Сороковые... Роковые
Шрифт:
– Извините, извини, Леший, но вот нам неприятно тебя так называть, кличка какая-то, может, человеческое имя скажешь?
Тот помолчал, что-то прикидывая, а потом махнул рукой:
– Да кому вы, пришлые, можете меня заложить, да и нет пока здесь ушлых ГПУ-НКВДешников, не наблюдается... Лавр Ефимович Лаврицкий я.
– Ух ты - круто Лавр Лаврицкий!
– восхитилась Варя.
– У нас в семье испокон веков у мужчин два имени - Лавр и
– Значит так, завтра отметим Победу, - Леший опять истово перекрестился, - а десятого дойду я с мальцами в райцентр и до Березовки, посмотрю, что и как, да словечко нужное кой где оброню.
– Лавр, я вот подумала, у меня с собой прилично таблеток-мазей набрано, кой чего свои лекарства, кой чего купила для родственников - просили. У ребят в машинах есть обязательные медаптечки, лекарства более сильного действия, имей в виду, мало ли чего. А Ване Сереброву антибиотик немного надо попить, чтобы кашель его дикий прошел, ты уж как-то поясни, типа новая разработка медиков, пока засекреченная и только диверсионным отрядам и выдается.
Ох, Ефимыч, врать приходится как сивым меринам, и все пользы для, не запутаться бы, - вздохнул Ищенко.
– Варюш, а мазь у тебя какая-то заживляющая имеется? У Матвеюшки-то рана плохо затягивается, я все примочки делаю из трав, да как-то не очень...
– Да есть!
– Значит, я его в баньку, вчера протопленную отправлю, а потом ты его посмотри, а?
– В баньку мы, наверное, все не против, после вашего болота-то, да и пацанят погреть не мешает.
– Хорошо, малость подтопим.
– Леший! Хорош Варвару охмурять!
– заорал Игорь.
– Ты мне лапти обещал, в ботинках хлюпает!
– Матюш, там в дальнем ларе, достань-ка!
Матюша кивнул и с любопытствующим и сующим во все нос Гринькой мгновенно скрылся из виду, как пропал.
– Э, а где ребятишки?
– Да у меня тут землянок понаделано, чтобы чужой глаз не зацепился.
Ребята вынесли несколько пар настоящих, виденных только в книгах, фильмах и музеях, лаптей.
– Во, разбирайте. Кому какие подойдут, с вашими обувками, да по лесу... за месяц развалятся!
Пока подбирали лапоточки, Николаич вспомнил песню:
– Эх лапти, да лапти,да лапти мои! Лапти лыковые, вы не бойтесь - пляшитё. Тятька новые сплятеть!
Посмеялись, нагрелась банька, по-быстрому помылись, почаевничали.
Варя обработала гноящуюся рану Матвея, привязав ему мазь "Левомеколь", приговаривая при этом:
–
– тот застенчиво улыбался, а у Вари сжималось сердце от его ран и худобы. Сунула Ване Сереброву желтую капсулу, велела проглотить и вскоре все разбрелись по лежанкам-землянкам.
Едва рассвело, Иван, который старший, разбудил Варю, спавшую с детишками:
– Варюш, ты просила разбудить!!
– Да-да, встаю!
Варя вышла на утреннюю зорьку, кругом стояла нереальная тишина, солнышко ещё только просыпалось и нехотя, как-то лениво, начинало подъем. На бледно-голубом небе чуть начинали розоветь темные, ночные облака, и в лесу робко пробовала голос первая пичужка. По траве и низам стволов деревьев стелился туман, все казалось замершим, но воздух был...
– Господи, и сейчас, в это время идет жуткая бойня! Эх, люди-человеки!
– негромко сказала Варя.
– Варь, а сколько, так называемых, конфликтов, было после Великой Отечественной и будет ещё?
– Да уж!
Ваврвара пошла проверить тесто - ещё с вечера Леший показал ей свои запасы, и Варя сильно так удивилась, увидев какой-то глиняный горшок с закваской.
Леший пояснил, что он много лет делает закваску-дрожжи на шишках хмеля, ребятишкам ржаные лепешки выпекает. Варя подивилась, она где-то что-то слышала про хмель, но не думала, что такие дрожжи есть реально.
– Бабы наши в деревнях только ими и пользуются, - прогудел Леший.
И замесила она тесто на пирожки, не сильно-то и надеясь, что получится что-то путное, завернула квашню в какие-то тряпицы и оставила в теплой бане, наказав Ивану разбудить её пораньше. А сейчас удивленно смотрела на выпирающее из большого таза, хорошо подошедшее тесто.
– Надо же!!
Все еще сомневаясь, разделала тесто, и когда из небольшой избы, где была русская печка, пополз ароматный дух выпечки, мужики, потягиваясь и щурясь на вставшее уже солнышко, потянулись на запах.
– Умываться, марафетиться и за стол. Гриня, не таскай пирожки, хватит всем. Лавр, твои дрожжи - это что-то, не ожидала!
А я, голубушка-Варварушка, ими ух сколь давно пользуюсь, сначала плохо получались, а потом, живучи в лесу-то, наловчился.
Мужики не заставили себя долго ждать, и вскоре все собрались за столом. Матвей и Ваня удивленно разглядывали богатый для них стол, а мужики из 2013 с грустью думали о том, как сегодня празднует и гуляет Россия.
И было по утру три тоста: ЗА ПОБЕДУ! За РОДИНУ! Третий же - за погибших.
А потом негромко, не сговариваясь, запели. Сначала: "Вставай, страна огромная!", потом "Катюшу", "Три танкиста", "Землянку", "Смуглянку" и под конец не выдержали - спели "День Победы".