Совесть негодяев

Абдуллаев Чингиз Акифович

— Для этого не нужно ничего придумывать, — обернулся к нему Комаров, — у нас в ФСБ есть модуляторы голоса. Любой голос можно подделать. А еще проще найти имитатора, которые у нас, кстати, тоже есть. И потом позвонить Чижову и голосом Павла Алексеевича вызвать его куда-нибудь. Вместе с Климатовым и Перцовым. А там их уже будут ждать. Вот и вся механика.

— Если они что-нибудь сделают с Женей, — решительно сказал Серминов, — я расскажу всем про Пенькова.

— Ну и что? Что ты сможешь предъявить в качестве доказательства? —

горько спросил его Пахомов. — Ты расскажешь о своем предупреждении сотрудников ФСБ. Они это подтвердят, сказав, что приняли твою информацию к сведению. А кто похитил Пенькова, это уже не их дело. И все. Никаких доказательств.

Серминов замолчал. Комаров смотрел в окно, постукивая пальцами по дверце машины.

Они подъехали к зданию прокуратуры республики. Пахомов аккуратно остановил автомобиль и быстро вышел из него. Поспешил к проходной. Дежурный милиционер, знавший его в лицо, отдал честь.

— Чижов приезжал? — спросил вместо приветствия Пахомов.

— Никак нет, — доложил дежурный сотрудник охраны, — я здесь уже третий час.

В кабинете они ждали минут пятнадцать, пока, наконец, не зазвонил телефон, заместителя прокурора республики.

— Что вы себе позволяете? — гневно кричал он.

— Я вас не понимаю, — изумился Пахомов.

— На вас жалобы уже из Кабинета министров. Ворвались сегодня к одному из членов правительства, хамили, оскорбляли его людей, вели себя дерзко, угрожали. Вы с ума сошли, Пахомов! Решили показать свой характер. Думаете, вам все дозволено? Даже если вы раскроете это дело, никакого миллиона вы не получите. Вы на государственной службе. Это вы должны понимать.

— Идите к черту, — вдруг сказал Пахомов.

— Что? Что вы сказали? — даже испугался заместитель прокурора. Раз следователь так с ним разговаривает, значит, у него есть достоверная информация о кадровых перемещениях в руководстве прокуратуры республики, испуганно подумал заместитель прокурора.

— Ничего. Просто мы потеряли своих товарищей и подозреваем, что они погибли. Если можно, я позвоню вам попозже.

— Конечно, можно. До свидания.

— До свидания, — он бросил трубку, — наш министр уже успел пожаловаться. Кажется, звонил самому и.о. Напрасно он это сделал. Тем самым косвенно доказывая, что рыльце у него в пушку. Нужно будет серьезно заняться этим министром.

И в этот момент снова зазвонил телефон.

— Павел Алексеевич, — раздался взволнованный голос Соболева, — мы нашли машину, на которую был объявлен розыск.

— Где она?

— Попала в аварию, когда выезжала на Калининский. Столкнулась с грузовиком.

— Люди живы? — закричал Пахомов.

— Пока не знаю. Мы получили сообщение только насчет машины.

— Срочно выясните и позвоните, мне. Я жду вашего звонка, — от волнения у него дрожали руки.

— Что случилось? — спросил Комаров.

— Они попали в аварию, — со стоном произнес Пахомов, — ох, как глупо все это. Непрофессионально.

— Это

они, — убежденно сказал Комаров, — это люди Ларионова.

Снова раздался звонок. Пахомов быстро поднял трубку.

— Слушаю! — закричал он.

— Это майор Соболев. Докладываю. В момент столкновения погибли водитель автомобиля Лукин и капитан Перцов. Следователь Чижов в тяжелом состоянии доставлен в больницу.

— Больше никого в машине не было? — упавшим голосом спросил Пахомов.

— Больше никого, — подтвердил Соболев. — мы проверяли. Они были в автомобиле в момент аварии втроем.

— Нет, — уже заорал на весь кабинет Пахомов, — проверяли неправильно. Там был четвертый — майор Климатов. Проверьте еще раз..

— Хорошо, Павел Алексеевич.

— Соболев, — позвал майора Пахомов.

— Да, слушаю вас.

— Чижов как там? Жить будет?

— Говорят, доставлен в больницу в тяжелейшем состоянии. Множественные переломы. Сломан позвоночник. Врачи пока ничего не обещают.

— Позвоните и сообщите его родным, — тяжело выдавливая слова, попросил Пахомов, — хотя нет, не нужно. Я сам позвоню. У него жена ждет ребенка. Может несчастье случиться. Я к ним лучше сам домой поеду.

Соболев молчал.

— Найдите мне следы четвертого, — попросил Пахомов, — обязательно найдите. Вы меня поняли?

— Понял, Павел Алексеевич. Пахомов положил трубку. Комаров и Серминов смотрели на него.

— Водитель и Перцов убиты. Чижов тяжело ранен. Климатов исчез, — коротко сказал Пахомов. Он так и сказал «убиты», чтобы расставить все точки.

Комаров встал и подошел к окну. Достал сигарету, закурил. К нему подошел Пахомов.

— Дай и мне сигарету, — попросил он. И, уже затягиваясь, добавил: — Я этого парня как сына своего любил.

Комаров молча курил, глядя в окно. Он думал о чем-то своем.

— Ничего, — со злостью произнес Пахомов, — я все равно не успокоюсь. Они у меня не дождутся. Все равно буду искать этих сволочей, пока не найду, почему они убили Караухина. Почему задавили Чешихина, убили Анисова. Почему решили убрать и моих ребят. Этот министр думает, что если он пожаловался, я от страха забуду его фамилию. А я вот не забуду. Сдохну в этом кабинете, но найду тех, кто за этим стоит. И прежде всего начну с вашего подполковника Ларионова. Если даже доказать ничего не смогу, просто пристрелю мерзавца.

— Это не выход, — задумчиво сказал Комаров, — по-другому действовать нужно.

— Действовали уже, — горько произнес Пахомов, — сам видишь, что получилось.

— С волками жить — по-волчьи выть, — напомнил ему известную поговорку Комаров.

— Что ты хочешь сказать? — спросил Пахомов.

Вместо ответа Комаров подошел к телефону. Набрал номер.

— Это я, — сказал он, — они сделали свой ход. Теперь наша очередь.

ГЛАВА 36