SoSущее
Шрифт:
— А республики куда делись? — крикнул кто-то из зала.
— В примере мы рассмотрели парадигму трансмутации. Для нашего постсоветского территориального образования парадигма Родина становится Россией. В случае Уркаины мы имеем конечный тетраграмматон ОООУ, в случае Казакстана — ОООК и так далее. Но, как вы понимаете, именно нашему тетраграмматону передана ответственность за предыдущее образование и придан статус северо-восточного локуса.
Но вернемся к Делу, и даже к Деланию. Кто был посвящен в тайны внутренней алхимии, тот знает, что его последняя, заключительная фаза не ограничивается тремя названными стадиями в одной плоскости метареальности. Последняя фаза заключается в переходе на новый уровень, или, выражаясь в терминах собравшейся аудитории… — Нетуп сделал паузу и еще раз обвел взглядом зал, вроде и подобострастно, но как-то с
Его, как и положено, поддержали — не всякому адельфу доводилось послушать выступление такого двуликого совершенства, как Жорж Соррос Негоген Ата.
Сам же Спонсорос, не обращая никакого внимания на теплую встречу, уже поднимался по лестнице справа, в то время как Нетуп, несколько поспешно взмахнув на прощание рукой, двинулся в левый конец сцены.
— А мы вас не отпускали, товарищ, — громко топая по деревянному настилу, сказал Жорж Негоген Ата, произнося слово камрад на славянский манер с буквой «е» посредине. — Успехи Большого Делания по трансмутации СССР в ООООР не признать нельзя, но это заслуга двух ЕБНов и Ручайса с Чурайсами, а ваша задача, уважаемый Нетуп, не активы переводить на недосягаемый лохосу уровень, а… — и слово but из уст Спонсороса звучало то ли именем забытого египетского бога, то ли вполне осязаемой угрозой.
— А, вы про это? — невозмутимо, но в то же время с почтением обронил Нетуп. — С этим все в порядке.
— С чем все в порядке? — Жрож повысил голос, и в ярком свете ламп было заметно, как на его лице появляется испарина.
— Со всеми аспектами трансмутации, — с невинным видом отвечал Нетуп.
— А с декрементом популяции? — перешел на открытый уровень основатель «Открытого общества».
— Декремент, как и экскремент, оптимизируется за счет балластных слоев населения.
— Но, как доложили наши наблюдатели, динамика становится хуже.
— Это по каким документам? — спросил Нетуп, так и не повернувшись до конца к Спонсоросу.
— По статистическим, — Соррос наклонил голову, чтобы поверх очков разглядеть обнаглевшего северо-восточного локапалу.
— По статистическим у нас и депутаты с министрами побираться должны. — Нетуп сильно, на манер нордических героев, вывернул шею, так что скулы его приобрели угрожающе хищный вид, и, вздернув вверх подбородок, закончил фразу: — А вы, ваше высоство, возле Думы вечерком постойте инкогнито, а потом к «Распутину» наведайтесь [144] … Так и с декрементом. Куда ему деться, декременту, в канализацию его не сольешь, как экскременты какие, а вот статистика, сами знаете, не труба, она все выдержит.
144
Эта точная цитата из источника, известного как «протоколы СОС», не вполне согласуется с временем Больших Овулярий. Все остальные упоминания о Распутине относятся к началу XX в. — №.
— Да-да, ваше милейшество. — Соррос наконец-то улыбнулся, нет, не тому, что услышал от Нетупа, а найденной им русской пословице, которой он и хотел по случаю блеснуть. — Как говорят про наш
Вся русскоязычная публика в зале, а следом за ней и прочие языки, несмотря на высокое положение арканарха в пирамиде начал, буквально захлебнулась от неуставного смеха.
Не поняв его причины, великий Жорж довольно заулыбался и сам.
— Правильно про вас говорят, товарищи, что «медленно запрягаете, зато воруете быстро», — соорудил он очередную химеру из сваленных в кучу пословиц и теперь уже со спокойной совестью, что бы ни понималось под этим рудиментом в его конкретном случае, разрешительно махнул Нетупу рукой, отпуская докладчика с помоста.
Тот уже успел сделать три решительных шага и красиво развернуться к лестнице, как его настиг еще один вопрос «отца негоций»:
— Подождите, — Соррос вновь вернул себе повелительный тон. — Мы не услышали от вас главного, товарищ, что происходит с нефтью на вверенных вам территориях?
— Она течет, — полуобернувшись к арканарху, сказал Нетуп и решительно сбежал по лестнице в зал.
Проводив продолжателя реформ недоуменным и даже растерянным взглядом, Тот, как прирожденный оратор, сумел быстро восстановить свои суггестивные возможности: впившись грудью в трибунный пюпитр, он профессионально прокашлялся и холодно просканировал ледяными глазами быстро затихающее собрание приверженцев «медленно запрягать».
— Братья, адельфы, товарищи! — Жрож Сорос Негоген Ата начал свою эпохальную речь с традиционного приветствия Храама. — Как вы знаете, вокруг молочного братства Дающей ходит множество нелепых легенд, большинство из которых мы либо создаем сами, либо поддерживаем талантливые вымыслы со стороны. В этом тумане фантастических возможностей и неслыханных злодеяний профанический мир, лежащий по ту сторону «», теряет последнюю возможность оценить масштаб, цель и средства Братства. Ребяческие ритуалы, бутафорская помпезность наших церемоний дают возможность недалекому профану рассматривать себя психологом-педиатром, разбирающим фантазии впечатлительных детей, принимающих деревья за лес, а шевелящиеся тени — за воинство Люцифера. Одна из самых загадочных и нелепых легенд Братства связана с Краеугольным камнем, почитание которого вызывает у здравомыслящего представителя лохоса справедливое, хе-хе… усомнение в трезвомыслии самих злокозненных братьев. Разумеется, отдельные профаны могут догадаться, что в основе нелепых обрядов и фантастических мифов СоСущего лежат события, обросшие в многочисленных пересказах ложными подробностями и преувеличениями, но, повторяю, все, что для профана является чудом, любой адельф воспринимает как должное, ибо в основе мифа, ритуала и жеста содержится семя изначального события.
И вот мне сегодня оказана высокая честь возвестить новым членам Братства правду двух горизонтов, приобщить их к Великому Магистериуму, Делу Камня.
Сразу скажу, что в отличие от «сухого пути» советского образца, предложенного вашему локусу ранее, в котором преобладали огненные трансформации «отжига», «закалки» и «перековки» человеческого материала, мы пошли «влажным путем» с использованием тайного огня темных, низовых и, как оказалось, крайне стойких, желаний. Таким образом, «темный нижний огонь», разъедающий «человека нового типа», человека идей, для нас превратился в верного союзника. Наш человек нового типа основан не на идеях, а на управляемом извне «влажном горении», тлении, или, проще говоря, «основном инстинкте», как часто называют этого агента по ту сторону «». И мы достигли поистине феноменальной точности в непрямом кодировании «потребностей», минуя агитацию и принуждение.
Зал разразился аплодисментами. Соррос, как опытный оратор, выждал паузу и одарил собрание долгожданной фразой:
— И теперь, пройдя миллионолетный путь становления Братства, нам предстоит поставить точку в финале этого воистину Большого Пути. Нашего Пути.
Аплодисменты, если взять на вооружение лексику позднего советского периода, были бурными, продолжительными и переходящими в овацию.
Жрож Соррос Негоген Ата протер очки и с грацией вцепившегося в трибуну плакатного Ленина-Ильича обвел немигающим взглядом постепенно умолкающий зал.