Сон и явь. Перепутье

Лин Брук

— Ты слишком остро воспринимаешь мои просьбы. Я лишь сказала, что хочу новых красок с тобой. После аварии всё стало тусклым.

— Мой день скрашивается твоим присутствием. И неважно, где мы находимся. Даже сейчас мне намного лучше, чем за весь этот месяц.

Не дав мне ответить, он выходит из дома. Я следую за ним, вижу, как он закуривает сигарету и мне становится не по себе. Кажется, впервые он курит из-за меня. Ведь обычно он это делает, когда злится. И от этого мне не по себе.

— Почему ты ушёл, не дав мне объясниться?

— Потому что

не хочу ссориться. Давай закроем разговор.

— Да что с тобой такое? — я психую и встаю перед ним. — Почему ты так реагируешь на всё, о чём я тебя прошу? Разве многого я хочу?

— Потому что эти желания означают твоё недовольство мной и нашими отношениями.

— Какая глупость. Я прошу о мелочах, и они уж точно не могут так радикально влиять на моё отношение к тебе!

— Я не привык к этому, Марианна. Ты всегда и всем была довольна, тебя устраивали наши выходные и раз ты постоянно отказывалась от совместного проживания, очевидно, устраивало и то, что мы редко видимся. Что сейчас изменилось?

— Может я просто переосмыслила какие-то вещи? Наша жизнь может оборваться в любую секунду, поэтому я хочу чаще видеть тебя и гулять где-то, чтобы в будущем мне было о чём вспомнить. Разве это говорит о моём недовольстве тобой?

Что я делаю? Зачем вообще завожу один за другим разговоры о своих желаниях, не давая человеку продохнуть? Разве стоят прогулки и встречи на пятнадцать минут того, чтобы сейчас расстраивать любимого человека? У нас ведь и без этого всего были замечательные отношения.

Он тушит сигарету и бросает в урну, берёт меня за руку, притягивает к себе и заключает в свои объятия.

— Если ты не хочешь гулять и видеться со мной чаще, просто скажи об этом, и мы закроем эту тему. Я не хочу с тобой ругаться из-за этого. Оно того не стоит, — говорю я, решив закрыть неприятный разговор.

— Я хочу видеть тебя каждый день. Поэтому, я ещё раз тебя прошу, давай ты переедешь ко мне.

— Хорошо, дай мне время подумать.

Я не хочу отвечать ему сейчас отрицательно, потому что чувствую, что мой ответ только всё усугубит.

— Реши, в каком парке ты хочешь погулять, и мы поедем завтра, — вдруг неожиданно говорит он.

Я расплываюсь в улыбке и бросаюсь в его объятия. Мне много не надо, достаточно было этих слов, чтобы растаять и всё забыть.

— Спасибо, — целую в щеку. — Спасибо-спасибо-спасибо.

— Скажи, что любишь меня, — его взгляд смягчается, а мышцы расслабляются.

— Очень. Я очень тебя люблю, — обнимаю его крепче.

И ещё несколько раз повторяю слова любви, будто пытаясь убедить саму себя в этом. Ведь я хочу именно этого — любить его, как раньше, не думая ни о чём.

Мы возвращаемся домой. Накрываем журнальный стол и, удобно устроившись на диване в объятиях друг друга, включаем сериал, который смотрели до аварии. Я вспоминаю, как хорошо мне было вот так вот, просто лежа в объятиях любимого и смотря кино. И вроде сейчас тоже хорошо, но будто уже что-то не то. Может, это что-то — я?

Мыслями я постоянно возвращаюсь к словам папы о Диане и схожу

с ума. Меня ломает на части от желания узнать, существует ли Итан Майер. Но, с другой стороны, если существует, готова ли я это знать? Что я буду делать после данной информации? Это ведь лишь усугубит мою жизнь.

— Я люблю тебя, — Лукас целует в шею.

— И я тебя, — вырываю себя из мыслей и стараюсь переключиться на свою реальность.

Его губы скользят вверх и касаются моих губ, руками начинает ласкать тело.

— Мы же смотрим кино, — стараюсь аккуратно оторвать его от себя, но он не реагирует.

— Я так скучал по тебе, — шепчет мне в губы и крепче прижимает к себе.

Он заключает меня в поцелуе, руками изучая каждую линию моего тела. Я расслабляюсь и поддаюсь ему. Мне необходимо стать прежней Марианной, наслаждающейся каждым прикосновением Лукаса. Иначе всё пойдёт кувырком. Я стараюсь сбросить с себя все мысли и страхи и полностью отдаться человеку, которого люблю.

Он отстраняется, встаёт на ноги и протягивает мне свою руку, помогая мне встать вслед за ним. Берёт меня на руки и ведёт в спальню. Он всегда так делает, берёт меня в свои объятия, после кладёт на постель и усыпает моё тело своими горячими поцелуями. Я любила всё это и получала удовольствие, но сейчас чувствую, что делаю всё на автомате: изворачиваюсь, говорю с придыханием и прижимаю его к себе. Боюсь его обидеть и испортить наши выходные.

Он раздевает меня, губами касается груди, и я понимаю, что назад пути уже нет. Отключаю голову и поддаюсь его власти. Вскоре, ему удаётся вытиснить всё лишнее из моей головы, помогает расслабиться и даже насладиться им. Всё кажется таким, как и было прежде, и мне становится так хорошо на душе.

— Как хорошо, что ты рядом, — шепчет Лукас, когда мы обессиленные ложимся рядом друг с другом. — Безумно скучал по тебе.

— Ужасный месяц. Поскорее бы всё прошло и забылось, — прижимаюсь к нему.

— Тебя продолжает что-то беспокоить?

— Меня многое беспокоит теперь. Хочу, как раньше, чтобы не было лишних терзающих мыслей в голове.

— Поделись, — смотрит на меня с вниманием.

— Это ни к чему. Тем более сейчас, когда мы лежим голые в постели, — улыбаюсь и прижимаюсь к нему сильнее, в надежде, что чем ближе я буду с ним, тем дальше будут уходить мысли, что вновь хотят нахлынуть на меня.

— Самое главное — мы рядом.

— Ты прав. Это самое главное.

Он встаёт с постели, подходит к тумбе и достаёт оттуда маленькую коробочку. Ложится обратно и протягивает её мне.

— Что это?

— Открой. Это мой подарок тебе.

Я слушаюсь его, открываю и вижу перед собой нежнейший кулон в виде цветка на цепочке.

— Это очень красиво, — говорю я с восторгом, доставая подарок.

— Помочь примерить?

— Конечно, — киваю ему. — Но не стоит делать таких подарков, — беру его за руку. — Я знаю, что тебе тяжело они даются, и не хочу, чтобы ради них ты работал ночи на пролёт. Мне будет достаточно того, о чём я тебя сегодня просила.