лучшей стороны - мне даже стыдно, что я так полагалась на них, - но добиться понимания от мамы с папой нам не удалось. Даже совместными усилиями.
Какое-то время Анна переваривала эту информацию, а потом осторожно сказала:
– До этого, я так понимаю, они ни о чем не догадывались? Я имею в виду твоих, Роза, родителей.
– Что ты, нет! Да я боюсь представить... Хотя сейчас это уже неважно, - Роза уныло пожала плечами.
– Они повели себя ровно так, как я того и ожидала. То есть плохо.
– И ты ждешь от меня совета?
– полюбопытствовала Анна, чувствуя, как вызванное этими словами тепло растекается по ее телу.
– Я могу помочь. Только... Конечно, если бы я лучше знала твоих родителей, мне было бы легче понять их... Полагаю, такая реакция не объясняется их негативным отношением к Леону?
– Нет, - Роза качнула головой.
– Это было бы нелепо, все-таки они знают, сколько раз он меня спасал.
Анна вздрогнула и Роза поспешно прибавила:
– К нему они наверняка относятся хорошо. Скорее всего, они бы повели себя точно так же, будь на месте Леона кто другой. Но наверняка я знать тоже не могу, - она бросила на вскинувшего брови Леона многозначительный взгляд.
– А потому и не утверждаю.
Довольно долгое время Анна молчала, с интересом разглядывая своих гостей и улыбаясь про себя. Наконец она сказала: