Сосед
Шрифт:
– Еще мой папа кореец, – улыбнулась я во все 32.
– Это я уже понял по твоей фамилии, – безмятежно парировал он, – а как зовут папу?
– Джи Мин, – ответила я, внутренне успокоившись.
Тотлебен не волновался, а значит, действительно, все пройдет гладко.
Двери нам открыла моя мама. Не знаю, о чем они вчера успели пообщаться с Александром, но встречала она его как родного.
– Привет, мои дорогие! – сказала мама, по очереди нас обнимая. – Вау, Маеныш, это же наш любимый
– Придется брать удар на себя, – пошутил Саша.
– А папа на кухне? – спросила я, скидывая туфли. – Пойду поздороваюсь.
– Да-да, решил удивить вас своими кулинарными шедеврами, – с улыбкой сказала мама.
Я направилась в сторону кухни, желая как можно скорее увидеться с папой. В нашей семье я – типичная папина дочка. Это вовсе не значит, что у меня плохие отношения с мамой, напротив – мы с ней, как лучшие подружки, секретничали обо всем. Я всегда могла прийти к маме с любой своей болью и знать, что меня услышат и помогут. Ну а для папы я просто принцесса – любимая дочка, которую он всегда баловал.
Когда ты оказываешься рядом с родителями, неважно, сколько тебе сейчас лет. Ты снова хотя бы на минуточку возвращаешься в детство, в то состояние легкой радости, словно тебя опять кружат на руках как невесомый самолетик.
– А чем это так вкусно пахнет? – игриво спросила я, на цыпочках подкрадываясь сзади.
– Дочка! – радостно воскликнул папа и кинулся меня обнимать прямо в фартуке и с лопаткой в руках.
– Как я соскучилась! – в сердцах сказала я.
– И я по тебе скучал, моя принцесса! – ласково сказал мой отец.
Тут в кухню вошел Тотлебен, привлекая к себе внимание.
– Папа, знакомься, – представила я двух важных для меня мужчин, – Александр! А это мой папа – Джи Мин.
– Рад знакомству! – сказал Саша и они обменялись крепким рукопожатием. – У вас прекрасная дочь!
Я мигом покраснела – не ожидала, что их знакомство начнется с отвешивания комплиментов в мою сторону. Хотя только ли в мою? Хочешь сделать приятно родителю – похвали его ребенка, и он будет гордиться тем, что не зря вкладывал столько сил в свое чадо.
– Надеюсь, ты не обидишь мою девочку, – сурово сказал папа, нахмурив черные брови, а потом добавил чуть смягчившись, – ее можно только любить, беречь и никому не отдавать.
– Обещаю, с этим я справлюсь, – заверил его Тотлебен.
Мы помогли родителям накрыть на стол и принялись за обед. Всем не терпелось попробовать новое папино блюдо, которое он почерпнул где-то на просторах интернета. Как всегда, получилось слишком вкусно, чтобы ограничиться лишь одной порцией. На аппетитные запахи прибежала Шейла, и начала мяукать и крутиться под ногами, выпрашивая кусочек.
Во
Видимо в какой-то момент папа принял Сашу в наш тесный круг, после чего стал шутить, веселиться и даже рассказал нам парочку анекдотов. Дальше в ход пошли семейные легенды – смешные истории со мной в главной роли, а закончилось все угадайте чем…
Конечно же, просмотром детских альбомов. Часть из них лежала в моей комнате, и мы с Александром переместились в обитель моей юности, чтобы отдохнуть от чревоугодия перед следующим заходом на торт.
Тотлебен хохотал и умилялся, глядя на мои детские снимки. Некоторые кадры настолько запали ему в душу, что он попросил разрешения сфотографировать их себе на телефон.
– Душа моя, судя по фото, ты всегда была красоткой. Думаю, даже в песочнице я бы влюбился и играл бы только с тобой.
– Да брось! – отмахнулась я, хоть и слышать это было безумно приятно. – Каков льстец, а? Когда тебе было семь, я еще пешком под стол ходила. Когда ты отмечал свои 18, и наверняка вовсю портил девочек, я училась в шестом классе и вряд ли могла тебя заинтересовать. Так что, если бы кто и влюбился из нас двоих, так это я. Будем считать, всему свое время.
Мы еще посидели с моей семьей за чашкой чая и поеданием вкуснейшего торта с карамелью, орехами и тремя видами шоколада.
Когда пришло время прощаться, папа улыбнулся и сказал:
– Дочка, одобряю твой выбор! Александр, надеюсь, у нас будет еще много поводов для встреч!
– Все в наших руках, – сказал Тотлебен.
Уходить из теплого родительского дома не хотелось, но как бы там ни было, сегодня вечером у нас самолет и мы снова вернемся к суете большого города.
Стоя в дверях, мы с мамой не смогли сдержать слез, поэтому разрывать объятия было вдвойне сложно.
– Ребята, берегите друг друга!
– Будем стараться, – ответил за нас двоих Александр, пожимая руку моему отцу.
Когда мы сели в арендованную машину и поехали в сторону отеля, Тотлебен сказал:
– У тебя замечательные родители!
– Да, они такие, – с удовольствием подтвердила я, растягиваясь в улыбке, – глядя на них я верю в любовь.
– Как они познакомились? – с интересом спросил Александр.
– Папа приехал поступать в медицинский университет, там они и встретились с мамой. Она училась на другом потоке. А дальше классика – влюбились, поженились.
– Мама тоже врач?
– Да, детский педиатр.