Сосед года

Вечер Ляна

— Попроси кого-нибудь из знакомых помочь.

— Рождество, утро. Кого я попрошу?

— Васю, — пожимаю плечами.

— Он вообще не в курсе. Если Вася узнает, где я подрабатываю, он такого напридумывает! Ты же знаешь, он капец ревнивый!

— Блин, Насть, я тебе в сообщении вчера всё подробно объяснила. Сашка в больнице. Мне бы сегодня свои дела разгрести и к нему бежать.

— Вот как ты со мной, да? Я тебе помогла, когда надо было, а ты меня посылаешь?!

— Я не посылаю!

— Тогда поехали

со мной, — хватает меня за руки и заглядывает в глаза. — Никусь, хотя бы до обеда. Мебель поможешь отодвинуть… Пожалуйста.

Не хочется мне в эту квартиру снова ехать. Нехорошая она какая-то. Но Насте фиг откажешь. Прицепилась же.

— В обед я сваливаю. Ясно?

— Спасибо!

Настя за рулём, а я рядом со стаканчиком кофе. Пытаюсь проснуться.

— Кофе у тебя странный, — заглядываю в стакан. — От него ещё больше спать хочется.

— Нормальный, — пожимает плечами. — С утра сварила и в термос налила.

— Не обращай внимания, — вздыхаю. — Я не выспалась вот и ворчу. Мы с Саней полночи переписывались, а потом ещё болтали по телефону.

— О чём можно столько разговаривать? — Настя кривится. — Сотрясение мозга обсуждали?

— Мы развод Санин обсуждали. Отец Таньки палки в колёса вставлял, а теперь не будет. Так что скоро мой Александр станет свободным человеком.

— Мой Александр, — пафосным тоном передразнивает Настя. — Ты смешная, Никусь!

— В смысле?

— Вот когда Александр свидетельство о разводе получит — тогда твоим станет. А пока он женат на Тане.

— Умеешь ты поддержать, — отворачиваюсь и смотрю в окно.

Приезжаем на место, я иду на рецепшен записываться, а Настя у чёрного входа выгружает пылесос, вёдра и сумки.

— Куда ты столько набрала? — подхожу к ней.

— Это ещё мало. Ч-чёрт… — копается в одном из пакетов.

— В чём дело?

— Кажется, я полироль для мебели забыла, — лезет в другую сумку. — Точно забыла, блин!

— Да и фиг с ней. Пойдём уже.

— Нет, не фиг, — Настя мотает головой. — Без неё никак. Так, — стучит пальчиком по скуле, — я за полиролью смотаюсь, а ты бери пакеты и иди. Начинай уборку без меня.

— Насть, ты шутишь? — стою с термосом в обнимку и смотрю на неё большими глазами. — Там один стул стоит дороже, чем твоя машина. А если я что-нибудь испорчу?

— Хорошо, просто посиди кофейку попей. Я быстро.

Она суёт мне связку ключей и выскакивает на улицу.

— Хозяина хоть нет дома?! — открыв дверь, кричу.

— Нет его!

Всё через одно место!

Ругаюсь про себя на себя и ковыляю к лифту. Пакеты, пылесос и ещё термос с кофе… Хотя сейчас он — самое важное. У меня глаза закрываются, надо как-то в себя приходить.

Попав в квартиру, сваливаю груз в прихожей, разуваюсь, снимаю куртку и в обнимку с термосом и сумочкой топаю в гостиную. Камеры

эти… Они везде. Смотрят на меня «зорким глазом», нервируют.

Только устраиваюсь с кофе на диване, в сумочке звонит телефон. Это Саня.

— Привет, — отвечаю, зевая.

— У-у, киса, ты дрыхнешь до сих пор?

— Нет, кофе пью. Настя разбудила с утра пораньше. Пришлось ехать по её делам.

— Ко мне сегодня не собираешься?

— Собираюсь. После обеда только.

— Ты какая-то странная, кис.

Саня выкупает моё отвратительное настроение на раз-два. Странная, да. Потому что на меня прямо сейчас смотрит камера. Дискомфортненько мне.

— Та-а… Приеду — расскажу.

— Ладно, буду ждать. Целую.

— И я тебя, — снова зеваю.

Да что ж такое?! Я сейчас челюсть сверну. Кофе вообще не помогает — от него только хуже. С каждым глотком веки тяжелеют.

Глава 46

— Ника, просыпайся!

Кто-то рьяно меня тормошит, а мне хочется спать и совсем не хочется просыпаться.

— Отстаньте от меня, пожалуйста… — бормочу и переворачиваюсь на другой бок.

— Ника! — орёт на меня Настя.

Приходится открыть глаза… и офигеть. Я в чужой квартире, за окнами темень, а тело и голова болят так, что хочется выть.

— Что случилось? — сажусь на диване и запускаю пальцы в волосы.

— Я вернулась с полиролью — дверь не заперта, а ты тут дрыхнешь. Будила тебя, будила, но ты не просыпалась. Один глаз открыла, послала меня куда подальше и снова спать, — Настя возмущённо размахивает руками. — Пришлось одной тут всё драить.

— Не кричи, пожалуйста, — массирую виски пальцами, — голова раскалывается.

Не знаю, что со мной, но ощущение, что по мне каток проехал. Или меня в узел завязывали… раз сто.

— Пойду вещи соберу, — фыркает Настя. — Помощница, блин.

Она уходит, а я тянусь за телефоном, который валяется на ворсистом ковре. Сколько?! Глазам не верю. На экране моего смартфона «22:51». Жесть! Это получается, я весь день проспала — Насте не помогла и к Сане в больницу не съездила.

Быстрее набираю номер моего Орлика.

— Привет. Ты меня потерял? — спрашиваю взволнованно.

— Нет, — Саня зевает. — Ты спишь, чего тебя терять?

— Откуда ты знаешь, что я спала?

— Я тебе звонил. Мы поговорили минутку и ты сказала, что будешь дальше дрыхнуть.

— Ох… — выдыхаю, — я этого не помню.

— Наверное, не проснулась, когда разговаривали, — Саня улыбается голосом. — Кис, мне тут капельницу для крепкого сна притащили — буду лечиться.

— Угу, ладно. Завтра созвонимся.

Отключаю звонок, кладу телефон на подушку и пробую встать. Голова кружится, будто я выпила чего-то крепкого и много. Что со мной?